Если полюбишь графа - Торнтон Элизабет - Страница 44

– Полночь, – сказала Дейрдре, задыхаясь.

– Пятница, шестнадцатое июня! Ты знала, что в воскресенье мой день рождения?

– И сколько тебе исполнится?

– Тридцать один год. Не смотри так, Ди. Уверяю, что буду рядом с тобой еще много-много лет и надоем хуже чумы. А пока...

– А пока ты отправляешься на войну. Когда вы выступаете?

– На рассвете. Я не должен был говорить об этом, но если ты оглянешься вокруг, то заметишь, что многие офицеры уже покинули бал, чтобы присоединиться к своим подразделениям.

– Куда? Или тебе это неизвестно?

– Еще нет, но скоро я все узнаю.

Аксбридж отделился от толпы, подошел к Рэтборну и мимоходом обронил:

– Они захватили Шарлеруа. На рассвете увидимся в Катр-Бра.

С этими словами он вышел.

Дейрдре почувствовала, что не может больше ни минуты оставаться за столом, и как раз в этот момент Рэтборн, поднявшись и отодвинув стул, сказал ей на ухо:

– Нам пора.

Через минуту закрытая коляска с О'Тулом на козлах подкатила к парадному, освещенному факелами.

– Куда ты меня везешь? – спросила Дейрдре, впрочем, ничуть не беспокоясь и даже не особенно желая услышать ответ.

– На твою свадьбу.

На одно мгновение она потеряла контроль над собой, и сердце ее взмыло вверх от радости, но тотчас же пришли другие мысли, не столь утешительные и приятные, и ее первый инстинктивный порыв угас.

– Ты слышала меня? – спросил Рэтборн тихо из глубины полутемной коляски.

Дейрдре повернула голову на его голос и, протянув руку, провела ею по его лицу. Ей даже не пришло в голову спросить, как ему удалось устроить их свадьбу, если его не было в Брюсселе три дня. Но он был Рэтборном. Если он принимал решение, ничто не могло ему помешать. И все же ей предстояло воспрепятствовать этому решению.

– Гарет, – начала она, тщательно подбирая слова, – я не хочу быть твоей женой, но я была бы очень, очень счастлива, если бы ты стал моим любовником и оставался им так долго, как пожелаешь.

На несколько минут воцарилось молчание. Дейрдре чувствовала, как эту тишину заполняет его раздражение, и в конце концов выкрикнула:

– Что я такого сказала?

– Твоим любовником? – переспросил Рэтборн, кипя от злости. – Господи! Я был прав. Ты не думаешь, что я гожусь тебе в мужья и в отцы твоим детям. Ты видишь во мне только объект наслаждения. Ты понимаешь, что предложила мне?

– Но я люблю тебя.

Рэтборн надолго замолчал. Дейрдре подумала, что он ей не поверил, и поспешила добавить:

– Никогда никому я не говорила этого прежде.

– Тогда выходи за меня замуж.

– Я не могу!

– И все-таки выйдешь!

– Не знаю, как ты сможешь меня заставить.

– О, это просто – с помощью шантажа.

– Шантажа!

– Да, это новое слово для очень старого понятия. Я хочу сказать, принуждения.

И Рэтборн добавил совсем другим тоном:

– Где твой брат, Дейрдре?

– Арман? – спросила она и вся напряглась.

– Не пытайся выиграть время, это ни к чему не приведет. Конечно, я говорю об Армане. Разве у тебя есть еще один брат? А теперь скажи мне, где он.

Дейрдре собралась с силами и заставила себя ответить игривым тоном:

– Мой дорогой Рэтборн, откуда мне знать? Ведь я ему всего лишь сестра!

– В таком случае я сам скажу тебе. Он взят под стражу. Через пару минут ты сама это увидишь.

Дейрдре широко раскрыла глаза и быстро заморгала, пытаясь разглядеть в полумраке выражение лица Рэтборна.

– Что с ним будет?

– А что может с ним быть? Я не стану о нем докладывать. Ведь скоро он станет моим шурином. А когда все кончится, он с нами вернется в Англию. Это тебя удовлетворяет?

– Да.

Они сочетались браком в тускло освещенном свечами нефе маленькой каменной церкви. Их обвенчал валлонский протестантский священник.

Свадебное торжество решили отложить до прибытия сэра Томаса и леди Фентон. Скоро Дейрдре поняла, что ее судьба была уже давно предрешена Рэтборном, и это чувство неизбежности произошедшего принесло ей некоторое облегчение.

