Отряд смертников - Корн Владимир Алексеевич - Страница 60

– Вернемся… когда и если, – тут же поправил себя Денис, – сразу парочку заделаешь. Не получится, мы всегда готовы тебе на помощь прийти, только позови. Чужак, как ты думаешь, далеко они уже ушли?

Почему-то ему, впрочем, как и остальным, казалось: пока стоишь, не двигаешься – ничего тебе не угрожает, но стоит сделать шаг…

– Вперед! – решительно скомандовал Глеб: от судьбы не уйдешь и ее не обманешь – ни у кого еще не получалось. – И чтобы дышать через раз, а земли вообще не касаться – по воздуху лететь.

– Будь у меня крылья, я бы давно уже где-нибудь в Малиновке воспроизводством Рустамчиков занимался, вместо того чтобы в вашей компании такую жуть терпеть, – прокомментировал его слова Джиоев.

Глава 29

Особенности рейдовых рюкзаков

Там, где им предстояло взобраться на берег, должен стоять камень. Огромный валун, даже сейчас, в середине зимы, не заваленный полностью снегом. Судя по всему, он нашел себе место у самого среза воды, а возможно, его подножие располагалось уже в ней.

«Даже если мы проскочим мимо оврага, обязательно на него наткнемся, – размышлял идущий первым Чужинов. – Главное, держаться ближе к берегу».

После пережитого его все еще потряхивало. И дело не в том, что с ними вполне могло случиться несколько минут назад: топот все ближе и ближе, наконец из мглы появляются твари, отчаянная стрельба, крики, острая боль от укусов – и все, забытье… Тварь – само по себе создание кошмарное, одним своим видом способное вызвать страх. Есть и другая причина: когда их много, пусть даже самих тварей не видно, человек зачастую начинает испытывать необъяснимое чувство ужаса, переходящее в панику. Явление, никем еще не объяснимое, но тем не менее существующее. Глеб был уверен в каждом из своих людей и в то же время понимал, что сорваться мог любой. Впрочем, как и он сам. Но пронесло. Он улыбнулся, подумав, что Прокоп обязательно бы прокомментировал – каким именно образом пронесло, представься тому такая возможность.

Согласно плану города, наверху должна находиться грузовая железнодорожная станция, или, как иначе ее называют, «сортировка». Миновать ее не получится, и там их ожидает новая опасность – электричество. Слишком много когда-то работавших на электричестве механизмов сосредоточено в одном месте, а человеку иногда так мало надо, чтобы начать мутировать.

«И все же рискнуть придется». – Глеб остановился, приглядываясь.

Нет, не показалось: это тот самый камень. Сомнений быть не может: он единственный в округе, а местность Чужинов за время вынужденного сидения в убежище успел изучить досконально. Сразу же рядом с ним возник Рустам: Что? Где? Почему остановились?

– Пришли. Все, поворачиваем.

Подъем дался куда труднее, чем он рассчитывал: снега в овраге хватало, откос крутой, и камус на лыжах почти не работал. Кроме того, приходилось придерживать Егора, чтобы тот не сполз с волокуши. Но поднялись, мысленно проклиная зиму, снег, непроглядную ночь, тварей, свое согласие отправиться в экспедицию и все остальное, что только пришло в голову. Уже наверху остановились, переводя дыхание, позволяя себе минутную передышку.

Чужинов склонился над Егором, пытаясь понять, жив тот или нет, и обрадовался, услышав:

– Все нормально, Глеб.

– Не замерз? – поинтересовался Чужинов, отлично понимая, что даже если сейчас тот пожалуется на холод, помочь ему они не в состоянии.

– Нормально все, Глеб, – повторил Егор, и в голосе его прозвучало сожаление о том, что он создает проблемы, которых и без него достаточно.

– Пошли, – выпрямившись, скомандовал Чужинов. – Держимся ближе к дому.

По правую руку смутно проглядывалось длинное двухэтажное здание, окна которого сплошь были забраны решетками.

«По крайней мере, за эту сторону пока можно не беспокоиться. Слабое, но утешение», – усмехнулся он.

