Голубые фиалки - Томпсон Ронда - Страница 46

Виолетта бросила взгляд на расстеленные на земле одеяла, и перед глазами ее замелькали видения вчерашней страстной ночи. Она быстро отвернулась, схватила свой чемодан и, выбравшись из палатки, подошла к группе всадников, ожидавших ее в стороне.

— У меня нет лошади, — грустно сказала она.

— Садитесь ко мне, — предложил ей мужчина, возглавлявший отряд. — Вы сможете отдохнуть на станции и подождать, пока мы поймаем этого негодяя.

Виолетта была не в восторге от перспективы ехать вместе с незнакомым мужчиной. Но гораздо больше ее беспокоила мысль, что они могут схватить Грегори. Охранник помог ей сесть в седло позади него, и Виолетта первым делом пристроила между ними свой чемодан.

Ей показалось, что поездка до станции заняла целую вечность. Нельзя всю ночь заниматься любовью, а на следующее утро прекрасно чувствовать себя в седле.

Возле здания станции охранник помог ей спешиться.

— Я буду охранять вас, мэм. Остальные вернутся назад, чтобы убедиться, что негодяй не поехал в обратную сторону.

Виолетта понадеялась, что смятение не отразилось на ее лице. Хотя можно попробовать обмануть их…

— А мой муж! — с тревогой вскричала она. — Его нашли?

— Нельзя сказать, чтобы мы его искали, мэм. — Главный охранник покраснел. — Мы больше беспокоились о вас и старались изловить негодяя.

Виолетта отчаянно вцепилась в мужчину, который возглавлял отряд.

— Я должна, должна знать, жив он или мертв! Прошу вас! Возможно, он ранен и истекает кровью… Или уже мертв — но я все равно должна знать!

Охранник неуверенно посмотрел на остальных, потом взглянул на залитое слезами лицо Виолетты.

— В скольких милях отсюда он упал с лошади?

— Я не знаю точно, — растерялась она. — Миль пять… — Увидев, что мужчина нахмурился, она торопливо заговорила: — Может, и меньше! Я бежала, спасаясь от убийцы, и не могу сказать наверняка.

— Езжайте и посмотрите, — неохотно приказал мужчина другим охранникам. — И возвращайтесь немедленно, если что-то найдете. Если нет — возвращайтесь назад по дороге. Обязательно доложите о результатах до наступления ночи.

— Благодарю вас, — прошептала Виолетта. Охранник кивнул и жестом велел ей вернуться в дом.

Смотритель, который старался не слишком разглядывать ее, спросил:

— Хотите чего-нибудь, мэм? Воды или, может, поесть?

— Нет, — ответила Виолетта, занятая своими мыслями. Если бы удалось незаметно выскользнуть и украсть лошадь…

— Вам бы стоило поесть, — настаивал смотритель, — хотя бы ради ребенка.

— Ради ребенка? — Она уже забыла о своей выдумке. — Да-да, вы правы.

— Ну, это ведь ребенок вашего мужа, так что вы должны теперь особенно заботиться о нем, вы ведь понимаете, о чем я говорю?

Виолетта не сразу поняла, что он имел в виду. Ах, ну конечно, сообразила она наконец, ведь смотритель решил, что преступник изнасиловал ее этой ночью. Это было бы естественно.

— Садитесь, — вежливо предложил вернувшийся со двора охранник, — и не бойтесь — я слежу за дверью и дорогой. Больше этот негодяй не причинит вам вреда… Уверен, шериф из Топики захочет подробно расспросить вас о случившемся… Если до тех пор мы не поймаем мерзавца.

— Шериф?

— Ну да. Нам понадобится описание внешности и все такое. Вы… вы ведь успели его хорошо рассмотреть?

Виолетта опустила глаза, и краска залила ее щеки. Надо же как вовремя!

— Да, — тихо ответила она. — Я успела хорошо его рассмотреть.

— Так я и думал, — кивнул охранник и придвинул ей стул.

Так Виолетта стала пленницей. Было совершенно очевидно, что, даже если охранник и не подозревает о ее связи с ограблением, то он ни за что не отпустит ценного свидетеля, пока не поймают Грегори, — а об этом Виолетта даже думать не хотела.

