Голубые фиалки - Томпсон Ронда - Страница 10

Виолетта рассмеялась:

— Глупости! У тебя не хватает мужества украсть самому, и ты воруешь у того, кто смог это сделать!

— Не важно. Теперь власти преследуют и меня тоже. Они думают, что мы сообщники. Я задержался, потому что путал следы. Твой след привел бы погоню прямо сюда.

— Неправда. Я петляла…

— Но ведь я тебя нашел? Кстати, партнер, а где деньги?

Виолетта пошла к кучке своих вещей и принесла все необходимое для приготовления ужина

— Я их закопала. И не спрашивай где — я тебе не доверяю. Ты останешься на ужин?

— Даже не знаю. — Грегори вытянул рубашку из-за пояса. — Ты меня отравишь, или сегодняшние развлечения ограничатся ограблением банка среди бела дня на глазах у помощников шерифа?

— Думаю, на сегодня с меня достаточно, — скромно потупилась Виолетта, усаживаясь у огня.

— Слава Богу! Пойду искупаюсь. Я весь пропылился.

Разбирая припасы, Виолетта поглядывала на Грегори из-под опущенных ресниц. Он подошел к лошади и снял одеяло, притороченное к седлу. Потом он направился к ней, и она увидела его обнаженный торс — рубашка была распахнута. Оказывается, он был не только хорошо сложен, но и весьма мускулист. Он не был покрыт ужасными волосами. И живот… Живот у него плоский и не свисает на ремень брюк… Она поспешно отвела взгляд и постаралась сосредоточиться на приготовлении ужина и обдумывании дальнейших действий.

Она была уверена, что теперь Клайн последует за ней куда угодно — слишком велик соблазн присвоить ворованные деньги, а в перспективе стать партнером в фирме. Но что она будет с ним делать, когда настанет момент совершить очередное ограбление? А когда она доберется до Коффивилла? Да ладно, там будет видно. А пока надо придумать какую-то историю, чтобы объяснить необходимость ограбления банков. Что-то правдоподобное… Но что?

— Виолетта? — Да?

— Ты не одолжишь мне кусок мыла?

Виолетта бросила на сковородку кусочки сала и взяла свою сумку. Достав кусок цветочного мыла, она улыбнулась сегодня Грегори будет пахнуть фиалками. Она направилась к реке, но, подойдя к берегу, застыла на месте. Клайн стоял спиной к ней по пояс в воде, и заходящее солнце блестело на его влажной коже. Она сглотнула комок в горле.

— Клайн? — Голос ее почему-то прозвучал хрипло и, как ей показалось, слишком интимно.

Грегори повернулся. На его плечах и руках бугрились мускулы. Он был удивительно красив. До этого момента Виолетта и не подозревала, что мужское тело может быть красиво, но сейчас ей в голову пришла именно такая мысль.

— Мыло, — напомнил ей Грегори. Опомнившись, она посмотрела на него, и щеки ее вспыхнули от смущения.

— Извини. Бросить тебе его?

— Ну, если хочешь, можешь принести его прямо сюда.

— Э, нет… Я имела в виду — бросить, чтобы ты ловил, или положить на берег, чтобы ты забрал его, когда я уйду?

— Бросай. — Он подставил руки.

Виолетта бросила и, разумеется, здорово промахнулась Мыло плюхнулось в воду почти у берега Грегори поспешно рванулся за ним. Чем ближе он подходил, тем больше его тело выступало из воды. Виолетта быстро отвернулась. Она совсем не жаждала увидеть его обнаженным. И так вся эта сцена была слишком интимной.

Она вернулась к костру, достала свинину и муку для соуса. Затем поставила на огонь кофейник. Вскоре появился Грегори. Он натянул веревку между деревьями и повесил на нее одеяло.

— Ты меня удивляешь, — фыркнула Виолетта. — Не Думала, что джентльмен может столь хорошо разбираться в премудростях кочевой жизни, да вдобавок сбивать погоню со следа.

Опустившись рядом с ней на землю, Грегори пояснил:

— В Вайоминге мне однажды пришлось искать угонщиков скота — они крали наших коров. Тогда я много чего узнал о том, как заметать следы… Я вообще многому там научился, — задумчиво добавил он.

— Да, именно так ты писал в своих письмах, — улыбнулась Виолетта.

— Ты читала мои письма? — Его рука замерла на полпути к кофейнику.

— Ну да, для Майлза. Он с возрастом стал плохо видеть, — пояснила она.

— Похоже, вы оба порядком повеселились, читая мои послания, — обиженно пробурчал Грегори.

