Ангел в моей постели - Томас Мелоди - Страница 61

Она рассмеялась:

– Судя по вашим словам, они просто замечательные.

– Это так, – с чувством произнес лорд Рейвенспур.

Смахнув слезы, Виктория опустила глаза и, наклонившись, дотронулась до имени матери. Затем взглянула на ангела, смотревшего на нее со стеклянного потолка. Если что-то хорошее осталось от первых восемнадцати лет ее жизни, это был он, стоявший у мраморного святилища в ожидании ее прихода.

Дэвид сидел на верхних ступенях широкой белой лестницы часовни. Когда Виктория вошла в сад, он поднял голову. Ветер трепал ее волосы и накидку.

Дэвид встал, и лишь тогда, подхватив юбки, Виктория побежала к нему. Он сбежал ей навстречу, и она бросилась в его объятия. Он целовал ее так, что казалось, что он целует ее в первый раз. Это был долгий поцелуй, согретый страстью, любовью и неизбывной нежностью. Для нее ничего не существовало, кроме его губ, его руки, касавшейся ее волос, их соприкасавшихся тел и их нежности друг к другу. Она впитывала эту нежность всем сердцем и щедро возвращала ему.

– Прости, я не мог сказать тебе, – сказал он. – Как все это закончится, ты должна решить сама.

– У нас есть сын, Дэвид. – Годы, которые она прожила, оберегая его, сделали ее осторожной. – Как это отразится на нем?

– Он по-прежнему наш сын и внук сэра Генри. У меня нет родового имения, а мой титул не передается по наследству. Когда Натаниел станет старше, мы расскажем ему обстоятельства, заставившие нас принять такое решение. Натаниел никогда не будет сомневаться в том, что он законнорожденный.

– Ты уверен? Это будет нелегко.

– Разве нашей жизни мало, чтобы все устроить? – спросил он, крепко обняв ее. – Вместе мы все преодолеем.

Сзади них послышались голоса, и Дэвид, подняв голову, посмотрел через ее плечо. Перед мавзолеем стояли три человека с кирками и лопатами в руках. Виктория не шевельнулась в его объятиях, но, заметив, что кто-то привлек его внимание, повернула голову. Дэвид смотрел на ее профиль, его пугало ее молчание.

– Хочешь посмотреть, что они найдут?

– Я уже знаю, что они найдут, – ответила она, и он тут же пожалел, что спросил ее. Последние недели были для нее настоящим адом. Он не попросит ее снова проходить через него.

– В гостинице тебя ждут ванна и горячая еда, – сказал он. – Мы поговорим потом, когда ты отдохнешь.

– С удовольствием.

Они направились к карете.

– Чего еще тебе хотелось бы?

– Мне хорошо, – сказала она, прижавшись к его плечу. – Правда.

– Я знаю.

Глава 26

Виктория проснулась и с недоумением смотрела в темноту, окружавшую ее. Закутанная в пуховое одеяло, она лежала на кровати под балдахином, пытаясь вспомнить, где она. И, увидев Дэвида, спящего в кресле возле камина, облегченно вздохнула. Она не сразу разглядела его в темноте. Его рука была по-прежнему на перевязи, но он уже не выглядел таким растрепанным и измученным.

– Он, видимо, совсем не спал эти две недели.

Виктория вздрогнула и обернулась:

– Сэр Генри?

Он сидел около кровати и грыз свою трубку, вырезанную из кукурузного початка. Старик был бледен.

– Он не вставал с этого кресла с тех пор, как вернулся и застал тебя спящей.

Виктория села. Мокрые после ванны волосы рассыпались по плечам.

– Я понятия не имела, что вы...

Он отмахнулся от нее.

– Что я собираюсь делать совсем один в Роуз-Брайере? Играть в блошки с Стиллингзом? Я приехал сюда с Чедвиком на поезде. Эсма и Уильям тоже здесь. Она внизу, на кухне, там готовят тебе еду. Она так строго следила за здоровьем Чедвика, заставляя его как следует питаться. Удивляюсь, как этот молодой человек не связал ее, не заткнул ей рот и первым же поездом не отправил обратно.

Виктория с благодарностью посмотрела на него:

– Вы все заботились о нем.

– Скорее он о нас, – возразил сэр Генри. – Я вижу, он принес тебе более приличную одежду.

