Похититель сердец - Томас Пенелопа - Страница 10

Даморна сильно дивилась тому, что ее благодетель не выходил на улицу днем. Маскировался он так ловко, что нечего было опасаться того, что кто-нибудь узнает его. Приходилось предполагать лишь одно: Квент торчит весь день дома только потому, что желает продолжать воспитывать понравившуюся ему деревенщину. Однако в одно прекрасное утро Квентин посоветовал девушке сходить в мебельный магазин, но — с миссис Мэлони почему-то.

— А может, ты пойдешь со мной сам? — с надеждой спросила Даморна.

— Нет, — покачал головой Квент и нахмурился, — я не могу, у меня дела.

— Очень жаль. Но все-таки ты отличаешься куда более тонким вкусом, нежели я. Мне трудно будет решиться купить что-либо без твоего одобрения.

— Но мне интереснее наблюдать за тем, как ты сама со всем управляешься.

— Неужели два-три часа столь важны для тебя?

— Это уж мое дело, — резко отозвался Квент. Вот именно таким букой Даморна его и не любила.

— Неужели ты считаешь и впредь возможным обращаться со мной, как с оплошавшим чистильщиком сапог? — гневно воскликнула Даморна, тотчас сообразив, впрочем, что даже криками она не добьется от Квента положительного ответа на свое предложение.

— Ладно, — примирительно сказал Квентин, — не будем ссориться. Двухчасовой перерыв в наших бесконечных занятиях нам с тобой не помешает.

— И почему ты такой упрямый, — заставила себя улыбнуться Даморна.

— Боже мой, — вздохнул Квент устало, — неужели ты до сих пор не заметила, что не в моих обычаях выползать из «Белых Монахов» днем? Твоя компания не стоит моей свободы. И потом, что же ты будешь за помощница мне, если самые элементарные вещи ускользают из твоего внимания?

— Из всего-то ты делаешь тайну! — насупилась Даморна. — И я не обязана ломать голову над теми вещами, над которыми меня заставляют ломать голову.

— Я все тебе объясню со временем, — проворковал Квент. — Но пока что ты во всем должна меня слушаться.

— А я и так слушаюсь тебя!..

Итак, Даморна отправилась за покупками в обществе миссис Мэлони, нарядившись при этом скромной супругой бакалейщика. Спутница вырядилась мамашей бакалейщика. Дамы остановились у Нью-Иксчейндж и сделали все задуманные приобретения. Из этих приобретений Квент одобрил большинство, но несколько вещиц были отосланы назад в лавку ввиду их низкого качества. Комната Даморны была благодаря этой вылазке полностью меблирована. Девушка наслаждалась роскошью обстановки, вот только стулья были чуть низковаты. И еще: постоянно поддувало, холодный воздух проникал сквозь неплотно пригнанные оконные рамы. В силу последнего обстоятельства, особенно в ненастную погоду, Даморна предпочитала проводить время у камина, болтая о том о сем с миссис Мэлони.

— Я и не подозревала, — сокрушалась девушка, рассказывая старушке о своих занятиях с Квентом, — что делаю столько вещей неверно: неправильно говорю, неправильно сажусь, встаю, умываюсь, прохаживаюсь по комнате… Просто жуть какая-то!

— Ну что ты, милочка, — утешала ее миссис Мэлони, — в тебе живет актриса, уж поверь мне. Твои манеры и речь сейчас практически безукоризненны.

— Ах, если бы и Квентин был того же мнения, что и вы, миссис Мэлони!

— Мужчины, дорогая моя, — существа непредсказуемые. Однако знай, если даже я не могу придраться к тебе, то никто другой также не вправе будет сделать это. Я ведь была чертовски талантливой актрисой!

Подобное самохвальство развеселило Даморну. И все же она понимала, что требования Квента слишком завышены по сравнению с теми целями, что он преследует, хотя что это за цели, по-прежнему оставалось неразъясненным.

— Он очень странный человек, вы не находите? — сказала Даморна, разглаживая подол платья.

— Может и странный. Однако женщины сильно клюют на него.

— Но вы говорили, кажется, что он не интересуется слабым полом.

— Если б это было так, он бы не водил сюда их так часто!

Даморна вспомнила, что по собственному признанию Квента, у него не было проблем с девицами, желающими залезть к нему в постель.

— Неужели он водит их к себе? — с наивной озабоченностью осведомилась девушка.

Ответ миссис Мэлони ее не утешил.