Вплотную к торцу здания примыкал забор из бетонных плит с натянутой поверх него колючей проволокой. Преграда пустячная, но они продолжали идти вдоль него, пока наконец им не повстречались гостеприимно распахнутые ворота с задранным вверх шлагбаумом. Они обогнули длинный грузовой состав, стараясь держаться подальше от электровоза и держа курс на здание вокзала. Именно в нем, по замыслу Чужинова, предстояло провести остаток ночи, а если не повезет, то и переждать снегопад. Разыгравшаяся непогода дала им шанс ускользнуть от тварей, но она создавала и проблемы: когда даже при свете дня в нескольких десятках шагов ничего разглядеть нельзя, чрезвычайно легко нарваться на неприятности.

Та ли это особь, преследующая их от самой Малиновки, другая ли… Ясно одно: она подняла из спячки целую свору, о численности которой можно только догадываться. Долго обычным тварям в зимнюю стужу не подержаться, но облудки, насколько о них знали люди, нисколько не жалели сородичей, используя их в своих целях как расходный материал. Тот же Прокоп успел высказаться по этому поводу: «Высшая раса, мля».

Смутная тень появилась откуда-то сбоку, Чужинов вскинул оружие, когда хлопнул приглушенный ПББС выстрел Джиоева. Тварь замертво свалилась у самых их ног, и люди закрутились, выискивая новые цели: беглого взгляда было достаточно, чтобы определить – тварь летняя, а значит, где-то должны быть и другие, чей топот они слышали на льду Одны. Вспомнив, сколько их, Глеб невольно сжал автомат еще крепче – единственную свою надежду на спасение. Надежду маленькую, практически иллюзорную, но другой у него нет.

– Пошли, – некоторое время спустя негромко произнес он, но все отлично услышали.

Не успели они сделать несколько шагов, когда со стороны реки раздался шум, источник которого определить было несложно.

– Услышали все-таки! – Денис скрипнул зубами так, что всем было слышно.

– Бегом! – скомандовал Чужинов. – Должны успеть! – добавил он только для того, чтобы дать людям хоть какую-то надежду.

«Плевать: электровоз, подстанция, да что угодно, только бы от них укрыться», – билось у него в голове.

Здание вокзала показалось неожиданно, и в стороне от предполагаемого им места. До него было близко, но еще ближе раздавалось хриплое дыхание тварей.

– Успеваем! – проорал Чужинов, веря в свои слова еще меньше всех остальных.

Мало попасть внутрь вокзала, нужно умудриться обнаружить убежище, в котором они будут в безопасности. Обычную дверь твари снесут, даже не поморщившись, необходимо что-то серьезное. Например, линейный пункт полиции – он есть на каждом вокзале. Там и дверь должна быть металлической, и окна зарешечены. Только где этот пункт находится и удастся ли в него попасть?

Вероятно, Киреев точно знал, где находится такое убежище.

– За мной! – рыкнул Прокоп, вбегая в здание вокзала.

Они с Денисом Войтовым несли волокушу с Егором на руках, и Чужинову оставалось только догадываться: каково это – продолжать нести их сейчас, когда руки заняты, а их вот-вот настигнут твари, единственная цель которых – вцепиться в горло мертвой хваткой. Следом за ними, едва ли не спиной вперед, вбежали Глеб и Рустам.

До дверей, наполовину распахнутых и, что особенно порадовало Чужинова, явно металлических, оставалось не так много, когда твари показались откуда их не ждали – из глубины зала ожидания. Прокоп с Денисом положили, почти бросили волокушу с Егором, открыв огонь еще тогда, когда та не успела даже коснуться земли. Сзади Чужинова раздались выстрелы Рустама, ну а сам он, рванувшись вперед, рухнул на колени, скользнув к волокуше по заснеженным плитам пола. Глеб толкнул ее, целясь в проем двери, отчаянно надеясь, что она не остановится на полпути и не застрянет в дверном проеме. Стрелять Чужинов начал еще с колен, но то, что он увидел, едва не заставило его взвыть от отчаяния: Рустам, вместо того чтобы кинуться к спасительной двери, стоял, широко расставив ноги, и вел бешеный огонь по скоплению тварей.

– Беги! – крикнул он Рустаму, отчетливо понимая, что Джиоева не спасет уже ничто.