Опасный поцелуй (Самозванка) - Торнтон Элизабет - Страница 28

Дебора присела радом на кровать и погладила нежной рукой плечо мальчика.

— Это все лишь дурной сон, мой дорогой. Квентин, почувствовав теплоту знакомого голоса, на мгновение затих.

— Чье дыхание ты слышал? — Грей неожиданно вырос во весь свой рост у кровати. Предупреждающий взгляд Деборы не остановил его. — Чье это было дыхание?

Квентин мгновенно удалился в мир своих фантазий.

— Наверное, дядя Ник читал мне страшную сказку, а я уснул. Когда я проснулся, везде было темно.

Миссис Моффат сокрушенно вздохнула.

— Я забыла предупредить твоего дядю не гасить свечу. От них столько пожаров. Не бойся, малыш. Теперь мисс Вейман рядом с тобой и тебе нечего бояться.

Квентин робко попросил!

— А может быть, Дебора, ты переночуешь здесь со мной?

— Как хочешь, малыш.

— Ни в коем случае, — вмешался Грей. — Нечего делать из мальчишки трусливого слюнтяя.

Дебора собралась было протестовать, но Квентин предварил новую ссору.

— Я не трус. Я просто пошутил, дядя Грей. Честно.

Грей улыбнулся.

— Мы с тобой знаем, что такое настоящие мужчины. А женщины предназначены для нас вроде игрушек для развлечения. Мой совет тебе — избегай их, пока они не сели тебе на голову.

— Я лучше знаю Квентина, чем вы, — возмутилась Дебора.

— Вероятно. Поэтому чуть не угробили его вместе с собой, свалившись с крыши. Но теперь я намерен крепко держать его в руках.

Миссис Моффат робко вмешалась в разговор.

— Я сделаю здесь постель для вас, мисс Вейман. А вы можете устроиться в соседней спальне, мистер Кендал.

— Нет. Я предпочитаю провести ночь в одной комнате с Квентином. А мисс Вейман, если пожелает, пристроится где-нибудь в уголке.

Снова Дебора испытала нравственное потрясение, когда Квентин вдруг согласился.

— Ты поместишься на одной кровати со мной, дядя Грей?

— Конечно. Нам, мужчинам, есть о чем поговорить.

— И я теперь не боюсь темноты. Я теперь ничего не боюсь, дядя Грей.

Дебора едва верила своим ушам. Для нее все было кончено. Мужчина, грубый странный мужчина, завладел ее подопечным. И Грей еще издевательски посмотрел ей вслед, когда она, униженная, покидала комнату.

— На всякий случай не гаси свою свечу, Дебора! Я не люблю шарить в потемках. А то я споткнусь в вашей спальне и вызову переполох в доме. — Он наклонился к ее уху и прошептал: — Идите и сладко спите. Мне еще предстоит обстоятельный допрос супругов Моффат. А потом, когда все погрузится в сон… — Он не закончил фразы, а она не решилась дать ему пощечину. Вроде бы он не дал для этого повода. — Все марш по кроватям. Джентльмены попрощаются с леди… — Он обратился к ней. — Спокойной ночи, Дебора!

— Вам тоже.

Дебора повернулась на каблуках и удалилась в отведенную ей спальню.

Сон пришел к ней не так быстро, как она на это надеялась. Все кости, все клеточки болели от пережитых испытаний. Она не раз вспомнила жуткое сползание по скользкой черепице и сильные руки, которые спасли ее от падения. Это были его руки. Руки негодяя, который так издевался над ней. Но он все-таки спас Квентина. И зачем-то спас ее.

Она потеряла цель в жизни. Раньше это был Квентин. Теперь он попал в чужие руки. Дебора была готова простить все, что с ней творили, лишь бы ее не бросили, как ставшую обузой вещь, в холодный жестокий мир. Но похоже, что ее ждала подобная участь. Хотя она все-таки имела какие-то права. В завещании она тоже указана опекуном Квентина. Она имеет возможность видеть его раз в год и справляться о его здоровье.

Переворачиваясь с боку на бок, она не могла не слышать голоса внизу, где главной темой разговора была как раз ее судьба. Лорд Кендал выпытывал, как инквизитор, у несчастных Моффатов каждую подробность ее биографии.

— Кто она такая, Дебора Вейман? Что вы от меня скрываете? Подкупила она вас, что ли?

Под эту монотонную словесную пытку она заснула.

