Лики прошлого - Багдыков Минас Георгиевич - Страница 44

Хирургии, как впрочем и другим сферам человеческой деятельности, сопутствует госпожа-удача, и тогда простой рядовой человек, позабыв о том, чего он стоит на самом деле, начинает испытывать ее, и возникает непредсказуемое.

Хирург, который своей повседневной нормой сделал выполнение только одной операции, создав тем самым о себе ореол славы и положительного мнения сограждан, сделался «законодателем мод» в этом деле, а дело-то было обычным, только организованным не плохо.

Читал смельчак, что за границей делают ведущие специалисты одновременно несколько операций, да слава Федорова не давала ему покоя и решил он одновременно оперировать на двух операционных столах. Начинается операция на одном операционном столе, а на другом уже делают наркоз, заканчивает основной этап операции в первой операционной и уходит во вторую, произведя только основной этап операции. Чем быстрее, тем больше за операционный день проведет операций, тем большая ему слава и прибыль.

В жизни, однако, бывает все не так: пока он возился с первой операцией, а возиться пришлось долго, так как никто никогда не знает, что ему уготавливает судьба, в это время в другой операционной более часа пролежала больная под наркозом со вскрытой брюшной полостью, а когда он начал операцию, она скончалась, остановилось сердце и восстановить сердцебиение не представилось возможным.

Правда, выяснилось, что у больной был дефект со стороны надпочечников, а может, и не был, а ежели и был, то опытный специалист, организовывая такое дело, должен был все в деталях взвесить, а главное — оценить возможные осложнения и отказаться от подобного эксперимента, если риск не оправдан.

В погоне за дешевым авторитетом обычно такой человек теряет опору, оторвавшись от земли, от реальной деятельности.

Опыт, накопленный врачом тяжелым повседневным трудом, возросший на основе опыта предыдущих поколений, глубокое знание теории вопроса — все это остается у человека на всю жизнь достоянием и предупреждением от вероломных действий и решений.

Советы таких людей всегда полезны, дают пищу для раздумий и могут явиться еще одной лесенкой для поступательного движения вперед.

Невозможно войти в одну и ту же реку дважды, но представления о ней, ее берегах, ландшафте, наконец месте и времени вхождения останутся незыблемыми, они имеют свою определенную характеристику в очертаниях.

Образ женщины-врача, которой давно уже нет среди нас, периодически всплывает в сознании тех, с кем некогда ей приходилось соприкасаться, и более того, она как бы определила собой промежуток времени в их жизни, сознании, возглавляя медицинскую службу городской больницы — это было время ее творчества и созидания, созданное ею оказалось значительным и нужным для людей.

Тамара Георгиевна Кузьменко в 60-е годы стала возглавлять лечебную работу самой крупной больницы города, традиций которой своими корнями уходят к началу века, тем не менее она стала искать новые формы в работе, занялась поиском снижения процента ошибок диагностики, постепенно разворачивая деятельность всего учреждения лицом к задачам скорой помощи, практически создала новое ее направление «Больницу скорой помощи».

Своими далеко идущими преобразованиями, целеустремлениями, образованностью, характером, внешним видом она напоминала мне Екатерину Дашкову: высокого роста, худощавая, с волевым мужским лицом и характером, громким, сильным голосом, много курила. Одевалась непритязательно, но строго, любила носить пиджак мужского покроя, и казалось, женственность давно и напрочь покинула ее.

В молодые годы она закончила Одесский медицинский институт, там же сформировалась как специалист и долгое время работала инфекционистом. Имея высокий профессиональный уровень, постоянно работала над своим мастерством, следила за новым в медицине, была поклонницей практической медицины и имела несколько предвзятое мнение по отношению к тем, кто занимался наукой. Такому «ученому» следовало доказать, что он является еще и хорошим врачом. В ее сознании как бы все были разделены на тех, которые занимались непосредственно практической медициной, и тех, которые посвятили себя научной деятельности.

Работа ее строилась на каком-то особом, тесном контакте со средним персоналом. Не раболепие и доносительство, а постоянное обучение, повышение уровня своего мастерства, отношение к делу определили ее позицию к той или иной медицинской сестре. Она была их человеком, знала каждую по имени, их беды, радости, желания, сама их судила и миловала, а другим этого делать не позволяла, всегда держала сторону медицинских сестер.

Совершенно особое отношение складывалось между ней и врачами, все начиналось с утренних планерок, где практически каждый врач, сдавая дежурства, демонстрировал свои знания в диагностике, лечении, умение оценить и охарактеризовать степень тяжести больных.

Дежурный врач был обязан знать в деталях всех больных. Здесь она были истинным творцом, задавая вопросы, формулируя их таким образом, чтобы уметь выяснить, насколько он знает патологию, объем исследования, трактовку полученных последних данных о больном, включая анализы, какое принял решение.

Если у врача имелась своя концепция в отношении диагноза, план лечения и обследования, пусть даже не верный, он уже входил в обойму людей для нее приятных, а что касалось дефицита, то мог тут же на него рассчитывать. Внешне казалось, что между ней и врачом идет жесткий нелицеприятный разговор, но знающие люди понимали, что это высшая похвала в адрес мыслящего врача. Нередко такое разбирательство заканчивалось совместным походом к постели больного, созданием консилиума, но решение вопроса обязательно имело место.

Это был диалог старшего по должности и опытного человека, заинтересованного в судьбе больного. Такая позиция руководителя импонировала врачам думающим, стремящимся повысить свою квалификацию, а главное — стать полезным врачом.

Для молодых врачей такой педагогический прием позволял более глубоко изучить свое дело, получить опыт, опираясь на знания и мастерство старших.

У Тамары Георгиевны были и свои любимчики, которых она холила и создавала им условия для роста и продвижения, но это были способные, одаренные молодые люди, которые впоследствии стали крупными видными специалистами своего дела.

Удивительно, что внешне суровая, требовательная, мало улыбающаяся женщина обладала способностью притягивать к себе людей — больших специалистов своего дела и малоопытную молодежь. Рядом с ней они ощущали себя уверенно и спокойно за свое дело, которое постоянно таит в себе опасности неверного толкования и тревоги за жизнь человека.

В качестве начальника медицинской части крупной больницы она работала под началом многих главных врачей, но слава о них отшумела, ее унесло ветром времени как осеннюю листву, а то, что создано ее кропотливым, ежедневным трудом, осталось у многих ее учеников на всю жизнь ярким примером.

Прошли десятилетия, и вдруг стало известно, что скончалась, находясь на заслуженном отдыхе, Тамара Георгиевна, и в последний путь без особого приглашения пришли провожать сотни ее учеников, которые были ей обязаны добрым словом и наукой любить свое дело.

В быстротечной реке нашей жизни много воды утекло, но источник, к которому мы однажды подошли, чтобы напиться живительной влаги знаний, выработать навыки, получить свой личный опыт, остался в памяти на всю жизнь, место это — твоя первая больница и такие люди, как Тамара Георгиевна, которые обучили держаться на воде, преодолевать препятствия бурной реки, не разбиться о камни и пороги, и все-таки выйти на берег победителем.

В нашем городе постоянно кто-то возглавлял братство хирургов. Вспоминают добрым не всех, а иных просто ругают. Несколько десятилетий во главе хирургов области стоял уважаемый человек, татарин по национальности, Саид Умерович Аединов. Отличался он тем, что был всегда спокойным, рассудительным, уравновешенным, доброжелательным, особенно к молодежи.

Весь облик этого человека с открытым высоким лбом, широким, несколько монголоидным лицом и саркастической, но доброй улыбкой всегда привносил в общение чувство уверенности и покоя.