В сердце моем - Томас Мелоди - Страница 17

– Мой отец один из самых достойных людей, которых я знаю.

– Не следует путать достоинство с самовлюбленностью, а желание манипулировать – с участием. Он сделал с тобой именно то, что хотел.

Ну вот, Кристофер снова затронул в ней больные струны. Александра опустила глаза и принялась отряхивать платье. Он никогда не понимал ее отца. Лорд Уэр потерял единственную женщину, которую любил: она умерла, давая жизнь его ребенку. Сколько Александра себя помнила, отец всегда брал ее с собой повсюду, не доверяя гувернанткам или воспитателям. Презрев условности и традиционные взгляды, отводящие женщине роль жены и матери – хранительницы семейного очага, он дал ей самое лучшее образование. Может, он и выкручивал руки членам совета попечителей, чтобы добиться для нее должности в музее, но делал это исключительно потому, что любил ее.

Конечно, это не извиняет чудовищного поведения ее отца, но заставляет отнестись с изрядной долей сочувствия к тем мотивам, которыми он руководствовался. За всем, что бы ни делал отец, стоит лишь желание защитить собственную дочь.

В бледном свете фонаря глаза Кристофера казались черными. Вытянув вперед руку в перчатке, он достал рубин «Белый лебедь» и принялся задумчиво катать его на ладони. Александра бросила взгляд на сумочку, лежавшую рядом с ней на подушке.

– О какой сумме идет речь? – спросил Кристофер, поднося рубин к свету и невозмутимо глядя на Александру поверх сверкающих граней. – В какую сумму ты оцениваешь общую стоимость похищенных ценностей?

Сердце Александры тревожно забилось. Но она попыталась собраться с мыслями, и, кажется, ей это удалось.

– За последний год? – Она постаралась быстро подсчитать рыночную стоимость украденных драгоценностей, многие из которых являлись бесценными реликвиями. – Возможно, семьдесят тысяч фунтов.

Кристофер выпрямился.

– Господь всемогущий! – Он недоверчиво взглянул в ее сторону. – Ты не шутишь?

Александра нервно сложила руки на коленях.

– Я бы никогда не стала шутить такими серьезными вещами, Кристофер.

– Пожалуй. – Он окинул ее оценивающим взглядом. – Думаю, ты не стала бы.

– Тебе видятся за этим только деньги, – с горячностью заговорила Александра, оскорбленная его недоверием, – но эти уникальные вещи навсегда потеряны, и мы даже не знаем почему.

– Такое может сказать лишь тот, кто провел всю свою жизнь в достатке и роскоши. Существует множество еще более чудовищных вещей, которые люди готовы сделать ради денег.

– Я не это имела в виду. Если кому-то потребовались деньги, в его распоряжении было все хранилище. Ценности, о которых идет речь, имеют многовековую историю. В эпоху средневековья, когда мы еще сражались при помощи мечей и стрел, древние культуры Китая и Египта уже существовали свыше семи тысяч лет.

– Браво, Алекс! – Теперь Кристофер смотрел на нее еще внимательнее. – Тогда как же могло получиться, что случаи краж так долго оставались незамеченными?

– Все древности в музее охраняются, и все они описаны и внесены в каталог. Каждые три месяца экспозиция меняется и посетителям показывают новые ценности. Может пройти пятнадцать месяцев, прежде чем цикл повторится снова и запертые в хранилище реликвии будут выставлены вторично.

– Так, значит, ворам не следовало торопиться, времени у них и так было предостаточно?

– Я не заметила пропажи, пока недавно не сменили экспозицию.

Глаза Кристофера сверкнули злым огнем. Откинувшись на подушку, он скрестил руки на груди.

– Мне нужно обдумать все, что я только что узнал.

– Ты или веришь мне, или нет.

– Я же сказал – надо подумать.

– О чем тут думать? Я тебе объяснила...

– Если бы все было так просто!

Александра повернулась и бросила взгляд за окно.

– Как это банально! – рассмеялась она. – Разве хоть что-нибудь в этой жизни просто?

Усилившийся ветер раскачивал деревья и швырял листья под колеса кареты.

