Жизнь честных и нечестных - Топильская Елена Валентиновна - Страница 44

— Ну уж ты хватил. Они могли организовать убой, но у истоков-то не они стояли, кое-кто повыше, — вмешался Костик.

— Ну естественно. И я тоже далек от мысли, что Аэдсбэшники заказали это убийство. Арсенов мог выступить как частное лицо, посредник между заказчиком и исполнителем. Это ведь он к тебе приезжал за удостоверением Шермушенко?

— Он. Да, Андрей, — спохватилась я. — Я вчера Бесова освободила.

— Молодец. Я даже не имею к тебе претензий за то, что ты меня не поставила в известность, потому что под «ноги» я бы его все равно не смог сдать, нет у меня такой возможности, хотя было бы интересно посмотреть, куда он рванется. И, кстати, раз уж затронули этот вопрос: мы дел-то набрали, а сами остаемся без оперативного сопровождения. То есть мыс Костиком будем помогать, но оперативно-поисковые мероприятия обеспечить не сможем. Я просто не берусь «ходить» за людьми, установки делать и тэ пэ. Позориться я не собираюсь, в наружном наблюдении я не профессионал, не говоря уже о том, что половина фигурантов меня в лицо знает и через секунду «срубит». Придется работать вслепую, без подсветки. И прослушку мы не можем поставить, на работников милиции задания должен сам начальник ГУВД подписывать, а если пойдет утечка, то все псу под хвост. Так что будем раскрывать следственным путем. На мой взгляд, единственный выход — эта накопать на них какие-нибудь должностные составы и приземлить, а в тюрьме начать работать с ними по убийствам. Камерную работу я могу обеспечить.

— Тогда надо подумать, наскребем ли мы им должностное преступление… Да еще такое, где в санкции хотя бы год лишения свободы, иначе их не арестовать, — предупредила я.

— Ребята, — вдруг жалобно спросил Костик, — а у вас ничего нет пожевать?

Мы переглянулись.

— Костик, кроме кофе, ничего, — извинилась я. — Стас, может, ты сходишь в магазин?

— Я схожу, — смущенно улыбнулся Стас, — если меня кто-нибудь спонсирует.

— Мальчики, я пас, — честно призналась я. — У меня пятьсот рублей, и то рваные.

— А у меня и пятисот не наберется, — мрачно сказал Андрей.

— Давайте ваши денежки, — протянул руку Костик, — может, хоть буханку хлеба куплю, и кофе запьем.

Мы все поскребли по сусекам, и через пятнадцать минут торжествующий Костик вернулся из магазина, прижимая к груди полхлеба и банку шпротного паштета.

— Та-ак, — протянул Андрей, глядя на эти деликатесы, — ты бы уж сразу и «Боми» купил. Чем мы лучше бомжей?

— Мы из чашек пьем, а они из стаканов, — заступилась я за нашу компанию.

А шпротный паштет, намазанный на свежий хлебушек, оказался не такой уж отравой. По крайней мере, мальчики наворачивали его за милую душу. Потом Стас отправился с пулями на экспертизу, а Костик с Синцовым — добывать информацию, которой нам не хватало.

Вечером, когда я уже закрыла сейф и собиралась домой, позвонил Синцов; похоже было, что он едва сдерживал возбуждение. «Я сейчас приеду», — сказал он, даже не интересуясь моими планами. Правда, планов никаких не было.

Через пятнадцать минут он, запыхавшись, вбежал в мой кабинет и предложил отвезти меня домой, сказав, что поговорить лучше в машине.

Выйдя из прокуратуры, я заметила знакомую «ауди». Мы сели в машину, и Андрей по дороге стал рассказывать:

— Охранная фирма Фролова называется «Форт Нокс».

— Интересно, а при чем тут золотой запас Америки?

— Может, для того, чтобы возникала аналогия с символом надежности. А может, потому, что фамилии четверых учредителей — Фролов, Оранский, Рататуев и Трейченко, все бывшие работники милиции; двое — Фролов и Рататуев — из «наружки», остальные — спецслужба.

— А «Нокс» тогда что значит?

— А что, должно что-то значить?

— Ну, если бы не значило, назвали бы фирму просто «Форт», тоже неплохо звучит.

— Пытливая ты наша, ну, раз ты такой специалист по акростихам, на, возьми список интересующего нас отдела управления и угадай с трех раз, кто из сотрудников получает деньги не только в ГУВД, но и в охранной фирме.

Андрей вручил мне список на двух листочках, и я углубилась в перечень фамилий.

Через минуту я оторвала взгляд от списка и уверенно сказала:

— Николаев, Окатов, Короткое, Степишин. Что, неужели так открыто?..

— А что, ты хочешь сказать, что это может явиться доказательством? Не смеши меня, никто это всерьез не воспримет. А теперь спроси, кого охраняет «Форт Нокс».

— Кого? — послушно спросила я.

— А кого угодно. Берет подряды на охрану частных лиц, на охрану учреждений. Вот, например:

Летом прошлого года, до середины июля, они охраняли офис порта. А зимой, до конца января, работали по договору с частным лицом — начальником всех кладбищ, ныне почившим в бозе.

— Ты говоришь про Мантуева? Его же убили в середине февраля… А начальника порта Петухова расстреляли в машине первого августа прошлого года! То есть ты хочешь сказать, что через две недели после того, как охранники из «Форта Нокс» прекращают свою деятельность, наймодателя убивают?

— При желании можно проследить и такую закономерность.

— А какую же еще можно проследить закономерность?

— А, например, такую: пока клиент под охраной «Форта Нокс», он надежно защищен. Как только договор расторгается, клиент снова в опасности. Иными словами, только охрана из «Форта Нокс» сможет дать гарантию надежности. Расплевались с «Фортом» или денег пожалели — пеняйте на себя, а ручки-то — вот они! Но вообще, конечно, недоброжелатели могут подумать, что это очень удобно: охраняя клиента, очень легко выяснить подробности его жизни, привычки и распорядки, и даже места, в которых он бывает тайно от всех, а потом с учетом всей этой информации спланировать убийство. Например, охрана, безусловно, знала, что Петухов каждый день одним и тем же маршрутом и в одно и то же время ездил домой обедать. Киллеру-одиночке узнать это было бы гораздо сложнее.

— Андрюша, — медленно начала я, — не хочешь ли ты сказать, что и Хапланд за две недели до смерти расторг договор с «Фортом Нокс»?

— Нет, Маша, этого я сказать не хочу. Хапланд не расторгал с ним договор по той простой причине, что они его не охраняли.