Часом позже, когда Грей вошел в комнату, которую делил с Квентином, он перебирал в уме услышанное от Моффатов. Они подтвердили историю Деборы за одним исключением. Она сказала им, что не знает личность убийцы. Грей понял, что в этом случае она соблюдала осторожность, догадываясь, что, если Дебора обвинит в преступлении лорда Кендала, супруги Моффат не поверят ей.

Но он, в свою очередь, не смог пробиться в тайну прошлого Деборы. Для миссис Моффат Дебора представляла собой лишь «наше дорогое дитя», и не более того. Откуда она, кто ее родители, добрые супруги и представления не имели, пока она четыре года назад не появилась на службе у лорда Баррингтона в качестве гувернантки.

Грей без труда вообразил невеселый образ жизни Деборы. В самых лучших семьях положение молоденькой гувернантки было весьма двусмысленным и задевало достоинство женщины. Дебора, вероятно, чувствовала себя особенно одинокой. Перед своей женитьбой Джил достаточно поразвлекался. Большую часть времени он проводил в Лондоне, а Квентин находился в его поместье под присмотром Деборы. Для нее было бы большей удачей найти себе место в большом семействе, где к обеду собираются гости и она могла бы общаться с ровесниками. А она попала к Джилу, который отправил ее в «деревенскую ссылку». Позже, после вторичной женитьбы Джила на молоденькой Софи, она сопровождала Квентина в Париж, но, как знал Грей, ни в каких развлечениях не участвовала и не была представлена в обществе. Не Джил был тому виной. Сама Дебора высказала такое пожелание.

То, что Моффаты оказались ее единственными приятелями, кроме, конечно, мисс Хейр, весьма озадачило Грея. Девушка, подобная Деборе, не испытала бы затруднений в выборе дружка подходящего возраста. В чем же повод ее добровольного затворничества?

Нетрудно было догадаться, что Дебора скрывает что-то темное в своем прошлом, что заставляет ее менять внешность, фамилию, избегать появления на людях. Грей был уверен, что в скором времени докопается до истины. Какое преступление могла совершить девушка шестнадцати-семнадцати лет? В конце концов, не это главное. Он был перед ней в неоплатном долгу — в первую очередь за ее заботы о Квентине. Теперь он сделает все, чтобы уберечь ее от каких-то невзгод.

Грей опустился на низкий стульчик и стал стягивать с себя сапоги. Покончив с одним, он принялся за второй, и тут его мысли снова, словно по приказу волшебника, вернулись к Деборе. Она представилась в его воображении молодой леди, одетой по последней моде, окруженной красавцами кавалерами на каком-нибудь балу. Его фантазия разыгралась — вот Дебора выходит замуж за элегантного молодого джентльмена, поселяется в собственном доме, ее окружает стайка хорошеньких детишек, цепляющихся за ее юбки, таких же зеленоглазых и темпераментных, как и их мать. Грей усмехнулся. А ведь это неплохая идея выдать ее замуж. Этим он возместит все обиды и убытки, что нанес ей. С помощью своей матери, обладающей обширнейшим кругом знакомств, он мог легко обратить эту мечту в реальность. Чем дольше Грей обдумывал эту идею, тем больше она ему нравилась. Согласится ли на это Дебора — это уже другая проблема.

Одно несомненно — он должен держать от нее свои руки подальше. То, что едва не случилось на соломенном тюфяке на ферме, не должно повториться. Хотя Дебора целомудренна и неопытна, но тоже подвержена страстям. Тот мужчина, который в конце концов завоюет ее, обретет истинное богатство. Но ему, Грею, не светит удача. Она смотрит на него с омерзением, как на червяка, которого обнаружила в только что надкушенном яблоке. Он заслужил такое отношение к себе. Весь его отвратительно сыгранный спектакль с предательством Ника в финале навеки запечатлится в ее памяти.

Свеча затрещала, зачадила и погасла. Выругавшись вполголоса, Грей в одном сапоге проковылял к каминной полке, чтобы вновь разжечь свечу. По пути он споткнулся о другой сапог, ранее небрежно отброшенный им, и с воплем рухнул, растянувшись во весь рост поперек тесной комнатушки.

Его крик разбудил не только Квентина, но и Дебору в соседней спальне. Хохот мальчика и досадливое чертыхание неудачливого лорда подействовали на нее успокоительно. Она плотнее укрылась одеялом и вновь стала погружаться в дрему. Хоть как-то его сиятельство лорд Кендал поплатился за свое далеко не джентльменское поведение.