Во тьме - Шаттам Максим - Страница 46

Съехав с хайвея, они приблизились к цели своей поездки — Клинтону. Город был похож на спящего сурка, ожидающего солнечных лучей, чтобы расправить лапы и явить миру всю свою красоту. Тэйер дважды останавливался, уточняя дорогу, прежде чем выехал на грязную аллею, ведущую к двум одиноко стоящим у подножия лесистого склона домам. Джек припарковал машину, и они вышли на холодный воздух — более девственный, чем тот, к которому они привыкли. Аннабель двинулась вдоль деревянной изгороди — с наступлением зимы краска на ограде и на стенах дома потускнела. Трава в саду была очень высокой, ветер раскачивал ржавые скрипучие качели.

— Это его дом, — уверенно произнес Тэйер.

— Да, не сомневаюсь. Здесь нет жизни, — сыронизировала в ответ Аннабель.

Не найдя звонок, они толкнули калитку и поднялись на веранду. Внутри залаяла собака, и высокий человек с седыми волосами пригласил их войти. В нем было добрых метр девяносто, он горбился, и его дряблые щеки висели по обеим сторонам тонкого рта. Подвижные голубые глаза внимательно смотрели на полицейских.

— Чем я могу помочь?

Тэйер показал удостоверение:

— Джон Уилкс?

— Да, — ответил старик чуть обеспокоенно.

— Детектив Тэйер, детектив О'Доннел. — Джек указал на Аннабель. — Мы хотели бы задать вам несколько вопросов. В манере дружеской беседы, ничего официального, и вы не обязаны отвечать. Но для нас это очень важно.

— Вы не из Клинтона. Тогда откуда? — спросил старый гигант.

— Из Нью-Йорка.

— А…

Это «А…» говорило о многом — долгом жизненном пути, череде неприятностей; оно мало располагало к продолжению разговора.

— Это вы звонили, так? — спросил старик. — Шериф заглядывал ко мне и сказал, что вы собираетесь приехать. Когда я мастерю, то не люблю прерываться. Это меня отвлекает.

— Мы расследуем исчезновение нескольких человек, мистер Уилкс, — перебила его Аннабель, — среди них есть и дети. Если бы вы согласились ответить на наши вопросы, вы бы нам очень помогли. Это займет всего несколько минут.

Старик долго смотрел на них пронзительным взглядом. В конце концов он поднял огромный палец:

— У вас есть другая одежда?

Тэйер был одет в один из вечных хлопчатобумажных костюмов, легко мявшихся, но придававших его внешности определенную индивидуальность. Аннабель была в джинсах и свитере с воротником, на который она, как всегда, натянула бомбер. Оба вопросительно посмотрели на Уилкса и затрясли головами.

— Что ж, тем хуже для вас. Я, разумеется, отвечу на ваши вопросы, но мне нора гулять с собакой, а ей не объяснишь, почему мы не идем — неважно, навестила нас полиция или нет. Подождите меня.

Вскоре он появился снова, одетый в желтую ветровку и красную кепку «Техасо». За ним следовал бежевого окраса лабрадор.

— Давай, Норб, пошли!

Собака проскользнула у них между ног и побежала на улицу. Джон Уилкс сразу же вышел вслед за ней.

— Пусть он вначале немного побегает и успокоится, потом поговорим.

Они быстро спустились по аллее; издалека доносился слабый шум мотоцикла — его приглушали деревья.

— Мистер Уилкс, вам приходилось видеть этого человека? — спросила Аннабель, вытаскивая из кармана куртки фото Спенсера Линча.

Старик, чью шею украшали пигментные пятна, покачал головой:

— Никогда. Он сделал что-то плохое?

— Да, именно так. Вы давно здесь живете?

Аннабель пыталась нащупать что-то, что позволит ей расположить к себе Уилкса: доверяя, он не стал бы лгать.

— Я приехал в Клинтон в 1952-м, задолго до вашего рождения, мисс. Сразу после свадьбы. Я держал в центре города бензоколонку. Не ту, что торчит там, — моя была ближе к центру, но с годами Клинтон расширялся, и надо было двигаться вслед за ним.

Лабрадор посмотрел на них в последний раз и скрылся за деревьями, откуда доносился рокот мотоцикла — похоже, кто-то практиковался там в езде с препятствиями.

Глядя на Уилкса, не приходилось сомневаться, что он живет один. Почему эта мысль пришла ей в голову, Аннабель не смогла бы объяснить, поэтому не стала задавать старику вопросы о жене.

