Академия магических искусств. Полукровка - Рэйн Элла - Страница 44

- Леди Мессалина, - ректор лениво обратился к своей соседке, заставляя ее с сожалением оторвать взгляд от магистра, - Вас можно поздравить с предстоящим бракосочетанием?

- Да... - заикаясь, произнесла леди и с ненавистью посмотрела на него, - а когда Вы Артур решитесь на столь благородный поступок и освободите Вашего друга, чтобы и он мог осчастливить какую-нибудь девушку, - ее передернуло, кажется, до нее самой, мгновенно дошел смысл ею же сказанных слов.

- Магистр, а что такие ужины направлены только на одно, свести кого-нибудь вместе и устроить брак? - спросила я, удивленно наблюдая, как в разных концах стола молодежь флиртовала друг с другом.

- Ну не только, - улыбнулся он, - но это одна из сторон светской жизни. В тоже время, обсуждаются разные сделки, завязываются новые знакомства. Тебя что-то тревожит?

- Мне неуютно здесь. Я понимаю, семья и все такое, но какое-то нехорошее чувство, как будто кто-то изучает меня, но я не вижу кто.

- Ужин уже заканчивается, сейчас предложат всем перейти в танцевальный зал, к нему примыкают две небольшие гостиные, в одной столы для карточных игр, в другой фортепьяно. Я не думаю, что тебе нужно сразу уходить, с тобой хотят познакомиться родственники, дай им такую возможность. Осмотрись сама, что ты почувствуешь.

- Да, магистр, Вы правы, извините, - слова сорвались легко, - я как то не подумала об этом.

- Видана, - он внимательно смотрел на меня, - мы все здесь, и я, и Артур, и папа. Никто тебя в обиду не даст. Не переживай.

- Магистр, леди Мессалина, тетушка Тамилы? - тихо спросила я.

- Она самая, - он улыбнулся, - как догадалась, Тамила тебе рассказывала о ней?

- Да, в последний учебный день, я сопоставила ее поведение с рассказом, ну и получила вывод, правда не была уверена.

- Она не простила и не смирилась, - продолжила я.

- А придется, - спокойный голос, - нельзя жить иллюзиями, как бы сладки они не были. Жизнь намного суровее, но прекраснее всех миражей.

Ректор задумчиво наблюдал за всем происходящим за столом, периодически наклонял голову, прислушиваясь к тому, что стремилась донести до него, леди Мессалина, и нет, нет, да кидал свои взгляды в нашу сторону.

Вскоре всех пригласили в соседний зал. Шумно и весело гости направились туда и вскоре разбрелись, кто в карточный салон, где сразу же за столами разбились на группы. Леди засели за преферанс, мужчины переглянувшись и не сговариваясь, взялись за покер, чувствовалось, что все группы сыгранные, проводившие вместе не один сезон за карточным столом. Я прошла в музыкальную гостиную, несколько леди раскрыли ноты и выбирали, чтобы им сыграть, а в танцевальном зале молодежь, разбившись на пары, кружилась в вальсах. Танцевать я умела, это одна из обязательных дисциплин в академии, за три года обучения весь классический репертуар нами был изучен. Но танцевать сейчас не хотелось и, выскользнув из зала, я вернулась в карточный салон, села в кресло, одиноко стоящее у темного окна, приготовившись наблюдать за игрой. Однако побыть в одиночестве мне не позволили. Рядом появился Альбер Тримеер, выбывший из игры и вместе со стулом перебравшийся ко мне поближе.

- Как впечатления? - обратился он ко мне, - после академии с ее кучей адептов у нас не должно быть слишком шумно.

- Да я бы не сказала что шумно, просто непривычно, в академии я знакома со многими, а здесь практически никого не знаю.

- А осознание, что ты Тримеер уже пришло, - вдруг ехидно поинтересовался он.

- Если не секрет, поделитесь, в чем оно должно выражаться?

- Ну как, трепет от принадлежности к одной из могущественных семей империи, возбуждение от открывающихся возможностей, да многие девицы дорого бы заплатили, чтобы это случилось с ними... - он замолчал, споткнувшись о мой взгляд. В нем не было ничего особенного, просто удивление и полнейшее непонимание, о чем это он?

