Опыт поколений - Шилов Игорь Александрович - Страница 126

- Вы поймите, пятнадцать процентов скидки, при таком объёме, очень мало.

Стою и делаю вид, что задумался. На самом же деле, если бы он попросил меня скинуть тридцать процентов, я бы наверное всё равно бы согласился, цену то от фонаря дал. А по чём мы эту же рыбу на рынке продавали и сейчас её Сутягин толкает, я очень хорошо знаю. Так что предложение мужик вполне нормальное сделал.

- Согласен, но только потому, что ты мне комбата моего напоминаешь, погиб он, ещё в сорок первом - ответил я собеседнику фразой из какого то фильма, сейчас уже даже не помню из какого.

- Спасибо вам и можете знать, вы у нас всегда желанные гости. А если, ну мало ли, по недоразумению какому, у вас проблемы здесь возникнут, вы не стесняйтесь, сразу меня ищите. У любого торгаша спросите, где Петрова найти и вам каждый покажет.

Умаялся я что то с этим потомком или как там его, современником, или хрен его знает, как обозвать мальчика, чтобы не запутаться. Но зато дело сделал, надо заметить, очень нужное, продал всё что осталось, а это примерно тонна семьсот, не меньше, да ещё заставил оптовика вернуть нам все наши бочки, они у меня не в кустах найдены, между прочим, чтобы таким имуществом разбрасываться. А вот куда товарищ управляющим делами перелил наш рассол, вместе с рыбой, до того мне дела нет, то его печаль. Моя забота сообразить, куда вырученные деньги девать, домой везти их я не собираюсь, а придумать чего с ними делать сегодня, уже пожалуй не успею, да и торопиться в таком деле не хочется. Что же будем здесь ночевать, как и планировали.

Глава 20

Утром меня разбудил не паровозный гудок, а самый настоящий будильник, купленный вчера в одном из отделов большого магазина, на втором этаже. Приятное дребезжание нисколько не напрягало, а даже совсем наоборот настраивало на рабочий лад, пробуждая в дальних уголках памяти, забытые воспоминания о наличие различных предметов, делающих эту не простую жизнь более лёгкой и комфортной. Мелодичный звон, доносящийся из дешевого китайского механизма, заставил проснуться не только меня, но и всех остальных, кто нашёл приют на ночь, в этом не большом домике, на окраине посёлка с задушевным названием Универмаг. А для тех кто ещё не успел понять, что пора вставать, я продублировал его команду:

- Всем подъём! Мыться, бриться, умываться. Завтрак в семь, кто опоздает оставлю голодным.

Сегодняшний день я планирую провести всё там же, на площади возле универмага и в самом здании. Не весь конечно, а ту его часть которая считается до обеденной, потому что после дневного перекуса собираюсь покинуть этот, ни на что не похожий, посёлок и отправиться в сторону дома, по дороге посетив ещё одно поселение, где наверняка уже сейчас готовятся продолжить вчерашнюю распродажу наши товарищи. Свободное время, образовавшееся у нас вчера вечером, мы провели с пользой, не смотря на то, что его в светлое время суток, оставалось не так уж и много. Я успел разменять ещё почти сорок тысяч бумажных рублей, получив за них примерно килограммов пятьдесят мелочи. Веснин, обойдя несколько торговых рядов на улице, тоже приволок примерно треть мешка, так необходимых нам монет, различного номинала. Девчонки продавщицы, неожиданно быстро для себя, закончив с розницей, обошли, по моему поручению, торговую площадку, дабы прицениться к реализуемому товару, к которому мне, как солидному мужчине, подходить, как то не с руки. Станислав Андреевич, потратив все выданные ему наличные, остаток времени разглядывал сельхоз инвентарь и ближе к ужину выдал мне целый список того, что по его мнению, нам нужно непременно приобрести. Единственный иностранец в нашем коллективе, но правда с русскими корнями, тоже не сидел без дела. Получив от меня разрешение на самостоятельную прогулку посетил тот участок площади, где торговали различными инструментами, включая и такие, которые ему показались очень диковинными, но это совсем не значило, что абсолютно не нужными. Такая вещь, как электрический рубанок, его очень заинтересовала и он с таким восторгом рассказывал о нём всем нам, что мне сразу стало понятно, без него я отсюда не уеду. Один Торопов числился у нас вечным дежурным, потому что даже водитель успел прогуляться в поисках места, где здесь можно заправиться или отовариться запчастями на транспорт. Заправки он так и не обнаружил, но узнал, кто может помочь в этом не простом, как оказалось, вопросе. Горючие, в этом поселении, можно было получить только в одном случае, если у тебя на руках имеется письменное разрешение небезызвестного мне товарища управляющего и ни как иначе. Прикинув все за и против, пришёл к выводу, что попытаться получить такую бумажку, мне, как заслуженному бойцу Красной Армии, вполне по силам, надо только найти место гнездования гражданина Петрова и потребовать её, со всей пролетарской настойчивостью. Много бензина не бывает, когда его поставки сильно ограничены и поэтому при любой возможности необходимо пополнять свои запасы, без оглядки на то сколько удастся добыть, десятки литров или сотни.

