Первая мировая война - Гилберт Мартин - Страница 150

16 июня в газете Observer появилось сообщение, что итальянцы, оборонявшиеся вдоль реки Пьяве, отразили «первый натиск» австрийцев и отвоевали «несколько незначительных рубежей, потерянных в самом начале боя». Вера Бриттен прочитала эти новости, находясь в Лондоне; ее брат Эдвард на тот момент служил на Итальянском фронте. Поднаторевшая в чтении военных сводок, она с нехорошим предчувствием подумала, что потеря «нескольких незначительных рубежей, которые, однако, были вскоре отвоеваны, означала (как и обычно в официальных сводках), что обороняющиеся были застигнуты врасплох и атака неприятеля временно увенчалась успехом». Через шесть дней она получила короткую стандартную телеграмму, которой всегда ждала с ужасом: «С прискорбием сообщаем, что капитан Э. Х. Бриттен из Корпуса медицинской службы погиб в бою в Италии 15 июня». Он вел за собой солдат, пытаясь выбить австрийцев из захваченных окопов. Пуля австрийского снайпера попала ему в голову. «Какая горькая ирония была в том, что он погиб от рук соотечественников Фрица Крейслера, скрипача, которым особенно восхищался»?[237], – писала его сестра. Вера Бриттен на войне потеряла жениха, двух лучших друзей и брата.

В день гибели Эдварда Бриттена газета Nation опубликовала стихотворение Уилфреда Оуэна, который по ранению был комиссован с Западного фронта, но позже вернулся в окопы:

Австрийское наступление 15 июня не привело к решающему перелому. На Пьяве артподготовка получилась укороченной из-за недостатка снарядов. Оно сорвалось отчасти и потому, что немцы не смогли поставить химические снаряды с фосгеном, на что рассчитывали австрийцы. В секторе Азиаго удачная деятельность разведки дала возможность итальянцам начать артиллерийский обстрел австрийских позиций за четыре часа до намеченного наступления. В начальной стадии сражения британские и французские войска, оборонявшие часть Итальянского фронта, отступили. Но в ходе последующей успешной контратаки союзников 1500 австрийцев оказались в плену. В секторе Монте-Граппа австрийское наступление захлебнулось через три тысячи метров, после чего итальянцы перешли в контрнаступление.

Император Карл в это время находился в своем поезде в Мерано и хотел поехать вперед, чтобы стать свидетелем очередной победы. Но его ждало глубокое разочарование. В полдень он позвонил по телефону одному из самых удачливых военачальников империи Габсбургов, фельдмаршалу Светозару Бороевичу, и услышал: «Тирольская армия потерпела поражение. Войска оставили все завоеванное и оттеснены к изначальным позициям». Бороевич, чей род многие годы воевал под знаменами Габсбургов, был сербом по национальности.

У союзных войск на Итальянском фронте имелось такое преимущество, как превосходство в воздухе. В первые два дня боев британские и итальянские самолеты сеяли хаос среди австрийских войск, форсировавших Пьяве. 16 июня британские и итальянские войска продолжили контрнаступление. Британцы захватили 728 пленных, итальянцы освободили две сотни своих соотечественников, попавших в плен в первый день сражения. 20 июня итальянцы над Пьяве сбили 14 самолетов австрийцев. Через пять дней после начала наступления австрийцы стали отводить свои войска. Отступление оказалось еще более беспорядочным из-за непрерывных атак полусотни британских самолетов.

К 24 июня последние австрийские войска оставили север Пьяве. В секторах Азиаго и Монте-Граппа они не смогли пробиться на юг, на равнины. В этот день министр иностранных дел Германии Ричард фон Кюльман заявил в рейхстаге, что депутатам «не следует ожидать решения исхода войны исключительно от действий военных». Кайзер, разгневанный таким «пораженчеством», отправил Кюльмана в отставку. Его должность получил адмирал Пауль Хинтце.