— Да, — честно призналась она. — Иногда я начинала смеяться, еще только увидев знакомый конверт. — Она со злорадством заметила, что этот разговор не улучшил настроения Клайна.

Некоторое время они сидели молча. Виолетта переложила бекон со сковородки на чистую салфетку и теперь сыпала в масло муку.

— И как скоро я начал ныть и проситься домой? Через год, два?

— Через два… месяца. — Она захихикала. Клайн сердито взглянул на нее, но промолчал.

А Виолетте в голову пришла неожиданная мысль. Ведь именно Клайн и его злоключения в Вайоминге сблизили ее с Майлзом. Оказавшись в доме Трафтена, она почувствовала себя в безопасности, но в то же время растерялась. Майлз не знал, что с ней делать, а она не знала, чем могла бы заняться. Виолетта привыкла к тяжелой работе: скоблить грязные полы в салуне, мыть окна, готовить еду. А теперь вдруг оказалось, что у нее нет других дел, кроме как выбирать наряды, читать книги и ждать встречи с детективом, который разыскивал ее семью. Однажды днем, когда она в очередной раз бесцельно бродила по дому, Майлз попросил ее помочь ему разобрать корреспонденцию. «Давно надо бы заказать очки, да все недосуг», — посетовал он. И вскоре разборка почты превратилась для обоих в привычный ритуал. Они устраивались в кабинете, запасались горячим шоколадом и печеньем, и Виолетта читала письма «дядюшке» Майлзу.

Как они смеялись над жалобами и мольбами Грегори, который просил разрешения вернуться домой! Так что можно сказать, своим сближением с Майлзом она обязана именно Клайну.

— Думаю, ты была обо мне невысокого мнения? Так оно и было, а потому, проигнорировав его вопрос, Виолетта спросила:

— Почему ты это делал? Я хочу сказать — почему ты начал шантажировать Уэйда Лэнгтри?

— Нам нужно было то, что принадлежало Камилле Корделл. Река протекала через ее земли. Она могла построить дамбу и оставить фермеров без воды. В этом случае земли, купленные нами в этом районе, не стоили бы ни гроша.

Виолетта помолчала. Соус, который она мешала, стал слишком густым, и она разбавила его водой из фляги.

— Я пытался договориться с Камиллой, — продолжал Грегори. — Даже поехал в Техас, чтобы предложить ее отцу честную цену за эту землю…

— И что же дальше? — спросила наконец Виолетта, потому что пауза затянулась.

— Она отстегала меня кнутом. Содрала здоровенный кусок кожи и мяса.

— Откуда?

— Не покажу, — ответил Грегори, прихлебывая горячий кофе.

— Ты сожалеешь об этом?

— А то! — Он усмехнулся.

— Нет, я спрашивала про шантаж.

— У меня в жизни было несколько эпизодов, воспоминания о которых не доставляют мне удовольствия.

Виолетта протянула ему тарелку с ломтями бекона, густым соусом и хлебом. Она ожидала продолжения, но он молчал.

— Ты расскажешь мне про это?

Грегори молча потянулся к еде, но Виолетта быстро отодвинула тарелку.

— Ну, я признаю, что был не прав в случае с Камиллой Корделл… теперь Лэнгтри.

— В каком смысле? — с тревогой спросила она. Глядя в сторону, он нехотя произнес:

— Я сказал ей кое-что… и кое-что предложил… недостойное джентльмена.

— Ты… пытался ею овладеть? — Голос Виолетты дрогнул.

— Конечно, нет! — фыркнул Грегори и опять протянул руку за тарелкой, но она снова ее отодвинула.

— А почему ты обращался с ней не по-джентльменски?

— Потому что не знал, что она леди, — сердито ответил Грегори.

Виолетту охватил гнев:

— Значит, ты считаешь, что с простой женщиной можно не церемониться?

— Я сказал, что сожалею! — Грегори начал злиться. — И кто ты такая, чтобы меня упрекать? Ты грабишь банки, украла лошадь и еду у человека, любящего тебя как свою дочь! Видела бы ты беднягу Майлза — он чуть не плакал, и все время повторял: как там моя бедная девочка, а что, если с ней что-нибудь случится?

Виолетта сунула тарелку с ужином в руки Грегори, вскочила и побежала к реке. Глаза ее туманились от слез, но она не хотела показывать Грегори свою слабость. Мысль о том, что она причинила Майлзу боль, разрывала ей сердце. Что он думает о ней теперь? А Лайла? Вдруг она узнает, что Виолетта ограбила банк и теперь скрывается от закона? Слезы потекли по ее щекам. Она впервые испытала острую тоску по своей приемной семье.