Увидев Армана, стоящего в тени, она испытала сильное волнение. Ее сердце испуганно затрепетало. Брат посмотрел на нее ободряюще и... улыбнулся. Затем он перевел взгляд на человека, стоявшего рядом, и Дейрдре вздрогнула, узнав в нем Гая Лэндрона, которого не видела с тех пор, как уехала из Лондона. Прошла еще минута, и она осознала, что светловолосый джентльмен рядом с Арманом – Тони Кавано, кузен графа.

Дейрдре сделала шаг навстречу брату, но Рэтборн крепко сдавил ее локоть.

– Священник ждет, – сказал он кратко. – А время дорого.

Через несколько минут церемония была завершена. Кольцо с рубином, подаренное Рэтборном, оказалось у Дейрдре на пальце рядом с тонким обручальным кольцом. Дейрдре сумела перемолвиться с Арманом всего лишь несколькими словами, и когда он желал ей счастья, она не заметила никаких признаков раскаяния на его лице.

Возвращение в отель происходило в полном молчании, и это очень нервировало Дейрдре: казалось, граф уже раскаивается в том, что женился на ней. Только переступив порог его комнат на третьем этаже отеля «Англетер», она осмелилась задать давно мучивший ее вопрос:

– Почему для тебя было так важно жениться на мне? Лицо Рэтборна оставалось непроницаемым.

– Думаю, ты догадываешься, почему я хотел сделать тебя своей женой. Через час я уезжаю, и для меня важно, чтобы наш брак получил завершение. Видишь ли, я не хочу оставлять незаконченных дел, как даю тебе шанс аннулировать наш брак позже, если бы тебе пришло это в голову. А теперь раздевайся. – В его голосе прозвучало нетерпение. – И погаси свет.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – процедила сквозь зубы Дейрдре. – Я, как тебе известно, не так невинна, как прежде, и напугать меня нелегко. Я решила выйти за тебя еще раньше, и только дело с Арманом объясняет мое упорство. Как ты мог позволить себе оказаться связанным с парой предателей? Я думала, ты меня возненавидишь, как только узнаешь.

Рэтборн заключил ее в кольцо своих рук и крепко сжал.

– Такты наконец признаешь, что любишь меня? – спросил Рэтборн, касаясь губами ее уха.

– Разве я не сказала об этом еще в коляске? Дейрдре слегка отстранилась и положила обе ладони графу на грудь. Дыхание его стало глубоким и прерывистым.

– Когда ты сказала это в первый раз, я не слушал. Повтори, – произнес он охрипшим голосом и, обхватив Дейрдре руками за бедра, притянул к себе так, что она оказалась прижатой к нему вплотную.

– Я люблю тебя.

– Неужели так трудно это сказать?

– Должно быть, – пробормотала Дейрдре и острыми зубками прикусила кожу на плече Рэтборна, – потому что нынче вечером я еще не слышала, чтобы ты сказал эти слова мне.

Он произнес их и крепко поцеловал ее. Потом повторил признание снова и, подхватив Дейрдре, медленно закружил ее под музыку, которую слышал только он. Затем Рэтборн потянул ее на кровать и принялся снимать с нее сорочку.

– Осторожнее, – предупредила Дейрдре. Он потянул ее руку вниз к своему паху.

– Итак?

И он получил желанный ответ.

– Не хочу ехать в Антверпен, – сказала Дейрдре раздраженно часом позже, когда Рэтборн уже одевался. – Хочу остаться здесь, поближе к тебе.

– И все-таки ты сделаешь, как я говорю. Тебя будет сопровождать мой кузен Тони. По крайней мере я буду уверен, что он выполнит мои пожелания.

– Почему это?

– Одна причина в том, что я глава семьи.

– А другая?

– У меня застежки от семейного кошелька. – Граф заключил Дейрдре в объятия и прижался щекой к ее волосам. – Надеюсь, ты уже забеременела.

Дейрдре с отсутствующим видом принялась разглаживать золотистый позумент.

– Тебе это будет приятно?

– Только если ты пообещаешь, что родишь мне младенцев с рыжими волосами.

Дейрдре изо всех сил сдерживалась, чтобы не заплакать, но вопреки всему слезы потекли у нее из глаз.

Рэтборн быстро поцеловал ее и неохотно оторвал ее руки от своей груди.