Смотритель приготовил еду, но, как выяснилось, повар он был никудышный, и Виолетта с трудом заставила себя проглотить немного пищи. Вся станция состояла из одного помещения, довольно просторного, но одного. Отдохнуть можно было на грязной койке или на полу. Виолетта предпочла пол. Как ни странно, она даже задремала — сказались усталость и вчерашняя бессонная ночь.

Ее разбудил шум — вернулся отряд, посланный в погоню. Виолетта вскочила с бешено бьющимся сердцем, опасаясь, что они привезли с собой Грегори. Но вот мужчины ввалились в помещение, и по их лицам она поняла, что они вернулись ни с чем. Она облегченно вздохнула.

— Он исчез, — проворчал один из преследователей. — Растворился… — И тут он увидел Виолетту. — Мне жаль, мэм, но вашего мужа мы тоже не нашли.

Она почувствовала слабость в ногах и, быстро опустившись на стул, спрятала лицо в ладонях и расплакалась. Мужчины неловко переминались и сочувственно смотрели на нее, не подозревая, что слезы были вызваны вовсе не горем, а радостью — Грегори жив и ему удалось ускользнуть. По крайней мере пока.

Чья-то рука коснулась ее плеча, и Виолетта отшатнулась. Охранник, который был с ней днем, произнес:

— Завтра утром дилижанс отправляется в Топику. Несколько человек поедут с вами, остальные будут продолжать поиски.

Виолетта кивнула. Могло быть и хуже. Она едет в Топику свидетельницей ограбления, а не воровкой, пойманной на месте преступления… Собственно, этого Грегори и добивался, когда оставил ее одну. Но вот дальше… каковы были его планы: встретиться с ней… или он, взяв деньги, просто сбежал?

Весь следующий день Виолетту продолжали мучить те же вопросы. Дилижанс катился по не слишком ровной дороге, наезжая на камни и проваливаясь в рытвины, и каждый раз, подпрыгивая на жестком сиденье, Виолетта морщилась и вспоминала их с Грегори ночь. Как он мог заниматься с ней любовью, смотреть в глаза с чувством, которое — она была почти уверена — было сильнее страсти, а после этого бросить ее?

Потом мысли ее приняли другое направление. В конце концов, что такого сделал Грегори? Занимался с ней любовью? Но ведь она сама попросила его об этом. Забрал деньги? Но ведь он сразу сказал, что, имея такое богатство, они могли бы начать жизнь с чистого листа — купить новые имена и стать кем угодно. И в результате он поступил так, как его учили, — каждый за себя.

К тому моменту, как дилижанс прибыл в Топику, Виолетта измучилась и физически, и морально. Стыдясь самой себя, она выглядывала из окна и всматривалась в каждого проходившего мимо мужчину. А вдруг сейчас появится Грегори? Но его не было, не было среди множества чужих лиц, окружавших ее. Экипаж остановился у конторы шерифа. Всадники спешились. Один из них открыл дверцу и помог ей выйти. После чего проводил к шерифу.

Шериф Топики был немолод и чем-то напомнил Виолетте шерифа Джонсона из Сент-Луиса. Оторвав взгляд от бумаг, которыми был завален его стол, он проворчал:

— В чем дело?

Один их охранников поспешно изложил события последних двух дней, смущенно добавив, что они пока не поймали грабителя.

— А вы были его заложницей? — поинтересовался шериф, глядя на Виолетту.

Она кивнула.

— Он… он стрелял в моего мужа… Но тело не нашли.

— Я займусь этим, — повернулся шериф к охранникам. — А вы, миссис…

— Клайн, — подсказала Виолетта.

— Присаживайтесь, миссис Клайн. У меня есть к вам несколько вопросов.

Виолетта устроилась на стуле, а остальные покинули помещение.

— А теперь расскажите мне, что произошло, — попросил шериф.

Виолетта принялась рассказывать, как они с мужем путешествовали из Сент-Луиса в Канзас через штат Миссури, присматривая по дороге пастбища, которые стоит купить для компании. Рассказала она также о знакомстве с четой Бартонов в Харвест-Гроув и о том, как, зайдя в банк попрощаться с управляющим, она застала там грабителя. Она не забыла упомянуть, как расстроен был мистер Бартон тем обстоятельством, что сообщил грабителю о дилижансе с деньгами. Он прямо так и сказал, что негодяй может последовать за дилижансом и повторить попытку завладеть деньгами.

— А на дороге на вас и вашего мужа напал тот самый грабитель?