Взглянув на сиреневый с кружевом халат, Виктория поняла, что сэр Генри тоже позаботился, чтобы ей прислали ее вещи.

– Это вас я должна поблагодарить?

– Эсма собирала твой чемодан. Нам пришлось поторопиться, а то этот молокосос моги не взять нас. Остается лишь надеяться, что с нашим домом ничего не случилось.

– Шериф Стиллингз снова беспокоил вас?

– Хуже того, – фыркнул сэр Генри. – Он подружился с этим Блейкли, человеком Дэвида. Однако потратил пару дней на поиски тебя. Его приходится за это уважать, больше не за что, – сказал он, приложив к носу носовой платок.

Потом он снова и снова рассказывал Виктории, как они ехали на поезде, какая ужасная была погода и как от холода и дождя у него болели суставы. Он склонил голову на сложенные на коленях руки и говорил, как скучал по Натаниелу и Бетани, как их ему не хватало. Заметив слезы в глазах старика, Виктория соскользнула с кровати и, опустившись на колени перед сэром Генри, взяла его руки в свои ладони.

– Я люблю вас, сэр Генри. – Она прижала его руку к своей щеке. – Благодарю вас за все, что вы мне дали и видели во мне только хорошее. Натаниелу и Бетани повезло, что у них такой дедушка.

Он помолчал, не отнимая у нее своей руки, затем прочистил горло.

– Он прекрасный мальчик. Добрый, очень смышленый. Знает, как обращаться со стетоскопом и считать пульс. Хорошо бы, Бетани немного рассказала ему о травах.

– Если вы ее попросите, она охотно это сделает.

– А теперь помолчи, – сэр Генри потрепал Викторию по плечу, – а то разбудишь Чедвика. – Сэр Генри кивнул в сторону Дэвида, спавшего в кресле. Но он уже давно не спал, а наблюдал за ними.

Его лицо было в тени, но он подался вперед, и, когда огонь осветил его, Виктория заметила усмешку на его губах.

– Слишком поздно, – сказал Дэвид, переводя взгляд с сэра Генри на Викторию.

Он побрился, переоделся, но, несмотря на респектабельный вид, выражение его глаз заставило сильнее забиться ее сердце, и она не нашла в себе сил ответить ему. У нее по спине побежали мурашки. Виктория боялась поверить, что это не сон.

Сэр Генри взял трость и поднялся:

– Оставляю вас одних.

У двери он обернулся и внимательно посмотрел на обоих:

– Вы поженились? Это правда?

– Наше положение несколько двусмысленно в данный момент. – Дэвид взглянул на Викторию. – Но через несколько дней Виктория уже не будет Манро.

– Я сомневался, что ты оставишь себе это имя, Виктория. – Наступила тягостная пауза, но чувства взяли верх над гордостью. – Если я вас еще не поблагодарил... – обратился сэр Генри к Дэвиду.

– Поблагодарили, сэр Генри. Еще как!

– Я все же должен справедливее относиться к людям. Отрадно сознавать, что моя семья в сильных руках, Чедвик.

Сэр Генри направился к двери, стуча тростью по полу и прихрамывая. Дэвид и Виктория остались одни.

– Значит, ты решил признать условия завещания? – спросила Виктория.

Дэвид прислонился спиной к захлопнувшейся двери, и ему захотелось смеяться от радости. Его жена обрела свободу. Никогда еще Дэвид не был так уверен в своем будущем.

– Ты же это знаешь.

– Куда ты ходил, когда я принимала ванну?

– Встречался с Рейвенспуром. – Дэвид достал из кармана медальон. – Он сказал, что ты просила отдать его Натаниелу.

Виктория неохотно взяла медальон. Они ни слова не сказали о сокровище, но не могли о нем не думать. Дэвид понимал, что только время может окончательно стереть память о прошлом. Уже прошло девять лет.

– Значит, все закончилось? – спросила она.

– Или только начинается. – Дэвид осторожно снял с руки перевязь и бросил на пол.

– Что ты делаешь? – в ужасе крикнула она.

– Сам не знаю.

Он коснулся губами ее лба и взял ее за подбородок.

– Дэвид, – отстранилась она. – Мы в Калькутте жили в законном браке, это правда?

– Ты сомневаешься в законности нашего брака?

– Если предполагалось, что ты выполняешь тайное задание, почему ты сохранил свое настоящее имя?