Опыт поколений - Шилов Игорь Александрович - Страница 230

Траулер стоял на приколе, да и чего ему по ночам плавать. Но я, выйдя на берег, не стал заходить в гости к его капитану, а пошёл прямиком в крепость, предупредив напарника, чтобы отплыл в самый конец причала и не отсвечивал там пока.

- А кто тут обитает? - потребовал он от меня объяснений, напоследок.

- Когда уезжал отсюда, здесь свои были. А как сейчас не знаю, времени много прошло. Разное может случиться.

- Это точно - согласился он со мной и стал отплывать.

Через ворота прошёл вместе с какими то людьми, которые наверное возвращались с работы. Вид у них был уж очень жалкий, как будто пахали целый день. Так что охрана, на воротах, меня приняла за одного из них и вопросов даже не задала. Мне с ними разговаривать тоже не о чем было, потому что знакомых среди них я не обнаружил.

До своего дома добрался быстро, в крепости новых строений не появилось, а со старыми я быстро разобрался. Людей по дороге не встретил, вроде время то ещё детское, наверное, что то около двенадцати, а почти все спят. Только в нескольких окошках виднелся не яркий свет, да ещё догорали костры, за которыми уже никто не следил. Что ж, всё на месте, войны нет и на том спасибо, а с остальным разберёмся.

В двери постучал сначала тихонько, не хотелось привлекать к себе внимание соседей, но так и не дождавшись, когда мне откроют, затарабанил сильнее. Свеча, за окном первого этажа, зажглась минут через десять, после того, как я легонько стукнул в двери. Крепко они тут спят.

- Кто? - раздался за дверьми детский голосок, с каким то странным акцентом.

- Я к Веронике, открой - ответил я интересующемуся.

- Она спит уже, завтра приходи - не сразу разобрал я, чего мне сказали.

Да кто там такой наглый, к себе в дом не пускает.

- Открывай, мне срочно, я от Сутягина - решил я схитрить.

Только после этого услышал, как дёрнулся тяжёлый засов и увидел, как открылась дверь. На пороге, с огарком свечи, стояла Аделина, наша горничная. Вроде так её Ника называет. Меня она похоже не узнала, да и не мудрено, я специально повязал на голову бандану, которую прежде никогда не носил и остался в чёрной футболке, чтобы не выделяться своим светлым камуфляжем.

- Хозяйка где? - спросил я девчушку.

- Сейчас позову - ответила она и пошла в сторону лестницы.

Я бы и сам побежал туда в припрыжку, но боюсь напугаю хозяйку дома, своим неожиданным визитом, поэтому решил дожидаться её на первом этаже.

- Кто там, Аделина? - раздался такой родной голос, где то под потолком.

- Какой то господин, говорит, что он от синьора Василия - ответила девушка, жутко коверкая слова.

Здесь я не выдержал и пошёл на встречу спускавшейся по лестнице Веронике, державшей в руках маленький подсвечник. Свет, от горевшей в нём свечи, освещал лицо девушки, которое мне почему то показалось не очень знакомым.

- Вы кто? - спросила меня она, когда между нами осталось не больше десятка ступеней.

- Нет, уезжать на долго действительно вредно. Родная жена перестаёт узнавать - ответил я ей, снимая платок с головы.

- Ты?! - вскрикнула Ника и тут же завалилась на бок, одновременно пытаясь упасть на ступеньки и бросить подсвечник на них же.

Я даже сразу не сообразил, за что хвататься в первую очередь, за падающую девушку или свечу способную из искры устроить громадный костёр. Но руки и ноги среагировали быстрее головы. Рванувшись вверх, со скоростью спринтера, я успел сначала поймать Веронику, а потом правой ногой затоптать продолжавшую гореть, на деревянной ступеньке, свечу. С дуру чуть было не заорал, чтобы кто нибудь скорую вызвал, но быстро опомнился. От куда тут скорые, да и кто их вызвать сможет, если бы даже и были.

Неподвижное тело отнёс вниз, не потому, что не справился бы с весом, подымая его в спальню, а наоборот, потому что мне этот вес показался каким то уж очень маленьким и хотелось быстрее понять в чём дело.

- Хозяин это ты? - спросила меня ошалевшая, от всего произошедшего, Аделина.

- Я, а кто же ещё?