– Ты интересуешься живописью? – неожиданно спросил Кристофер. Его голос прозвучал непривычно тепло, и Александра удивленно взглянула на него. – Я слышал, что торжественное открытие экспозиции в Королевской академии искусств перенесено на конец следующего месяца.

Александра недоуменно заморгала:

– Ты что, приглашаешь меня?

Кристофер на мгновение замер, его пронзительно-голубые глаза смотрели на нее совершенно бесстрастно.

– Я не вынашиваю коварных планов относительно тебя, уверяю. На самом деле, – тут он сделал небольшую паузу, – когда сегодня днем ты покинула мой дом, я был рад отделаться от тебя.

Уголки губу нее дрогнули.

– Я этого не заметила.

– Мне нужно, чтобы кто-то помог ввести в общество мою сестру. – Кристофер произнес это так, будто ему только что удалось принять удачное решение. – Мне мало что известно о лондонском свете с его бесконечными интригами, и у меня никогда не было нужды, да и желания, участвовать в этих игрищах. Нужно, чтобы Брайанну благосклонно приняли в обществе, чтобы она обзавелась полезными знакомствами. Ты можешь ввести ее в свет, а я не могу этого сделать.

– Ввести? Я?

Помимо того что Александру смело можно было назвать самой далекой от светской жизни женщиной во всей Великобритании, ее бросало в дрожь при одной только мысли о том, что ей придется играть роль чьей-то няньки.

– Скажем так, я считаю, что ты вполне подойдешь для этой цели, если, конечно, согласишься.

– Мой собственный дебют вряд ли можно признать удачным.

Одним порывистым движением Кристофер обхватил ладонью ее подбородок.

– Это неправда, Алекс. – Его большой палец скользнул по ее губам. – Только посмотри, сколь многого ты сумела добиться в жизни. Не нужно унижать себя. Только не передо мной.

Не зная, куда скрыться от его пристального взгляда и как избавиться от нарастающего звона в ушах, Александра смущенно опустила глаза. Ее лицо пылало. Одно прикосновение – и все тщательно возводимые ею оборонительные укрепления оказались безжалостно разрушены.

– Ты хочешь заключить со мной сделку? Моя помощь в обмен на твою?

– У меня есть предложение получше. – Губы Кристофера дрогнули в усмешке, но его взгляд по-прежнему оставался холодным и мрачным. – Я найду вора.

– Но ты ведь не собираешься кормить меня знаменитыми ирландскими байками, правда, Кристофер? – Она намеренно имитировала акцент, который почти не проскальзывал в его речи. – Никто никогда не должен узнать, что я тебе рассказала.

На мгновение по лицу ее спутника скользнула тень разочарования. Некоторые вещи не меняются, сколько бы лет ни прошло, и ему уже доводилось рисковать всем, что у него было.

– Не волнуйся, я сохраню твою тайну. – Кристофер отправил «Белого лебедя» в жилетный карман. – Ты выполняешь свою часть договора, я – свою. Оставляю решение за тобой. Так или иначе, Брайанне нужна воспитательница.

Александра опустила голову и задумалась, стараясь не обращать внимания на бешеное биение пульса. Она не была уверена в Кристофере, но еще больше не доверяла самой себе. Сможет ли она выполнить свою часть сделки и действительно помочь сестре Кристофера, а не испортить все своим неуклюжим вмешательством?

– Если бы я собиралась помочь Брайанне, то действительно лучше всего было бы начать с галереи Академии искусств...

– У тебя есть кто-нибудь на примете? – спросил Кристофер после небольшой паузы.

Александра рассмеялась над его грубоватой прямолинейностью:

– Ты боишься, что я не найду сопровождающего, если все-таки решусь отправиться на торжество?

Он улыбнулся без всякого смущения:

– Полагаю, в одном ты точно согласишься со мной: папаша Уэр вряд ли будет рад, если я переступлю порог вашего дома.

Александра нахмурилась. Он явно насмехался над ее отцом, и это ей совсем не нравилось. Тем временем Кристофер продолжил как ни в чем не бывало:

– У тебя есть кавалер или какой-нибудь приятель, кто-нибудь, кому удается отвлечь тебя от трудов праведных и занять... чем-нибудь не слишком интеллектуальным?