Голубые фиалки - Томпсон Ронда - Страница 14

Грегори задумчиво разглядывал ее. Он не мог вообразить Виолетту рядом с преступником. И поцелуи ее были поцелуями невинной девушки, которую никто никогда не ласкал. Неожиданно в голову ему пришла мысль, которая объясняла многое. Должно быть, она влюбилась в человека ниже себя по происхождению. Такое уже случалось и прежде. Своего рода протест против условностей и строгого воспитания. Лайла, дочь Майлза, тоже вышла за человека низкого происхождения, чье положение в обществе нельзя было сравнить с ее собственным. Грейди Финч был ковбоем, но, слава Богу, не преступником. И почему только девушкам из приличных семей очень нравятся вовсе не подходящие мужчины?

Сам Грегори тоже не был ангелом, и его положение было весьма шатким. Но пожалуй, по сравнению с этим бандитом он окажется вполне желанным кандидатом в мужья для родственницы Майлза.

— Я отвезу тебя домой. Ты выйдешь замуж за порядочного человека и скоро поймешь, как я был прав, не позволив тебе наделать глупостей.

Виолетта поднялась. Щеки ее пылали.

— Глупостей?! Позвольте вам кое-что объяснить, мистер Клайн. Никто — ни ты, ни Майлз, никто другой — никогда не будет указывать мне, что я должна и чего не должна делать. Никогда! Поэтому просто оставь меня в покое и возвращайся в Сент-Луис.

Она бросилась к своей лошади, засунула остатки припасов в сумку и, вскочив в седло, поскакала прочь. Некоторое время Грегори сидел неподвижно, взвешивая возможные варианты. У нее нет денег, которые он мог бы украсть. Она заявила, что любит другого человека, да еще преступника. Так что единственная возможность получить хоть что-нибудь — это доставить ее домой. Но она явно не собирается возвращаться. И что прикажете делать — тащить ее силой? Но с этой женщиной такой номер не пройдет — она просто пристрелит его, и все.

С другой стороны, когда Майлз заключал с ним сделку, он ничего не говорил о времени. И еще — он, Грегори, обязался вести себя как джентльмен, а любой другой на его месте давно соблазнил бы эту девицу. Может, в этом и заключается проблема — он был слишком терпелив с ней? Пожалуй, он все же постарается оказать услугу Майлзу и спасти Виолетту от этого преступника… Значит, она любит неистовых мужчин? Он тоже может быть неистовым, диким, да каким угодно…

Виолетте ужасно хотелось оглянуться и посмотреть, едет ли Грегори следом. Но она этого не сделала. Она не могла, просто не могла сказать ему правду. Ведь пришлось бы рассказывать все ужасные подробности ее прошлой жизни. И уж тогда он точно бросил бы ее и уехал. До тех пор, пока Клайн считает, что у него есть шанс жениться на ней и добраться до денег Майлза, он будет рядом.

Виолетта выбрала «преступника» в качестве своего гипотетического жениха по двум причинам. Во-первых, она не раз видела, как мужчины упорно добиваются чего-нибудь совсем им ненужного, и предположила, что женщины должны вести себя так же. А во-вторых, — это позволит ей выдать неловкость, которую она испытывает в обществе Грегори, за привязанность к другому мужчине..

Теперь он не будет ее целовать. Хотя, надо сказать, она не боялась ни его поцелуев, ни его самого. Наоборот, его ласки будили в ней новые, странные чувства. И это ее пугало.

Услышав стук копыт, Виолетта вздохнула с облегчением. Минутой позже Грегори уже был рядом.

— И какие у нас планы? — спросил он как ни в чем не бывало.

— Тебе они не понравятся, — буркнула Виолетта.

— Ты опять будешь грабить банк?

— Если я не добуду денег для выкупа, Тип умрет.

— Может, оно и к лучшему, — пробормотал Грегори.

— Ты ведь так не думаешь, верно? — Виолетта сердито взглянула на него. — Ты мошенник, который превыше всего ценит деньги. Но ведь не убийца.

— А вдруг? — Грегори насмешливо изогнул бровь. — Я, знаешь ли, могу быть очень плохим парнем.

Виолетта чуть не рассмеялась. Она знала, что Клайн — далеко не образец джентльмена, но не сомневалась, что он вовсе не так плох, как хочет казаться.

— Расскажи мне об этом человеке — Типе, — попросил Грегори, и она мысленно застонала.

Вот позор — она даже имени нормального придумать не смогла! Должно быть, потому, что она никогда не любила ни одного мужчину, кроме Майлза. И когда Виолетта судорожно рылась в памяти в поисках имени, связанного с чем-нибудь симпатичным, она вдруг вспомнила: когда она была девочкой, к ним во двор забрел черный котенок, только кончик хвоста у него был белый. Она приютила его, назвала Типом и подкармливала тайком от отца. Он был такой забавный! Что же рассказать о Типе?

— Ну, он такой… игривый, — неуверенно начала она.

— Игривый? — удивился Грегори.

— Вообще-то я вовсе не собираюсь обсуждать его с тобой. Будет лучше, если ты вернешься в Сент-Луис. Впереди меня ждут опасности, а я не хочу, чтобы ты пострадал.

Грегори с негодованием отверг ее предложение:

— Мне кажется, я доказал, что вполне могу позаботиться о себе.

— Я думала, ты трус и гордишься этим. — После небольшой паузы Грегори улыбнулся:

— Знаешь поговорку: настоящая женщина может изменить даже самого безнадежного мужчину.

Но его улыбка и комплимент не обезоружили Виолетту. Она прекрасно знала его истинные мотивы. А потому, вздохнув, ответила:

— Надеюсь, когда-нибудь ты встретишь такую женщину.

Улыбка Грегори слегка поблекла, и он устремил взгляд на дорогу. Помолчав, он спросил:

— Скажи, этот твой приятель из преступной банды — он тебя соблазнил?

— Не твое дело!

— Судя по тому, как ты неопытна, похоже, что нет. И это очень странно.

Виолетта вспомнила свою родню. Подозрительных небритых мужчин, которые иногда прятались в доме ее отца. Никто из них не обладал приятными манерами. Никто не относился к женщинам с уважением. Они потешались над ее матерью, говорили ей всякие гадости, и ни разу пьяный отец не пожелал ее защитить.

— Он отличается от других преступников, — уверенно сказала Виолетта. — Он всегда относился ко мне с уважением.

— Вот как? Преступник-джентльмен? — Грегори рассмеялся. — Ты так наивна, Виолетта. А у него, должно быть, просто хватило ума скрывать от тебя свое истинное лицо. Он заморочил тебе голову. Я уверен, ты не любишь его. Просто тебе кажется романтичным все, что связано с его жизнью: постоянные опасности, неодобрение общества. Вся эта глупая чушь, что так часто снится наивным девушкам.

Виолетта нахмурилась. Разговор зашел в тупик и порядком испортил ей настроение. Глупец! Из них двоих именно он был наивным. А ее сны, к сожалению, каждый раз оборачивались кошмаром. Грегори полагал, что Виолетта леди, раз она жила под крышей Майлза, и этот старик был к ней очень привязан. Иначе… Думай Грегори иначе, он и относился бы к ней по-другому. Еще в первую их встречу Клайн дал ей понять, что подержанный товар годится только для постели.

И не он один так думает.

— Ты не сможешь заставить меня изменить решение, — заявила Виолетта. — Но потом, когда все закончится, я, может быть, и соглашусь съездить с тобой в Сент-Луис.

— Вместе с твоим приятелем-бандитом?

— Да.

— Послушай, неужели ты и вправду веришь, что эти люди, зарабатывающие на жизнь преступлениями, стоящие вне закона, сдержат слово, данное девчонке? Что все будет так просто: ты отдашь деньги, они вернут тебе твоего парня и пожелают доброго пути и многих лет счастливой жизни?

Виолетта и сама знала, что в ее легенде полно слабых мест, и это было одним из них. Чтобы отвлечь Грегори, она вновь нанесла удар по его самолюбию:

— Я же сказала, что это будет опасное дело. Трус не должен в нем участвовать, — высокомерно произнесла она.

— Есть разница между трусостью и глупостью, — фыркнул Грегори. — Я все же попытаюсь отговорить тебя от этого идиотского намерения — спасать преступника.

— Это что — предупреждение?

— Скорее, обещание.

— А я обещаю, что ты только зря потратишь время.

— Ну, нам ведь все равно больше нечем заняться. «Да уж, — подумала Виолетта, — я пока остаюсь самым финансово многообещающим для тебя предприятием». Она не испытывала угрызений совести, обманывая Клайна, потому что прекрасно знала: ради денег он готов лгать, красть и даже стать джентльменом. Правда, она совсем не хотела, чтобы он подставлялся из-за нее под пули. После ограбления следующего банка она от него как-нибудь избавится. Как только они доберутся до предместий Коффивилла, помощь Грегори ей больше не понадобится. А если их схватят раньше, она всю вину возьмет на себя, чтобы ему не пришлось отвечать за ее грехи.