Сдав ключи хозяину кемпинга и позавтракав в ближайшем кафе, мы завели наш грузовичок и двинулись в сторону центральной площади Универмага, обгоняя по дороге многочисленных прохожих, спешащих наверняка на работу, а куда же ещё в такую то рань. Чтобы не говорил Столяров про беспредел местной элиты, но наладить жизнь в этом городке им всё же удалось. Стороннему наблюдателю, не имеющему полной информации о реальном положении дел, может даже показаться, что эти люди смогли сделать не возможное, почти что на пустом месте построить общину, в которой все живут нормальной и возможно даже, счастливой жизнью. Хотя, чтобы понять, как тут всё устроено на самом деле, надо жить здесь, так как то, что одному кажется беспределом, другие считают благом, возведённым в ранг закона. Понятно одно, делать какие то поспешные выводы, со слов одного человека, мне не следует. Если удастся еще раз, а может даже и не один, посетить этот городишко и пообщаться с кем нибудь из его жителей, желательно из различных слоев, вот тогда и можно будет составлять мнение о нём и заведённых здесь порядках. И то только в первом приближении, и с вероятностью изменить первоначальное мнение, в последующем, на другое, возможно более верное и точное.

Базарная площадь, на момент нашего прибытия на неё, ещё не бурлила, но начинала жить той жизнью, которую привыкли видеть на ней, обычные покупатели, появляющиеся, как правило, здесь на много позже, чем те, кто считает её своим рабочим местом. Многочисленные продавцы выставляли на деревянные прилавки свои не хитрые товары, машины и телеги занимали отведённые только для них места. Продавцы живого товара вели и волокли, а так же пихали и толкали, к уже вычищенным, после вчерашнего посещения, местам пребывания, многочисленных животных, разного размера, возраста, пола и обличия. Ранее не знакомая жизнь рыночных продавцов, предстала передо мной в полной красе и надо заметить не вызвала ни каких отрицательных эмоций, а наоборот, подхлестнула к тому, чтобы и самому стать более расторопным, и незамедлительно преступить к делам, из-за которых, собственно говоря, мы все сегодня здесь и появились.

- Девчонки, даю вам десять тысяч, идёте и покупаете на них всё, что посчитаете нужным, но только так, чтобы обиженных дома не было. Смотрите, если кто то придёт ко мне жаловаться, что ему что то не подошло или не понравилось, в следующую поездку останетесь без покупок. Всё поняли?

- Да откуда же мы знаем чего им надо, этим старым тёткам, своим девочкам мы конечно подберём, а про остальных понятия не имеем.

- Так, слушать меня внимательно, если задание не выполните, по приезду домой сядете на губу, на трое суток, там по другому запоёте. Я что ли по вашему трусы да натитьники вам покупать должен, или мне может Жору за ними отправить, а перед этим разрешить ему все размеры с вас снять. Чего молчите? И не чего мне здесь краснеть, меня этим не возьмёшь. Короче выбирайте или сами всё делаете, или Жору отправляю.