Другой - Трайон Томас - Страница 35

— Да, мадам. — Он рассказал ей, как Билли Талькотт провалился под лед в день рождения Вашингтона. Она всхлипнула и взяла его за руку.

— Не надо говорить о таких вещах. У тебя ведь есть еще сестра? Она, должно быть, теперь совсем взрослая.

— Ей девятнадцать, миссис Роу.

— Девятнадцать?

— Да, Торри уже замужем.

— Замужем? Это дитя? И за кем же?

— Райдер Гэннон. Вы знаете Гэннонов — они живут в большом кирпичном доме на бульваре.

— Гэннон, Гэннон... — Она пыталась вспомнить. — Сын Шарлотты и Эверета Гэннонов? Разве его не убили?

— Это был Харви, старший брат Райдера. Его убили во Франции.

— О? Да — это так, вспоминаю. Стало быть, это был Харви. Да, вспомнила. Мне кажется, что Гэннон служит в пожарной части, не так ли? Я вижу его каждый день, когда он проезжает мимо на своем грузовике. Я подняла свой флаг в День Памяти. Говорят, был пожар в старом доме Вулдриджа на Паккард-Лэйн.

Улыбаясь, он покачал головой и откинул челку с глаз.

— Нет, это Эл Бэммонд управляет пожарной машиной. — Вулдридж-Хаус сгорел до тла год назад, в день 4 Июля.

— О, — сказала она, мимолетно нахмурившись, лицо ее заволокло дымкой, как если бы некий призрак воспоминаний бродил по лугам ее памяти. Потом лицо снова прояснилось. — Ну, ты зайдешь ко мне, Холланд?

— Если вы приглашаете. — Рука его играла чем-то под складками плаща.

— Благослови Боже твое сердечко. И посмотрите на нас, как мы выглядим! Боже, я никогда не видела ничего подобного. — Она, казалось, в самом деле находила его вид восхитительным и не могла оторвать от него глаз. — Ты все это надел для игры?

— Мы собираемся устроить представление в амбаре. Я — Профессор Водяной Крыс.

— Фокусник! — Она восторженно захлопала в ладоши. — Это грандиозно!

Он хитро посмотрел на нее.

— Да. Хотите, я покажу вам фокус?

— А как же, это просто здорово! — сказала она. — Пойдем же. Если не возражаешь, мы пройдем через кухню. Компании обычно заходят через парадное, но мы обойдемся без церемоний. — Она по-детски рассмеялась и, открыв дверь, ввела его внутрь с заднего крыльца.

— Боюсь, что пирожных сегодня нет, но есть лимонад, и мороженое, и, надеюсь, кусочек торта... — Сделав несколько шагов по направлению к кухне, она удивленно вскрикнула: — Ах, там еще одна! — Она показывала на темный угол, где челюсти капкана зажали большую серую крысу, переломив ей позвоночник. — Холланд... — попросила она. — Ты не мог бы... — Она указала на мертвую тварь. — Я не могу заставить себя дотронуться до нее. Миссис Куни обычно сама занималась этим.

Он разжал пружину, вытащил крысу и поднял за хвост. Жесткие серые волосы торчали, глаза закрыты, розовый рот широко раскрыт, выказывая ряды мелких острых зубов.

— И что с ней делать?

— Возьми вот тут бумажный пакет, милый, и затем брось ее в мусор, ладно? — Губы у нее побелели, когда, прикрываясь ладонью, она смотрела, как он засунул крысу в пакет, когда же он прошел мимо к баку с мусором, она в ужасе отшатнулась. Убедившись, что крыса вне пределов видимости и крышка бака надежно закрыта, она взяла его за руку, и они вместе прошли через кухню.

— Ну, — сказала миссис Роу, — разве это не прелестно! — Она поставила свою любимую чашку с блюдечком и откинулась в кресле. — Неожиданный сюрприз, самый что ни на есть наилучший. И прямо средь бела дня. Должна признаться, я скучаю без компании — я ведь теперь лишилась даже Мэри Куни. Я всегда радуюсь гостям, хотя они приходят все реже. Больше всего я рада детям, таким, как ты, Холланд. Всегда думала, что когда рядом молодые, ты и сама молодеешь.

— Да, мне нравится у вас, — поддакнул он. Он видел, что она говорит правду: выражение лица у нее было как у маленькой девочки. Взгляд его перешел на стеклянную горку с коллекцией всяких безделушек. Машинально он полез в карман, достал гармонику и начал наигрывать:

Нянг-ганг-га-данг-данг

диенг-динг

га-дан г-данг-данг...

— Смотри какой молодец, — сказала миссис Роу. — Когда-то я играла на виолончели... Что это за песня?

— Так... ерунда... просто песенка. — Он напел несколько строк:

Скажи, где Вавилон стоит?

За тридевять земель...

Дойду, пока свеча горит?

Дойдешь — шагай смелей.

Она жизнерадостно захлопала.

— Я вижу, ты интересуешься коллекцией курьезов. Это принадлежало моему мужу, — указала она на серебряную шпагу. — Он купил ее в Толедо, в Испании. Ты знаешь, все лучшие клинки делаются в Толедо. Можешь подержать ее, только будь осторожен. Я знаю, что мальчишки обожают оружие.

Он встал, положил гармошку на стеклянную полку, вытащил шпагу, полюбовался ею, затем взял гребень из черного дерева и поднес его к свету.

— Это из Пекина, Китай, — пояснила она. — Смотри, какой он хрупкий. А это стеклянный шар из Праги, Чехословакия. Тебе не жарко в плаще? Почему бы тебе не снять его — так будет лучше. Да, шорты — это очень удобно, я всегда говорила... И рубашка красивая. Мне нравится розовое, это так... Тебе плохо, Холланд? — Он, казалось, с трудом оставался спокойным, будто что-то под рубашкой щекотало его. — Тебе помочь?

Краска выступила на его лице.

— Нет, мадам, со мной все нормально. Так как, — продолжал он, будто заканчивая прерванную мысль, — вы хотите, чтобы я показал вам фокус?

— Фокус? А, ты хочешь спеть мне в ответ на угощенье, да?

— Нет, не спеть. Показать фокус. — Он смотрел в ожидании.

— Ну, это было бы замечательно. — Она выпрямилась в кресле, он же снова набросил плащ и сделал круг по комнате, дергая за шнуры портьер, чтобы совсем затенить окна.

— О, Боже, — сказала она с легким трепетом, когда комната погрузилась в полумрак, — это необходимо?

— Самое подходящее освещение для фокуса, — сказал он и встал в позу прямо перед ней.

— Ах, как загадочно, не правда ли? Все фокусники — misterioso, не так ли? Это карточный фокус?

— Нет. Карточные фокусы для детей. Это фокус для взрослых. — Повернувшись спиной, он сделал некоторые приготовления, которые не могли не показаться ей смешными.

Минуту спустя он повернулся к ней лицом. В глазах ее светилось внимание, руки спокойно лежали на коленях, она наблюдала за тем, как он снял цилиндр и, держа его прямо перед собой, в лучших традициях фокусников продемонстрировал, что тот пуст.