- Санта Мария - сказала девушка, перекрестившись, - хозяйка тебя два раза хоронила, а ты живой.

- Ты воды бы принесла, что ли! Вместо того чтобы молебен по мне устраивать - попросил я её.

- Воды? Сейчас.

Девушка метнулась в сторону и вернулась обратно со скоростью пули.

- Пей! - протягивая глиняную кружку, предложила она мне.

- Какой нахрен пей. Мне её надо в чувство привести - ответил я не понятливой прислуге, брызгая водой на лицо, так и лежавшей без чувств хозяйке дома.

Открыв глаза лишь после того, как у меня в чашке не осталось воды, Вероника даже не попыталась пошевелиться, она смотрела на меня, не моргая и от этого взгляда у меня по спине мурашки побежали.

- Ты чего? - спросил я девушку, беспокоясь о её душевном состоянии.

Вид у неё такой, что в гроб краше кладут. Аделина разожгла свечи и теперь я смог разглядеть Нику, и понять почему она мне показалась не знакомой. У неё была не худоба, а какое то не понятное мне явление природы, хотя это может быть всего лишь свет так падает.

- Ну ну, девочка. Давай приходи в чувство. Это не приведение. Это я, самый настоящий. Можешь потрогать даже, если не веришь - взяв её тоненькую руку, сказал я и с силой стукнул ей себя по щеке.

- Теперь верю - пытаясь улыбнуться, ответила мне Вероника.

Потом были и слёзы, и истерика, и смех, от которого мне становилось не по себе, и самому хотелось завыть. А где то после полуночи я вспомнил, чем лечатся такие случаи, напоил жену и сам напился, за компанию. Когда же Ника дошла до такого состояния, что перестала соображать, чего с ней происходит, я отнёс её на верх и уложил спать. Себе я такой роскоши предоставить не могу, времени в обрез, а надо ещё с Сутягиным повидаться и по возможности поговорить.

Васька пришёл минут через двадцать, после того, как за ним ушла Аделина, хотя должен был обитать в трёх метрах от моего дома, во всяком случае раньше так хотел.

- Чего стоишь, морда протокольная, заходи давай - сказал я ему, как только он появился в доме.

Сутягин молча подошёл к столу, налил себе в Вероникину кружку из кувшина и залпом выпил. Потом посмотрел на пустую посудину, поставил её на стол, налил ещё и снова выпил, и только после этого заговорил.

- Ну наконец то! А то я уже начал подумывать не убило ли тебя взаправду.

- Хрен вам! - ответил ему, подливая себе в кружку вина. - Ты чего же не мог ей объяснить, что я непотопляемый? Как позволил девке себя до такого состояния довести?

- Да говорил я ей! Но ты же знаешь этих баб, то там услышит какую нибудь хрень, то тут и мне верить перестала. А после того, как мы второй раз узнали, что тебя снова подстрелили, так она совсем меня слушать перестала. Твердит одно и тоже, отвези меня на могилу и всё тут. Я уже бояться начал, как бы умом не тронулась.

- Эх Вася, Вася. Надо было найти нужные слова или на худой конец в морду дать, чтобы поверила, а ты, как баба себя повёл.

- Ага, в морду. Ты бы меня потом, я тебя знаю.

- Ну поколотил бы малость и что с того, ради дружбы мог бы и стерпеть. Ладно чего уж теперь то, садись давай и пей, а то я уже пьяный, и скоро тебя плохо понимать буду. А нам до этого обо всём ещё поговорить надо. Докладывай давай, как тут без меня управлялся.

- Это можно. Закуски бы ещё, а то быстро захмелею.

- Когда это ты без закуски пить не мог? - удивившись, спросил я товарища.

- Поработай на такой должности и не то с тобой приключится.

- Ну хватит тут себя жалеть. Говори, коммунизм построил или только на подходе?

Веронику начал будить, когда ещё темно было. Сам, до этого, примерно пол часа, вместе с Васькой нырял башкой в бочку с водой, пока мозги в ней не встали на место и только после этого мы с ним разошлись. Я пошёл в дом, а Сутягин на траулер, отдавать распоряжения.

- Вставай девочка моя, собираться надо. Времени мало осталось - легонько толкая, сказал я Веронике.

Она открыла глаза и посмотрев на меня таким взглядом, как будто, и не было трёх месяцев разлуки, сказала: