Бесценная награда - Хауэлл Ханна - Страница 26

– Он тебе совсем не нравился, да?

– Он был моим лэрдом, и я его уважала. Но даже мои родители трудились куда больше, чем он. Мы не то чтобы не любили сэра Бойда, просто он никому не давал повода его любить. Мамаша однажды сказала, что в жизни своей не встречала человека более холодного и мрачного, чем он. Говорила, он ничем не похож на своих предшественников. Вот вы помогли нам жизнь наладить, сделали это место таким, каким оно было раньше, до смерти деда первой жены сэра Бойда. Я рада, что ей удалось дожить до того дня, когда она увидела, что вы выполняете свое обещание, потому что она частенько сетовала, мол, ни отец, ни муж его дочери не любят Банулт по-настоящему. Им нравилось просто сидеть в кресле лэрда да помахивать мечом.

Катриона поморщилась.

– Боюсь, меня иногда тоже посещают подобные мысли, и тогда я чувствую себя неблагодарной и вероломной, но все равно не могу полностью от них отделаться. Муж не любил говорить даже о том, что необходимо сделать, – о посевах, урожае, скоте. Сразу отсылал меня к управляющему или к кому-нибудь из вас, потому что вы-то знаете, что делать.

– Мы-то знаем, но нам нужен лэрд, который обеспечивал бы все необходимое для работы. Пока не появились вы, у нас только и был этот управляющий, а от него толку ни на грош. Но сейчас ни к чему вспоминать неудачи лэрда, да и нехорошо дурно отзываться о покойниках, если можно обойтись без этого. Нет, мы должны поговорить о том, что вам улыбается очень красивый мужчина, а вы ему в ответ не улыбаетесь, как сделала бы любая девица, у которой в жилах бежит кровь, а не водица.

Какое-то время Катриона просто в молчании потрясенно смотрела на Джоан. Они подружились за какие-то две недели после прибытия Катрионы в Банулт в качестве новой жены Бойда. Он хмурился, видя, как дружелюбно она разговаривает с простой ткачихой, но впервые в жизни Катриона позволила себе не обращать внимания на него и его желания. Джоан, бывшая всего несколькими годами старше, стала ее наставницей и наперсницей, и то, что эта женщина советует отдаться страсти к мужчине, который ей вовсе не законный муж и скоро покинет Банулт, поразило Катриону. Впрочем, она обрадовалась, что Джоан не замечает ее ответных улыбок. Значит, она все же сумела скрыть свое растущее вожделение от чужих глаз.

– Он пытается соблазнить меня, Джоан, а не ухаживает за мной. Ему нужна любовница, а не жена, я в этом уверена.

– Может, сейчас так оно и есть, но со временем все переменится, – пожала плечами Джоан. – А если и нет, значит, будете и дальше жить одна, как после смерти сэра Бойда, но зато у вас останутся сладкие воспоминания.

– Несса сказала то же самое. И посоветовала заняться этим.

– Отличный совет.

Катриона уже хотела поделиться с Джоан своим беспокойством о том, что может потерять уважение людей, как вдруг волосы у нее на затылке встали дыбом. Оглянувшись, чтобы посмотреть, что ее так внезапно встревожило, она увидела всего лишь работающих женщин и играющих детей. Катриона нахмурилась. Несмотря на мирную сцену, тревога, охватившая ее, не отступала. Катриона попыталась отмахнуться, но она всегда чуяла опасность и давно научилась доверять себе. Кинув взгляд на дорогу, тянувшуюся через всю деревню, она, наконец, обнаружила причину столь внезапного беспокойства. К ним быстро приближались какие-то мужчины, скрываясь в тени. Они уже были так близко, что нигде не могли спрятаться полностью.

– Джоан, зови остальных женщин, хватайте детей и бегите в замок, – скомандовала Катриона, не отводя глаз от группы незнакомцев, подбирающихся к ним все ближе. Она изо всех сил старалась следить за ними незаметно.

– А что такое?

– К нам подбираются какие-то люди. Не могу разглядеть, сколько их, но это не наши, в этом я уверена.

– Так нужно бежать!

– Нет, я останусь здесь. А ты беги сама и уводи остальных. Постарайтесь не показывать свой страх, пока можете, а уж потом бегите во всю мочь и самой короткой дорогой. И расскажите нашим мужчинам, что случилось.

