Похититель сердец - Томас Пенелопа - Страница 30

Судя по всему, Квент удовлетворился объяснением Даморны. Он остался у девушки на ночь и ушел к себе только с первыми лучами солнца.

Даморна оставалась в постели до полудня. «Лучше не избегать сквайра, — думала она, — а то он Бог весть что вообразит себе! Однако рано или поздно Бизли отыщет ее и нанесет визит». Даморна не сомневалась, что сквайр узнал ее, так как видела застывший на крестообразном шраме взгляд негодяя. Ну почему, спрашивала она себя, ей не пришло в голову приклеить мушку на этот шрам! Господи, как трудно жить на белом свете!..

Однако прошло два дня, и ровным счетом ничего не переменилось. На третий день в дверь постучали.

— Войдите, — еле слышно пролепетала Даморна.

В гостиную заглянула Маргарет и объявила, что внизу, в холле, миледи дожидается какой-то господин.

— Думаю, что это лавочник, — сказала Стинчли, — однако он не говорит, зачем пожаловал.

— Так выставь его, — рявкнула Даморна. — Скажи, что мне ничего не нужно. Пускай убирается ко всем чертям со своими глупыми товарами.

— Он не уходит, миледи. Он говорит, что вы сами очень хотели бы встретиться с ним.

Даморна все поняла: это Бизли!

— Веди его сюда, — произнесла она с решительностью необычайной. — Я с ним живо разберусь.

— Слушаюсь, миледи, — пискнула Маргарет и исчезла. Через минуту дверь отвратительно заскрипела. Даморна стояла у зеркала и с нарочито безучастным видом пудрилась. Вдруг в нос ей шибанул крепкий запах пота и табака, а также невкусного рома. Эта вонь на миг возвратила девушку в маленький одноэтажный домик в Беркшире, где ей пришлось впервые столкнуться со сквайром.

— Наконец-то я нашел тебя, — проскрежетал Бизли, — хотя на это у меня ушло довольно много времени и сил.

Даморна почувствовала в голосе гостя какое-то преувеличенное злорадство и поняла, что негодяй далеко не так храбр, как желает казаться. Девушка лихорадочно соображала, чтобы такое предпринять.

— Вот как? — скроила она презрительную мину. — Я и не знала, что прячусь от кого-то. Сэр, вы мне застите свет! Станьте куда-нибудь в другое место пожалуйста!

Бизли опешил от такого приема. Смущение его заметно нарастало, но он старался не отклоняться от намеченной линии поведения.

— А-а, не выйдет! Корчишь из себя настоящую леди? Меня такими штучками не возьмешь!

Перо на шляпе сквайра подрагивало. Даморна заметила, что пальто у него сшито из крайне дешевой материи, к тому же слишком яркой для столь тучного человека — из желтого драпа.

— Сэр, перестаньте грубить! — строго сказала Даморна.

— Это надо же! — захихикал Бизли. — Убийца желает научить меня хорошим манерам!

— Убийца? Вы забываетесь, сэр! Леди Милфилд и мухи не убила за всю свою жизнь!

— Быть может, к мухам ты и в самом деле лояльна, но вот мне череп взяла и раскроила.

— Голова у вас цела и, сдается мне, она даже тверже, чем мы с лордом Эвертоном думали.

— Какая ты хитрая! Но не думай, что проведешь меня. Я тебе не кусок дерьма. Я на тебя управу найду, так и знай! Закон будет на моей стороне!

При этих словах Даморна всерьез заволновалась, но нельзя было обнаруживать своего волнения.

— Сэр, считаю необходимым напомнить вам, что я уже не та глупая доверчивая девчонка, которую вы хотели изнасиловать…

От столь внезапного признания сквайр остолбенел.

— Интересно, — просипел он, — как долго маркиз будет водить с тобой дружбу, если узнает, кто ты на самом деле.

— А почему вы так уверены, что ему не известно, кто я такая? Это Лондон, сэр! Фаворитка самого короля приторговывала в младенчестве апельсинами. Вряд ли мое происхождение столь же неказисто. Так что бойтесь навлечь на себя гнев маркиза. Его боятся господа почище вас!

Бизли стал бел как полотно.

— Вам пора уходить, сквайр, — спокойно заметила Даморна.

Сквайр ушел.

— Я победила, — прошептала себе под нос Даморна и в изнеможении повалилась на диван.

