Управление случайностями - Тильман Екатерина - Страница 57

Убедившись, что часа три никто ее не хватится, — Юрген увлеченно работал на компьютере, а Лиза не менее увлеченно высаживала какие-то странной формы корни (господи, что из них вырастет весной? мандрагора, не иначе!) — Юля пробралась в комнату Сэма...

Поначалу она опасалась, что не сумеет разобраться в его вещах — она ведь даже не знала толком, что именно ищет! Но беспокойство оказалось напрасным: в комнате царил идеальный порядок, нигде ничего не валялось, на книжных полках были только книги, а стол оказался полупустым и тоже очень аккуратным. И в левом нижнем ящике Юля почти сразу нашла то, что искала...

...Формат небольшого ежедневника в белой картонной обложке точно совпадал с размерами бандероли — Юля хорошо ее запомнила! Рядом с ежедневником обнаружилась небольшая коробочка — там, на свернутом бархатном лоскутке, лежал тонечкин перстень. Больше ничего в ящике не было — и Юля поняла, что все содержимое таинственной посылки находится перед ней. Уже без всякого смущения она открыла тетрадь... в отличие от Сэма, Юля раньше никогда не видела тонечкиного дневника, но почерк подруги узнала сразу!

Записи начинались еще со времени жизни Тонечки в «Лотосе», точнее, с самого начала этой жизни. Юля заглянула было на первые страницы, но все-таки не выдержала — торопливо пролистала дальше, до момента их знакомства: что пишет об этом Тонечка?..

...Однако в дневнике не оказалось никаких упоминаний о первом, «экзаменационном» визите Юли. Странно... Это было перед самым Новым годом, и Тонечка очень подробно описывала праздничное убранство города, свои одинокие прогулки по магазинам и «рождественскую меланхолию»... но знакомства с Юлей как будто не было! Неужели «грустный гремлин» был для нее недостойной упоминания мелочью? Но если даже и так, если Юля была для нее всего лишь клиенткой, все равно: почему Тонечка пишет обо всякой бытовой ерунде, а о работе — ни слова?!

Это было совсем не то, что Юля ожидала найти в записях своей подруги! Удивленная, даже встревоженная, она пролистала дальше. Вот, наконец, ее вторая встреча с Тонечкой! М-да...

И дальше — жалобы на здоровье, какие-то тоскливые предчувствия... черт знает что! Да, Тонечка тогда действительно болела, но не до такой же степени! Юля помнила, как интересно было разговаривать с ней — но с человеком, оставившем в дневнике такие записи, говорить было бы просто не о чем! И еще: первая фраза Тонечки при виде Юли была: «А, ты все-таки пришла!» То есть она знала об их встрече заранее! Почему об этом не сказано?

Юля растерянно перевернула еще несколько страниц.

Елки-моталки! Просто старая дева, от которой сбежал последний кот! Бесконечные жалобы, внимание только к себе... А ведь тот день перевернул все в юлиной жизни! Это тогда ей удалось изменить тонечкино предсказание, и очередная несчастная влюбленная вопреки собственной судьбе стала счастливой! И опять в дневнике ни слова...

Ну провалиться не сходя с места! Ведь Тонечка все понимала тогда — лучше самой Юли разобралась, что происходит и почему, и потом сама же ей объяснила! Что за бред?!

Юля устала удивляться. Взяв себя в руки и отложив на время эмоции, она торопливо дочитала до конца. Нет, ничего нового... Нытье, жалобы, бытовые мелочи, никчемные разговоры, никчемные разговоры, бытовые мелочи жалобы, нытье...

Последняя запись — за три дня до самоубийства:

(Юле вспомнилась детская дразнилка: «Ты мне больше не подружка, ты мне больше не дружок — не играй в мои игрушки и не писай в мой горшок!» Коротко и ясно... Но неужели Тонечка могла даже наедине с собой опуститься до подобной этики?!)

...Спохватившись, Юля взглянула на часы: однако, зачиталась! Сейчас ее задача — найти то, что вывело Сэма из душевного равновесия, заставило его шарахаться ото всех и мучаться какой-то непонятной ненавистью. Беглый просмотр дневника не приблизил ее к разгадке, значит, надо искать дальше. А проанализировать «раздвоение» тонечкиной жизни можно будет и в более спокойной обстановке...

Впрочем, времени еще вполне достаточно, чтобы внимательно прочитать с начала этот, мягко говоря, странный документ! Правда, такое последовательное медленное чтение было непривычным для Юли, но она сумела заставить себя не торопиться. Каждую запись она читала дважды: первый раз сама, а второй — как бы глазами Сэма...

...С первых же страниц Юля поразилась тому, как сильно отличались ранние записи от того, что она только что читала. Но самым удивительным оказалось то, что именно здесь она наконец встретила ту Тонечку, которую хорошо помнила!