1730 год. Август. Переэкзаменовка (СИ) - Кучер Павел Алексеевич - Страница 47

– Снова поручение без объяснений? Хоть бы парой слов намекнули – куда летим и зачем?

– Дмитрий, а тебе точно, – гадский старикашка, с какой подковыркой произнес! – хочется это знать?

– Не уверен, – это я честно признался, – Но, я же имею право?

– Да, ты имеешь право, – дед сутулится, насколько может сутулиться экзоскелетон. Точно, снова сунут меня носом в невообразимую пока гадость, – Аня, покажи ему обзорный материал. Раз сам напросился… А сначала пусть на небо посмотрит. Что бы проникся… У тебя сколько "блинов" сейчас на прямом контакте?

– За вторую сотню перевалили. И ещё летят. Отовсюду…

– А сколько штук "удержишь", если понадобится?

– Восемь-десять, со злости – дюжину. Но, если на дорогу отвлекаться – пять-шесть. А что?

– Да так, идея возникла. Покажи-ка Дмитрию систему команд. Минутное дело. На бреющем – он тебя подстрахует. И ему занятие, и тебе подспорье. Пусть, среди "местников", повиляет… Думаю – сумеет.

– Люди, вы о чем? Опять секреты?

– У нас нет секретов, – дед выразительно пожимает плечами, точнее, креплениями рычагов верхних манипуляторов, – но узнать всё и сразу всегда неприятно. Ещё захочешь морду набить… Надо постепенно. С чередованием, приятного и полезного. Например, ты летчиком в детстве хотел стать?

– Как все! А до третьего класса – даже космонавтом.

– А потом?

– Потом Союз распался… и это стало смешно…

– И как, не жалко? Рискнешь сейчас попробовать?

– То есть? Летчиком?

– Оператором. Летчики на самолетах, а на "блинах"… – заминается, – Это не обычный аппарат. Он и летит-то сам, человек им управлять не может, скорости реакции не хватает. Просто его надо направлять…

– Дядя Вася, я ему покажу. Не беспокойтесь! Давайте сюда укладку.

– Я возьму – шагаю вперед и принимаю из руки деда поклажу… – Ох-хо! Тяжеленький чемоданчик!

– Крепче держи! Капсулы с биологическими пробами. Стальные, – хмыкает, – Что б уже не вырвалась.

– Кто?

– Чума! Вытяжки… из вчерашних зверушек. Передадите на анализ.

– Американцам?

– Естественно. Это же их чума. Нам чужого не надо. Пусть ищут утечку сами, – Уй! Как чувствовал…

– Так прямо и отдадим? Без церемоний? – в голове мелькают кадры из разных боевиков и ужастиков, – Да нас же, как только узнают – так сразу прибьют! – вот тебе и бомба… точнее, "пакет с сибирской язвой".

– Дима, не отвлекайся. Будет интересно и тебе понравится, – Анка тащит меня к дверям, – Смотри!

Смотрю… Ну, хорошая погода. Облачка легонькие, время-то послеобеденное. Рябь какая-то блестит в воздухе. Без ветра… и высоко. Паутина? Рановато для паутины…. А что я о местных пауках знаю? Вдруг они, как те голуби, тоже в стаи собираются? По пятьсот тысяч миллионов. Не пуганные же… Глухомань!

– Видел? – жест и поза у Анки, прямо наполеоновские, – Скоро ещё больше налетит! Рассердились…

– Кого налетит, пауков? – девчонка косится на меня недоуменно, потом на небо… снова на меня…

– Что ты сказал? Хи-хи! Ага, похоже… Не-а! Это – скорее осы. Хи-хи… Но, точно, похоже! Сейчас…

Кисть правой руки буквально пляшет на коммуникаторе. Всей пятерней работает. Прислушивается… приглядывается… Почему она пауков осами назвала? Осы так высоко не летают… Черт! Какие ещё осы? Сверху на нас валится потешная шестигранная городушка, напоминающая коробчатый воздушный змей, из палочек и прозрачной бумаги. Растяжки, ажурные ячейки затянуты по торцам сеткой, а с боков – пленкой. Всё просвечивает насквозь. Блестит и отсвечивает на углах и стыках. Веселенькая, на вид, фиговина. Вроде рекламной стойки. Только плакаты растянуть… Ближе… ещё ближе… Елки-моталки! Здоровенная, какая… Метров пять в поперечнике. Этажерка с рожками. Скорее – с длинными усами во все стороны. Крутанулась, сухим листом, зависла неподалеку. Качается, переливается тонкой, как из ниток, сетчатой обшивкой, тихо свистит вентиляторами в шестигранных ячейках. Точно, летающая платформа… Сложенная из одинаковых "гаек" блоков – колодцев с пропеллерами. Хм… А где силовая установка? А кто управляет? Автоматика?

