В сердце моем - Томас Мелоди - Страница 54

. – Ну, не сегодня, так завтра, миледи, – сказал Колин, и Александра безвольно выпустила из рук молоток. От ее собранности не осталось и следа. Райан махнул рукой, останавливая игру, и они с Джонни потащили ее в сторонку. Александра даже рассмеялась, потому что оба брата обращались с ней так, будто ее только что переехал экипаж.

– Вы ведь не размякли, а, миледи? – встревожено спросил Райан.

Александра бросила взгляд на Кристофера. Он выглядел необыкновенно эффектно в лунном свете.

– Вовсе нет, – заверила она своих партнеров.

– Смотрите, – с необычной серьезностью в голосе предупредил Джонни, – он только и думает, как бы вывести вас из строя. Это его задача.

– Совершенно верно, – подтвердила Александра, готовясь к решительному удару.

Она взяла молоток, примерилась, ударила по своему шару и... промахнулась. Победа была так близка, и она упустила ее. Кончиком пальца Кристофер мягко коснулся отвисшей челюсти леди Александры, помогая ей закрыть рот. На губах его была все та же дразнящая улыбка.

– Очень плохо, Алекс, – посочувствовал он и сбил ее шар своим.

Александра так разозлилась, что готова была схватить шар и забросить его подальше или, что еще лучше, запустить в Кристофера. Засветить им ему прямо между глаз!

Кристофер не умел выигрывать как нормальный человек – он был самым наглым, самодовольным и язвительным из всех, кого она только знала в своей жизни. Как же она ненавидела проигрывать ему! Александра успела забыть, с каким злорадством он каждый раз обставлял ее в шахматы. Отвратительное самомнение этого типа приводило ее в бешенство. Однажды она даже сбросила все фигуры с доски, потому что Кристофер слишком уж откровенно радовался, лишив ее ферзя.

– Ты уже дважды выбивал мой шар, – сердито сказала она, вцепившись в молоток.

В ответ Кристофер недоуменно поднял темные брови, направляясь к воротцам:

– В самом деле?

– Думаю, ты так и не позволишь мне дойти до колышка, и мне никак тебя не уломать.

Кристофер выбрал подходящую позицию для удара и ухмыльнулся:

– Хочешь попробовать? – Внезапно осознав, что за ней наблюдает несколько пар глаз, Александра придвинулась к своему обидчику. От него пахло душистым клевером и травой. – Я только и думаю, как бы вывести тебя из строя. Это моя задача, – насмешливо предупредил Кристофер. Ловким движением молотка он ударил ее шар своим и зашвырнул его в глубину сада. Но неожиданно шар Александры ударился о камень, отскочил рикошетом, словно пуля, и пробил оконное стекло.

Александра испуганно прижала ладонь к губам.

– Черт возьми! – выругался Кристофер.

– Ну, Кристофер, – напряженную тишину нарушил веселый голос Брайанны, – теперь тебя смело можно считать одним из детей. – Семейство Донелли вернулось из церкви и стояло на террасе.

Колин хлопнул Кристофера по спине и добродушно заметил:

– Это научит тебя тому, что стекло нужно покупать в Венеции, братец.

– Я поражен в самое сердце и восхищаюсь твоим мастерством. – Райан прошел мимо Кристофера, едва не задев его плечом. – Теперь ты, несомненно, выиграешь.

Ровно через три хода слова Райана стали реальностью. Игра была окончена. Александра стояла и наблюдала, как команда противника празднует победу, громко смеясь и похлопывая друг друга по плечам.

Неожиданно Райан подошел к ней и тронул ее за руку.

– Нет ничего хуже, чем злорадствующий победитель. Никогда, никогда не радуйтесь несчастью другого. Так обычно говорил отец.

– Верно. – К ним подошел Джонни, и его рука легла поверх руки брата. – Сегодня вы узнали, что такое настоящий спорт, миледи, – сказал он. – Старый добрый спорт.

Райан повернулся и плутовато подмигнул Александре:

– В следующий раз, когда буду в музее, пожалуй, отправлюсь с вами на экскурсию. А потом, может, завещаю свои кости для исследований.

Александра рассмеялась. Ей стало легко и весело. Пускай этот неожиданный дух товарищества, охвативший братьев Кристофера, навеян только что закончившейся игрой, все равно ей было приятно ощущать себя частью команды.