Квентин отложил перо и посмотрел на испачканные чернилами пальцы. На столе лежали три рекомендательных письма, состряпанные им самим и самим же подписанные — от лица, впрочем, некоего пожилого сквайра. Два письма предназначались Даморне и Маргарет, третье — Уизелу, на тот случай, если бедняга согласится работать конюхом и откажется от воровского промысла. Однако сам Уизел считал грабеж столь же почтенным ремеслом, как, например, ремесло столяра, если не выше, и не намеревался уходить на честные заработки.

У Даморны скоро будет достаточно денег для самостоятельной жизни где-нибудь вдали от Лондона. Если все пройдет хорошо, то скоро и он сам, Квентин, окажется свободен как ветер. Впрочем, эти мысли уже не слишком радовали благородного жулика.

Квент облокотился на спинку стула и, покусывая губы, стал думать да гадать, что же такое с ним происходит, почему не радует его свобода, некогда столь желанная? Он не нуждается ни в деньгах, ни в друзьях, как это было и в Оксфорде. Больше всего он хотел, чтобы Реджинальд вернул ему должок.

Квент встал со стула и подошел к окну. Выходить на работу было еще рано.

Даморна… Квент знал, что Даморна прекрасно сможет устроиться в Новом Свете. Девушка очень живуча. Она быстро справляется со всеми невзгодами.

Господи! Когда же она успела так завладеть его, Квента, сердцем? До того, как он уложил ее в постель, или после? Но уж наверняка не из-за самой постели. У него хватало подружек в Лондоне, но никто не значил для него столько, сколько значит теперь она. Впрочем, некогда распускать слюни! Солнце садится, пора идти. Уизел наверняка уже ждет с лошадьми.

Логхтон Холл располагался в нескольких милях от Лондона. Дорога туда в хорошую погоду занимала около четырех часов. Сейчас погода немного испортилась. Надо торопиться!

Квент оседлал своего гнедка, а Уизел уселся на воронке. Друзья пустили своих коней галопом. Нечего было медлить. Квент собирался вернуться домой к рассвету. Он еще раз проверил, на месте ли его пистолет. Если на них нападут разбойники, то Квент встретит их достойно!

К полуночи оба авантюриста добрались до Логхтон Холла.

— Славно скакали, — прошептал Квентин, чувствуя, как его переполняют странные чувства: он вновь видит знакомые стены, башню. Блудный сын вернулся, но вернулся, как тать в нощи.

— Уизел, возьми лошадей и отведи их вон на ту ферму, — Квент махнул рукой направо. — Кликни Уильяма и скажи, что это я тебя послал. Он их покормит и почистит. Я через час буду с вами.

Квентин побежал по дорожке, ведшей в Логхтон Холлу. Щебенка хрустела у него под ногами, и он перебрался на траву, предпочитая лучше вымочить ноги в росе, чем привлекать к себе внимание излишним шумом. В маленькой комнатке, что рядом с кухней, горел свет. Там живет Хэлли. Она очень любит предаваться вязанию в это время суток. Шторы на ее окнах были плотно задернуты. Квентин различил смутный силуэт сгорбившейся над вязальными спицами старушки. Постучал в окошко костяшками пальцев: удар, пауза, два быстрых удара подряд.

Хэлли быстро раздвинула занавеси, потом метнулась к двери, желая проверить, хорошо ли та заперта. Дверь была заперта наславу, и старушка подбежала обратно к окошку. Торопливо распахнула это окошко. Квент проворно вспрыгнул на подоконник и очутился в комнате Хэлли всплеснула ручонками и повисла на шее у столь нежданного визитера.

— Господин Квент, вы вернулись!

— На одну минутку только, на одну минутку, — чуть не прослезился Квент. — Как ты, Хэлли? С вида такая же шустрая, как и раньше!

— За меня не беспокойся, — затараторила старушка, крутя своими черненькими глазками, глубоко запрятанными в сморщенном личике. — Как ты сам? Ужинал?

— Ужинал, но за все время нашей разлуки я ничего не едал вкуснее твоей, Хэлли, стряпни.

— Да уж конечно! Все эти лондонские повара — сущие дураки и не умеют готовить!.. Ах, я так скучала по тебе, мой дорогой мальчик. Как по собственному сыну.

Глаза Хэлли увлажнились.

— А разве это не так? Не ты ли вырастила меня? Не ты ли воспитала?