– Дима, знакомься – основа оборонной мощи Союза ССР, – хихикает, – Правда! Это инженерно-боевой робот "Оса". Работает он напрямую, от электрического поля атмосферы. Гарантийный срок – десять тысяч часов непрерывного полета. Сферический сектор поражения. В единичном экземпляре – на 70-100 м. В масштабируемом, группами – до горизонта, – поправляется, – До видимого горизонта. С высоты – дальше. Для сплошной зачистки местности. Наш эскорт. На всякий пожарный… Индейцы прислали. Тоже – потлач.

– Как из мультика сбежал… – а что её ещё ответить? Тоже мне – "основа оборонной мощи"… После просмотра Петькиных подвигов – не впечатляет, – Карточный домик, сходу пальцем проткнуть. Шутишь?

– Ни разу, а, я поняла… Всё равно, не поверишь. Ну, и ладно. Кыш! – машет рукой. Как птицу гонит…

Этажерка, крутым разворотом, уносится в зенит. Трава вокруг легла, нас обдало воздушной волной… с запахом озона и горелого железа. Кхе-кхе… В горле запершило. Кхе-кхе… Гадость. Вонючка какая-то… Но, быстрая. Вон как высоту по спирали набирает… Уже не видно почти. С небом сливается – прозрачная… Только сетка, если приглядеться, на солнце блестит. Как паутина… Твою мать! Да там всё небо в паутине! Маячат и мельтешат, не сосчитать… Анка сказала их сотни? Обалдеть…

– Ага, теперь заценил! – никакой деликатности к чужому удивлению, – За мной! Не пропадем!

– Надеюсь… очень надеюсь, – мать моя женщина! С кем я связался?

Знакомая транспортная стоянка, под плитой зеленого бетона спрятан самосвал. Сегодня рядом, на том месте, где Петр крыс по лоткам раскладывал, стоит, на коротких ножках-опорах, как киношная "летающая тарелка", самый настоящий блин. Без кавычек. Плоский, рыже-коричневый и ноздреватый. Та же, плоская, шестигранная летающая платформа… Но, не в пример солиднее. Корпус – не просто пленка, на растяжках. Обтекаемый. Куча навесных элементов, антенны, трубы по бокам (движки или вооружение?), в центре – два утопленных заподлицо продолговатых контейнера. Анка, не сбавляя шага, взмахивает левой рукой. Крышки откидываются. Эк! Почти как саркофаги, для египетских фараонов. Кожаные гнезда-выемки по форме тела. Но, ни пультов управления, ни иллюминаторов, ни сидений… По центру блина открылась дыра поменьше. Багажник? Как туда будем забираться-то? Прыгать? Не люблю прыгать! Фигу, подтянулся и влез. Да…

Сетка, затянувшая тоннели воздушных винтов, туго пружинит под ногами. Словно по гамаку идешь. Хорошо, что ячейки мелкие, сантиметра по два. Ногой не провалишься и руку не просунешь. Разве палец. Но ощущения! Не серьезно, даже на ощупь. Толщина сооружения – меньше метра. Сверху просматривается насквозь, и вбок тоже. Внутренние перегородки между, соседними колодцами винтов, такие же прозрачные пленочки. А я, было, обрадовался внешней солидности. На бортики не особенно наступишь – густо усеяны рыжими пластиковыми блямбами, с металлическими рожками сложной формы. Половинками игрушечных мин… И на свободных участках сетки висят такие блямбы. Кстати, на памятной Осе" они же были… Дрянь! Споткнуться можно. Упал и напоролся… Даже рукой оперся – больно. Рожки острые и крученные. Зачем?

– Осторожно! Разрядники фазированного генератора ударной волны. – Анка снова читает мои мысли, – А пулевые стрелковые узлы – на гранях. Тоже робот, в грузопассажирском варианте. Летучий автомобиль…

– Потому вы надеетесь, что я им за пять минут управлять научусь? – ага, а на курсах пилотов – ни дня.

– Мы знаем, что научишься… Давай! – выхватывает из руки укладку с заразой. Почти не глядя сует в центральный отсек (совсем мелкий, вроде бардачка у легковушки). Защелкивает крепление, – Ложись сюда!