В поисках энергии. Ресурсные войны, новые технологии и будущее энергетики - Мацак Олег - Страница 68

Если освоение месторождений будет продвигаться более-менее так, как запланировано, и не возникнет непредвиденных трудностей и разочарований, уже через полтора десятилетия совокупная добыча в Бразилии может подняться почти до 6 млн баррелей в день, что почти в два раза больше сегодняшнего уровня добычи Венесуэлы. Разумеется, потребуются колоссальные инвестиции – по оценкам, $0,5 трлн или более – но это выдвинет Бразилию в ряды ведущих мировых производителей нефти и сделает одним из ключевых источников глобальных поставок нефти на десятилетия вперед.

Из второстепенных источников в основные: канадские нефтяные пески

В апреле 2003 г., через несколько недель после начала войны в Ираке, в сенате США были проведены слушания по вопросам международной энергетической безопасности. Председатель подкомитета по международным отношениям был поражен услышанным. «Произошло нечто крайне важное, чему, как ни странно, никто не придал значения, – заявил один из выступавших. – Впервые с середины 1980-х гг. мировые запасы нефти существенно выросли». Но источником этой новости стал не Ближний Восток. Если раньше считалось, что второе место в мире по запасам нефти занимает Ирак, то теперь он отошел назад. Канада скорректировала данные о своих доказанных запасах нефти, увеличив их с 5 до 180 млрд баррелей, что поставило ее на второе место в мире после Саудовской Аравии18.

Первоначально заявление Канады было встречено с недоверием. Но в последующие годы оценки подтвердились. Мало того, этот специфический нетрадиционный источник нефти – канадские нефтеносные пески – оказался очень удачно расположен со стратегической точки зрения, буквально у порога США.

В течение многих лет разработка нефтяных песков, которые иногда называют битуминозными песками, казалась в лучшем случае экономически нецелесообразной, поэтому эти ресурсы как таковые сбрасывались со счетов. Но за последние несколько лет нефтяные пески превратились в быстрорастущий источник новых поставок в Северной Америке. Растущие объемы добычи поставили Канаду на пятое место среди крупнейших производителей нефти в мире. Значение этого огромно. Если бы «нефтяные пески» были независимой страной, эта страна стала бы самым крупным поставщиком сырой нефти в США19.

Нефтеносные пески расположены главным образом на севере канадской провинции Альберта, включая бассейн реки Атабаска. Пески представляют собой смесь песка, глины и полужидкого битума. Этот асфальтоподобный битум, форма сверхтяжелой нефти, имеет вязкую или твердую консистенцию и не течет, как обычная нефть. Именно поэтому его коммерческая добыча так трудна. В теплую погоду небольшое количество битума просачивается на поверхность земли в виде густой, смолистой жидкости. Столетия назад местные индейские племена использовали ее для смоления своих каноэ.

В первые десятилетия XX в. некоторые ученые, заинтригованные этими просачиваниями, вместе с дельцами, манимыми мечтами о богатстве, начали совершать походы в бассейн реки Атабаска в северной части провинции Альберта и в отдаленное поселение Форт-Макмюррей, которое в то время представляло собой дюжину строений и сообщалось с внешним миром четыре раза в год при доставке почты, да и то если позволяла погода. Экспедиции обнаружили признаки того, что простирающиеся вокруг Форт-Макмюррея на сотни миль болотистые низины богаты залежами нефтеносного песка, но как извлекать из них нефть, было совершенно непонятно. В 1925 г. химик из Университета Альберты наконец-то придумал, как отделить битум от песка и глины и сделать его текучим, но только в лабораторных условиях. В течение десятилетий исследователи пытались сделать извлечение жидкой нефти из песков экономически приемлемой.

Некоторые, однако, отказывались признать поражение перед нефтяными песками, например Ховард Пью, президент Sun Oil, который, по словам его коллеги, «буквально влюбился в тамошние ресурсы». В 1967 г. Sun Oil запустила первый масштабный проект по освоению нефтеносных песков. «В наш атомный век ни одна страна не может чувствовать себя в безопасности, если она не обеспечена нефтью, – говорил Пью. – Нефть из района Атабаски может сыграть важную роль». В рамках так называемого проекта «Великие канадские нефтяные пески» неглубоко залегающие пески извлекались и перерабатывались уже на поверхности, где битум превращался в жидкую нефть. Но результаты этого проекта никак нельзя было назвать «великими». Предприятие сталкивалось с одной технической проблемой за другой20.