– Ага. Но я говорю серьезно – давайте убежим вместе.

– Нет. Беги. Я останусь, чтобы отвлечь их. Это единственный способ дать вам возможность добраться до замка и рассказать, что случилось. Мы обе знаем, что Грант давно ко мне подбирается, и если это его люди, они хотят схватить меня.

– Но вы же не сможете сопротивляться им одна!

– Я и пытаться не буду. Но мне нужно задержать их как можно дольше, чтобы вы все выбрались отсюда и подняли тревогу. Детей нужно спасать, Джоан. Уходи. Сейчас же!

Сильно побледнев, Джоан, тем не менее, спокойной, уверенной походкой зашагала прочь. Короткий взгляд в ее сторону, и Катриона убедилась, что подруга предупреждает каждую женщину, мимо которой проходит. Женщины зашевелились, незаметно отвлекая детей от игр и подгоняя их перед собой. Время от времени они отрабатывали этот маневр, постоянно ожидая последнего, открытого нападения сэра Джона на Банулт. Катриона с радостью отметила, что все женщины овладели этой хитростью, и ощутила себя настоящим воином, делающим все необходимое, чтобы защитить своих людей.

Уверившись, что женщины с детьми скоро побегут и поднимут в замке тревогу, рассказав о происшествии, Катриона, краем глаза приглядывая за крадущимися мужчинами, осмотрелась, подыскивая что-нибудь, похожее на оружие. Под рукой оказались только метла и ведро. Ведро прочное и тяжелое, с веревочной ручкой, так что размахнуться будет легко. Если ударить им, человек непременно отшатнется. Зато метла поможет какое-то время удерживать их на расстоянии. Поняв, что отбиться от нападающих она все равно не сумеет, Катриона выбрала ведро. По крайней мере наставит им синяков.

Она точно поняла, когда женщины побежали, потому что один из незнакомцев выругался так громко, что она услышала. И, словно по сигналу, все они кинулись в ее сторону, но Катриона даже не сошла с места. Она понимала, что представляет собой небольшое, легко преодолимое препятствие, но ей нужно задержать их до тех пор, пока женщины с детьми не доберутся до укрытия. Первый мужчина подбежал к ней, она размахнулась как следует и сильно ударила его ведром по плечу. Он покатился по земле, изрыгая проклятия и держась за руку. «Может, не такое уж я и небольшое препятствие», – мельком подумала Катриона и замахнулась ведром на следующего.

Бретт как раз собрался выйти из замка, когда со стены вдруг раздался крик. Однако, вместо того чтобы немедленно закрыть ворота, несколько воинов бросились к ним, остановились и уставились в сторону деревни. Бретт быстро подошел к ним, собираясь приказать немедленно закрыть ворота, и увидел, на что они смотрят. Женщины с детьми (некоторых несли на руках) со всех ног мчались к замку, и Бретт понял, что стража готова в случае необходимости защитить их, а ворота закроют, как только все окажутся в безопасности.

И только когда уже почти все беглецы оказались во дворе замка, он сообразил, что не видит среди них Катриону. Бретт начал проталкиваться между женщинами, внимательно ее высматривая с надеждой, что просто не заметил Катриону в толпе, но надежда быстро испарилась. Катрионы нигде не было.

Сквозь толпу протолкалась Джоан, с испуганным ребенком на руках, с трудом перевела дух и проговорила:

– Миледи осталась, чтобы задержать их. Чтобы мы смогли добраться до замка.

– Она рассчитывает задержать напавших на нее мужчин? – ахнул Бретт, охваченный страхом за нее и восхищением.

– Ага. Мы уже много месяцев этому учимся. Она знала, что Грант ее хочет, и боялась, что если он все-таки нападет на Банулт, чтобы ее схватить, то и нам достанется. Поэтому мы учились убегать, пока она отвлекает внимание на себя. Мне это всегда не нравилось, и я пыталась уговорить ее бежать с нами, но она отказалась. – Джоан чмокнула в макушку малыша. – А я не могла больше ждать, боялась за ребенка.

Бретт заметил Оуэна и Тама и жестом подозвал их.

– Какие-то люди, возможно, от сэра Джона, находятся сейчас в деревне, и леди Катриона все еще там.