— У мужчины всегда есть под боком одна или несколько женщин. Так уж повелось на свете.

Пальцы Даморны немного дрожали.

— Но уж постоянной-то дамы у него наверняка нет!

— Как знать, как знать.

— Вы не слышали, чтобы он что-нибудь говорил на этот счет?

— Знаешь, он вообще говорит редко, если его ни о чем не спрашивают! Но… нет, ничего такого я никогда не слышала от него… Однако у тебя что-то слишком много вопросов сегодня.

— Это помогает скоротать вечер. Кстати, еще вопрос: не знаете, почему Квентин не выходит из дому днем?

— Это не мое дело.

— Неужели вы настолько лишены любопытства, что никогда не спрашивали его об этом?

— Много будешь знать, скоро состаришься! Таков мой девиз.

— Но не кажется ли вам несколько странным подобное его поведение?

— В «Белых Монахах» полно странных людей. Лучше перестань докучать мне своими вопросами, иначе не вытерплю и я и начну выпытывать у тебя самой разные вещи. Например, скажи, дорогая, откуда ты родом и за какой нуждой прикатила в Лондон?

Даморна вздрогнула.

— Вокруг моего прошлого нет никаких тайн. И никогда не было.

— Может, что и так, — проворчала Мэлони, — однако на поставленный вопрос ты все-таки не стала отвечать.

Тем и закончился разговор двух женщин. Даморне не слишком понравился тот оборот, который вдруг он принял. Таким образом беседа ничего не дала ей. Ничего нового о Квентине так и не удалось узнать.

Квентин улыбался. Рубашка его была расстегнута до пояса, рукава закатаны до локтей: он ждал, когда Дженни принесет воды. Но даже в столь диком виде чувствовал себя щеголем. Ему нравилось, что у Даморны все получается как нельзя лучше. Он даже мог назвать ее успехи блестящими, но… не торопился переоценивать ситуации. К тому же, часы занятий были самыми светлыми часами в сутках. В целом, все это обещало удачное завершение его пребывания в «Белых Монахах». Наконец в дверь постучали.

— Войдите.

Удивительно, вместо Дженни на пороге стояла миссис Мэлони с громадным кувшином, из которого валил пар.

— Надеюсь, ты не собираешься облить меня кипятком, — спросил Квент.

— Не болтай чепухи, — усмехнулась миссис Мэлони. — Это мой самый лучший фарфор.

Дама твердым шагом проследовала в комнату и поставила кувшин рядом с умывальником, затем развернулась к Квенту лицом и грозно уперла руки в боки.

Квентин едва сдерживал свое раздражение. Конечно, нет смысла кричать на нее и ругать за вторжение. Миссис Мэлони содержит свой приют в весьма неплохом районе Лондона, однако кроме ее «Белых Монахов» здесь практически не найти комнаты, достаточно спокойной и достаточно дешевой. Не надо обижать порядочную женщину. Однако за чем бы это могла она явиться к нему?

— Садитесь, миссис Мэлони, — проговорил Квент с непроницаемым лицом.

Дама чопорно уселась в предложенное ей кресло.

— Не в моих правилах вторгаться в комнату к мужчинам, но я должна предупредить вас об одной вещи, пока не поздно…

— Что же это за вещь?

Миссис Мэлони пристально посмотрела в глаза Квента и покачала головой, как бы удивляясь его недогадливости.

— Квентин, дорогой, неужели ты не видишь, что эта Даморна просто сохнет по тебе!

Квент мог ожидать чего угодно: просьбы увеличить плату за снимаемое помещение, жалоб на большой расход угля, повелений не оставлять на ночь окон открытыми, — но этого!..

— Вы всерьез разговариваете со мной, миссис Мэлони, или разыгрываете?

— Ты даже на вы перешел от удивления! Я всерьез…

— Но ты же, надеюсь, не хочешь обвинить меня в том, что я пытался подогреть интерес Даморны ко мне?

— Мне это решительно все равно. Теперь у меня дома поселилась настоящая леди, пусть даже родившаяся в деревеньке. Я чувствую себя обязанной присматривать за ней.

Квентин невесело засмеялся. Похоже, с ним разговаривают действительно всерьез. Черт, ведь он достаточно ясно объяснил этой девчонке свои намерения, прежде чем привести ее сюда. Неужели она все истолковала на свой дурацкий лад? Господи, до чего же трудно иметь дело с этими женщинами! Никогда не разберешь, что там творится у них в головах!