Наряду со значительными техническими трудностями обескураживали и условия эксплуатации. Зимой температура в этом регионе падает до –40 °С, в результате чего болота настолько промерзают, что по ним может проехать грузовик. Весной они вновь превращаются в топи, в которых тот же грузовик может целиком уйти под воду.

Экономическая среда тоже была неблагоприятной. В 1970-е гг. Канада проводила чрезвычайно националистическую энергетическую политику с высокими налогами. Возможно, это и отражало дух времени, однако ставило на грань выживания рискованное долгосрочное предприятие, требовавшее вложения миллиардов долларов. Освоение нефтяных песков было заморожено, поскольку компании стали сворачивать операции и уходить в другие места.

Мегаресурсы

Только в конце 1990-х гг. нефтяные пески начали показывать себя, чему способствовала радикальная налоговая реформа, ослабление государственного вмешательства и значительный технический прогресс. Процесс добычи был модернизирован, стал более масштабным и более гибким. Стационарные ленточные транспортеры были заменены огромными грузовиками с самыми большими шинами в мире. Различными методами из песка выделялся битум, из которого в конечном счете можно было получить бензин, дизельное и реактивное топливо и другие традиционные нефтепродукты.

Прорывом стало внедрение нового способа разработки нефтяных песков in situ (что на латыни значит «на месте») без поднятия породы на поверхность, т. е. перенесение ключевого звена производственной цепи под землю. Это было значительным шагом вперед по ряду причин, в том числе и потому, что 80 % нефтяных песков залегают слишком глубоко для добычи открытым методом.

При использовании этого способа перегретый пар, получаемый при сжигании природного газа, подается под землю для разжижения битума. В результате образуется достаточно текучая жидкость – смесь битума и горячей воды, – которая поднимается через скважину на поверхность. Наиболее известен метод парового гравитационного дренирования – технология SAGD (Steam-Assisted Gravity Drainage), которая была названа «наиболее значимым усовершенствованием в области разработки нефтяных песков» за последние полвека21.

В общей сложности с 1997 г. в нефтяные пески провинции Альберта было вложено более $120 млрд. Теперь их называют «мегаресурсами». Производство нефти из нефтяных песков увеличилось с 600 000 баррелей в день в 2000 г. до 1,8 млн баррелей в 2012 г., т. е. утроилось. К 2020 г. оно может вырасти до 3 млн баррелей в день, что превышает текущие уровни суточной добычи в Венесуэле или в Кувейте. Если добавить к этому традиционные углеводороды, то к 2020 г. суточные объемы производства в Канаде суммарно могут достичь 4 млн баррелей.

Между тем проблемы в разработке нефтяных песков остаются. Проекты предполагают масштабное промышленное строительство в довольно отдаленных районах. Они являются одними из самых затратных, особенно когда конкуренция поднимает стоимость рабочей силы и оборудования. Но нефтеносные пески привлекательны в ином плане. Нет опасности, что разведывательные работы окажутся безрезультатными. Такие месторождения не иссякают так быстро, как традиционные, и функционируют на протяжении очень долгого времени.

Одна из экологических проблем связана с воздействием разработки недр на местную природу, которое, надо признать, бросается в глаза. Но это воздействие ограничено. На сегодняшний день территория, где осуществляется разработка, в совокупности не превышает 600 км2 в провинции Альберта, сопоставимой по площади со штатом Техас. Когда участок выработан, операторы обязаны рекультивировать его. Жидкие отходы, похожие на сметанообразную грязь, сливаются в пруды-отстойники. Общая площадь прудов составляет примерно 170 км2. Обустройство таких прудов, как и остальное производство, регулируется правительством провинции Альберта. В последнее время регулирующие органы стали требовать внедрения новых процессов, предназначенных еще больше ограничить экологическое влияние отстойников22.