17 июня на Западном фронте американцы продолжали сражаться с немцами в лесу Белло. Одновременно маршал Фош попросил генерала Першинга передать 5 американских дивизий для укрепления 20 французских дивизий: по одному полку американцев в каждую из французских дивизий. Фош сказал Першингу, что солдаты спрашивают: «Где американцы, чем они занимаются?» Французские войска были истощены возобновившимися атаками немцев и нуждались в моральной поддержке. Першинг по-прежнему отказывался распылять свои силы таким образом. Он сказал Фошу, что американцы способны сделать «вдвое больше» под началом своих командиров.

Першинг сознавал, какое огромное напряжение всех сил выпало на французские и британские войска почти за четыре года войны, как измотали их бесконечные наступления и контрнаступления в этом марте. Он также понимал, что трем миллионам войск союзников на Западном фронте противостоят три с половиной миллиона немцев. «Союзники выдохлись, – прямо написал он 19 июня полковнику Хаусу, – и единственное, что может удержать их (особенно Францию) в войне, – уверенность, что у нас достаточно сил, чтобы поддерживать их инициативы». Задачей Америки, по мнению Першинга, было выиграть войну в 1919 г. Если этого не удастся сделать, союзники, вполне вероятно, пойдут на мировую. Для обеспечения американской победы в 1919 г. он хотел увеличить 800-тысячную американскую армию до трех миллионов человек. 19 июня Першинг направил в Военное министерство в Вашингтоне телеграмму, в которой просил обеспечить к 1 мая 1919 г. во Франции наличие 66 американских дивизий численностью более двух с половиной миллионов человек. Это, написал он, «самое меньшее, о чем следует думать».

Вопрос американских подкреплений оставался решающим. 21 июня премьер-министр Канады Роберт Борден, переправившийся через Атлантику с конвоем из 13 судов, доставивших в Британию более 30 000 американских войск, написал коллеге в Оттаву: «Военная ситуация во Франции очень серьезная, и исход войны может зависеть от скорости, с которой будут организованы, обучены и экипированы американские войска». Борден только что ответил согласием на просьбу американцев о том, чтобы часть их солдат проходила подготовку под руководством канадских офицеров, имеющих большой опыт боевых действий. «Проблема в том, – пояснял он, – чтобы удержать линию фронта на Западе до тех пор, пока американцы не будут готовы нанести существенный удар». В американских войсках, которые он видел, «прекрасные солдаты, которые рвутся в бой». Но ближайшие два месяца, предупреждал он, будут «очень тревожными, и в это время можно ожидать яростных атак».

Американцы, уже принявшие участие в боевых действиях, очень хорошо себя зарекомендовали, хотя война была для них в новинку. 26 июня морские пехотинцы, которые три недели назад отказались отступать, наконец заняли весь лес Белло. В этом сражении погибли или получили ранения более 10 000 военнослужащих бригады морской пехоты США. На военном кладбище на опушке леса находятся могилы 2288 американских солдат и перечислены имена еще 1060, останки которых не были найдены. На другом кладбище, расположенном в паре сотен метров, – 8624 немецких захоронения.

Новый противник произвел на немцев сильное впечатление. «Моральный эффект от нашего оружия не подкрепляется материальными достижениями пехоты, – написал в разгар сражений один офицер германской разведки. – Нервы у американцев все еще крепкие». После сражения генерал Першинг посетил раненых. Солдаты, пострадавшие во время газовой атаки, встали по стойке «смирно» у своих коек с бинтами на глазах. К некоторым зрение уже больше не вернется. Биограф Першинга пересказывает историю, опубликованную в газете Cleveland Plain Dealer, о том, как в хирургическом отделении Першинг подошел к солдату по имени Джимми, которого прооперировали днем ранее. Тот виновато произнес запекшимися губами: «Не могу отдать вам честь, сэр». Першинг обратил внимание на пустоту под простыней там, где должна была быть правая рука солдата. «Нет, – ответил он, проведя рукой по взъерошенным волосам парня. – Это я должен отдать тебе честь»?[239].