— Вы родились не здесь?

— О, нет! Я родился в Арканзасе, а вырос в Джорджии. — Он посмотрел на Аннабель, и на его лице появилась усмешка. — Штаты, где живет одна «деревенщина». Ну и я в глубине души не сомневаюсь, что не принадлежу к горожанам.

Аннабель спросила себя, что он имел в виду — смеялся ли над собой или его улыбка предназначалась двум нью-йоркцам.

Их трио шло следом за собакой и постепенно добралось до обочины дороги на краю леса, дальше они направились по скользкой тропинке. Оба детектива быстро поняли, почему Уилкс беспокоился по поводу их одежды. Когда они оказались заляпанными грязью почти до колен, Аннабель засмеялась. Будучи галантным человеком, Уилкс несколько раз помог ей обходить неприятные места.

— В вашей семье есть кто-нибудь, носящий инициалы J.C.? — спросила его детектив.

Старик подумал и искренне покачал головой:

— Нет, не думаю. Все это время вы задаете мне вопросы так, словно я подозреваемый. Я читал детективы Хэмметта, Чандлера, я в курсе полицейских трюков. Но вы общаетесь со мной по-дружески, понемногу подбираясь к цели вашего визита. Могу ли я узнать о ней?

Они остановились у подножия холма, на котором только что мелькнул мотоцикл с большими ребристыми колесами, на голове у водителя был спортивный шлем. Когда звуки двигателя стали тише, Тэйер объяснил:

— Как я уже сказал, мы расследуем похищения людей. Одного из похитителей мы недавно поймали, но его шеф все еще в бегах. — Джек предпочитал представить ситуацию именно таким образом, не вдаваясь в подробности. Он продолжил: — Этот шеф прислал письмо, где сообщает, что нашему парню надо найти кое-кого и кое-где, и мы надеемся, что вы поможете нам разобраться, кого именно и где.

— Я?

Аннабель коснулась рукой старика: несмотря на солидный возраст, он находился в отличной физической форме — об этом свидетельствовала дальняя прогулка.

— Сейчас я вам все покажу, — произнесла она. — Но вы должны пообещать, что это останется между нами…

— Понимаю, вещь очень важная. Хорошо, покажите мне ваше таинственное письмо.

Аннабель протянула старику листок бумаги — ксерокопию оригинального текста. Уилкс достал из кармана прямоугольные очки, надел, прочитал один раз, потом другой, постепенно замедляя шаг. «…в семействе Джона Уилкса ты найдешь JC 115. Маленькое примечание: это семейство…»

— «..это семейство возит на своей спине богатства земных недр. Оно обитает в верховьях Делавера…», — процитировала Аннабель наизусть. — Потому-то мы и подумали о Пенсильвании и Нью-Джерси — здесь повсюду шахты, были и есть. Ваше имя тоже стало для нас зацепкой. И в связи с этим я снова задам вам свой вопрос: нет ли в вашей семье кого-нибудь с инициалами J.C.?

Старик остановился и приложил ладонь ко лбу, не отрывая взгляда от листка бумаги.

— Это как идиотские викторины, которые показывают по телевизору, — прокомментировал он. — Губы Джона Уилкса прошептали еще что-то, и, словно предаваясь воспоминаниям, он посмотрел на деревья. — Вы уже беседовали с местными? — уточнил он.

— Нет, мы подумали, что вы сможете помочь нам. Так это все же кто-то из вашей семьи — настаивала Аннабель, не переставая думать о таинственном J.C.

Уилкс трижды свистнул, подзывая собаку. Потом вернул бумагу женщине:

— Нет. Хотя это в любом случае не имеет значения. Я думаю, что тот, кого вы ищете, не человек, — произнес он, поколебавшись. — Это поезд.

Оба детектива пристально смотрели на Уилкса.

— Тот, кто это написал, хитрый парень, — произнес старик. — «В семействе Джона Уилкса ты найдешь…» «Джон Уилкс» — это название поезда, когда-то давно проходившего через Нью-Джерси. Слушайте, за исключением почерпнутого в нескольких романах, я не представляю себе тонкостей расследования преступлений, но полагаю, что какой-то тип решил загадать вам загадку, и Джон Уилкс из его письма — пусть его зовут так же, как и меня, — это поезд. Все люди моего возраста, живущие в штате, это знают.