Колин остановился перед Александрой и почтительно поклонился:

– Миледи. – В его искренней улыбке не ощущалось и тени злорадства. Как у всех Донелли, у него были темные густые волосы, длинные ресницы и ровные белоснежные зубы. – Мне понравилось ваше самообладание. Всегда рад приветствовать вас в своей команде. – Затем он перевел взгляд на братьев: – А вы двое, когда освободитесь, можете почистить мне сапоги.

Райан изобразил в ответ непристойный жест. Александра молча стояла и наблюдала, как проигравшая сторона приводит в порядок площадку после игры. Было заметно, что для обоих братьев это дело привычное.

Рейчел, стоявшая поодаль от Колина, посмотрела в сторону Александры, и их взгляды встретились. Из окон усадьбы лился теплый золотистый свет, и в его лучах мисс Бейли выглядела далеко не такой уверенной в себе, как сегодня утром или во время игры в крокет. Внезапно Александра почувствовала странное облегчение.

– Спасибо, что пригласили меня принять участие в игре, – сказала она.

– Всегда рады вам, миледи, – приветливо отозвалась Рейчел, опираясь на руку Колина и поворачиваясь, чтобы уйти. – Надеюсь, мы не слишком утомили вас своей беготней. – Мягкое звучание голоса Рейчел показалось Александре необычайно напевным и мелодичным, и она неожиданно ощутила свою чужеродность. Оживление быстро прошло. Она была всего лишь англичанкой.

Сердце Александры учащенно забилось. Кристофер стоял, прислонившись к низкой каменной стене террасы. Колин и Рейчел, поднимавшиеся по каменным ступеням, замедлили шаг, поравнявшись с ним, а затем неторопливо прошли мимо. Он проводил их взглядом. Его профиль отчетливо выделялся на фоне освещенного окна.

На террасу вышел Джонни, и Кристофер бросил ему молоток.

– Нужно бить точно и аккуратно, – напутствовал он брата.

– Вроде бы раньше ты не жаловался, – обиженно ответил тот.

Александра подошла к Кристоферу и оперлась рукой о каменную стену. Камень оказался влажным на ощупь. Кристофер закатал рукава рубашки, чтобы удобнее было играть, и теперь, глядя на его обнаженные руки, Александра поймала себя на мысли, что больше всего на свете ей хотелось бы сейчас подняться с ним вместе в спальню и улечься в его огромную кровать на изумрудные атласные простыни, чтобы быть вместе с этим мужчиной, ее любовником, единственным избранником, мужем, чтобы принадлежать ему. Все остальное не имело значения.

– Ты сегодня неплохо сыграла, – сказал он.

Ветер разметал ее волосы, окружив волнистыми прядями лицо.

– И ты тоже. Правда, с окном тебе не повезло. Кристофер обернулся и посмотрел на осколки стекла, торчавшие в оконной раме. Он не сделал ни одного движения, чтобы прикоснуться к Александре. Почувствовав неловкость, она сделала вид, что внимательно изучает разбитое стекло.

– Придется снова отправляться за границу. – Кристофер невесело рассмеялся. – Венеция – романтичный город, и там делают хорошее стекло.

– Ты часто ездишь в Венецию за романтикой? – Александра обернулась и заметила, что двор почти опустел. – Мне бы следовало помочь привести все здесь в порядок, – смущенно заметила она.

– Оставь их, – остановил ее Кристофер. – Они сами отлично справятся. Не в первый раз.

Тут до нее донесся соблазнительный аромат тушеной курицы и свежеиспеченного хлеба, и Александра вспомнила, что весь день почти ничего не ела. Ей так и хотелось пригласить саму себя на ужин. У нее нашлась бы сотня причин, чтобы остаться и принять участие в общем веселье, и всего одна, чтобы воздержаться. Кристофер не предложил ей разделить их семейную трапезу. Брайанна тоже промолчала. Да и никто другой не пригласил ее.

Александра выпрямилась.

– Должна признаться, я очень удачно провела последние два дня. Мне понравилась твоя семья.

– По счастью, мы собираемся все вместе только на свадьбах, крестинах и похоронах, ну и, может быть, еще иногда, от случая к случаю. Так что у нас остается примерно триста свободных дней в году.