- Что, - удивленно переспросил он меня, - нет ни трепета, ни возбуждения? А осознание того, что твоей руки домогаются представители лучших магических родов, разве не радует?

- Не радует, это точно.

- В смысле? Тебе что не нравится вся шумиха около тебя? Видана, ты странная какая-то, впрочем, вся в Артиваль, та не лучше была. Нет, серьезно, - он непонимающе смотрел на меня, - тебя это все не радует?

- Нет, - честно ответила я, - не радует, совсем. Ведь всем претендентам нужна не я, сама по себе, а представительница, как Вы сказали, одной из могущественных семей империи. Фактически, элитная самка, для получения высоко породного потомства, с хорошим экстерьером и приличными рабочими качествами. Так что я не понимаю, чему здесь нужно радоваться и попискивать от счастья.

- Ох, ты ж, Черная Луна, - пробормотал, не отводя от меня глаз Альбер, - это в какого же ты такая? Это что значит, что твои предполагаемые женихи, дулю с маслом получат, а не твою костлявую ручонку, на которую полагается фамильное колечко надеть, вот это оборот, - и вдруг расхохотался, - впору ставки назначать, за кого тебя маман пристроить умудрится.

- Рассержусь...

- На что, - удивился он, - подумаешь, подогрею интерес, денег подзаработаю, идиотом нужно быть, чтобы такой возможностью не воспользоваться.

- А что, денег не хватает, если таким образом заработать, желание возникло? Рискнете, я солью инсайдерскую информацию, и Вы еще должны всем, останетесь.

- А с виду вся такая, беззащитная, пушистая, так и хочется приголубить, пожалеть, а на самом деле...

- А на самом деле, - ледяной голос магистра прервал Альбера, - еще раз такое услышу, язык узлом завяжу и руки повыдергиваю.

- Да, ладно, Ольгерд, ты чего разозлился, - примирительно начал Альбер, - мне интересно стало, девушка ходит так спокойно, не нервничает, как будто здесь выросла и всех с пеленок знает. Один поход на кладбище ранним утром чего стоит. Вот я и спросил, может ее уже осознание собственной значимости, от принадлежности к роду, накрыло. Другая, на ее месте, от счастья с ума бы сходила, а Видана твоя, ведет себя, как будто ничего и не произошло.

- А что произошло-то? - усмехнулся магистр, - жизнь у девушки сложнее стала. Так бы спокойно училась, никому ничего не должна, а тут нате вам, получите, распишитесь. Пока видимых положительных сторон в ее принадлежности к роду меньше, чем отрицательных, просто ты этого не видишь, братец.

- Ну то я и смотрю, счастья великого она не испытывает, - пробурчал Альбер, и забрав стул отбыл к карточному столу, где сдавали карты для следующей партии.

- Магистр, - я поднялась с кресла, - я могу уйти к себе? Что-то день какой-то странный, сплошные споры да проверки на выдержку.

- Ну конечно, как я появился, так сразу исчезать, - сварливым голос сказал, ... внезапно появившийся ректор, - Видана, о чем ты так увлеченно с Альбером общалась, я даже не рискнул подойти, послушать.

- Ну, вот и зря, - магистр усмехнулся, - такую беседу пропустил и возможность поехидничать. А ты где был Артур? И вообще, идем в библиотеку, незачем здесь лишнее внимание привлекать.

В библиотеке было тихо, магистр зажег свечи и мы сели за одним из столов.

- Так ты куда исчезал, Артур? - повторил он свой вопрос.

- Карла успокаивал, - спокойно ответил Эрмитас, - у него трагедия, леди Витанель в красках рассказала, как им с леди Констанцией, матушкой адепта Никсона, Видана аккуратно и вежливо отказала в возможности заключить помолвку на этих зимних каникулах. Он же был уверен, что все получится, если за дело взялась сама леди Амилен. А тут получилось, что непревзойденная сваха империи получила от внучки грозное - а с вами бабушка у нас будет отдельный разговор... Леди Амилен и сама не рада, что пообещала Барнаусам решить вопрос, с помолвкой Карла и Виданы.

- Видан, и главное, как же ты, так на их материнских чувствах то сыграла? И про блестящее будущее, и про лучшие, по сравнению с тобой, партии,... Вот до сих пор радуюсь, что жлоб с факультета финансовой магии на испытания не явился, - ехидничал ректор.