Управление случайностями - Тильман Екатерина - Страница 33

Евгений перевел дух, успокаиваясь. Да, происшествие неприятное, особенно накануне праздника, но «Лиловый Лотос» оно никак не затрагивает. По крайней мере, прямо... Хотя в любом случае стоит уточнить, кто такие эти Лучевские, и сколько лет ребенку. Он плохо помнил жителей Шотшан и вообще старался пореже появляться в непосредственной близости от негостеприимной общины...

Выключив плиту и закрыв воду в ванной, Евгений вернулся к телефону. Однако Филиппа дома не оказалось — ну, так и есть, опять в гостях у Павла!

Впрочем, может оно и к лучшему: Павел тоже был осведомителем, причем с Филом они были неразлучными друзьями. Эту пару Евгений считал едва ли не лучшей своей находкой. Неглупые и честные парни довольно неплохо осознавали не только форму, но и смысл своей работы и делали ее на редкость сознательно, не болтая лишнего. Последнее было особенно ценно — редкий вольнонаемный агент умеет держать язык за зубами, а у этих приятелей была полная открытость друг с другом, и соблазн поделиться с кем-нибудь третьим просто не возникал...

Правда, не так давно над этой идиллией возникло легкое облачко — Евгений заметил, что Фил влюблен в Ингу. А от «служебных романов», особенно с эсперами, ничего хорошего ждать не приходится! Вот и в этом случае: Инга ведь парня в упор не замечает, причем буквально не замечает, безо всякого кокетства: не интересен ей «нормальный человек», и все! А у «нормального человека» первая любовь, та самая, от которой глупеют и шалеют, и помочь ничем нельзя... И Павел тоже замечает, и про себя шипит на Евгения: втравил мальчишку в историю!

Впрочем, Фил — человек тихий, скорее всего, его страдания мирно рассосутся в виде тайных вздохов, отвлеченных возвышенных мечтаний и одиноких прогулок под звездами... без катаклизмов, словом! Так что пусть пока смотрит на нее исподтишка, как осведомителю и положено, а там, глядишь, сам перегорит...

И не думая больше о чужих этических проблемах, Евгений набрал номер Павла. Да, Фил тоже был здесь и даже взял вторую трубку, присоединившись к разговору. Осторожно уточнив, не слышит ли их кто-нибудь посторонний, Евгений принялся расспрашивать агентов о случившемся.

Несчастье произошло утром, около девяти. Двенадцатилетний Боба, сын столяра Лучевского (теперь Евгений вспомнил эту семью), включая плиту на кухне, открыл контрольный вентиль, не заметив, что кран духовки с вечера остался открытым, и начал готовить завтрак. Газ быстро заполнил духовку, почти не просачиваясь наружу, и мальчик не сразу почувствовал запах. А когда почувствовал, было уже поздно...

— Правда, врачи успокаивали, говорили, что он скорее всего выживет, — закончил Павел. — Ну, хоть это ладно!..

— А эсперы в поселке не появлялись? — спросил Евгений.

— Нет, — сказал Фил, — не появлялись. Даже жаль: может, помогли бы...

Евгений осторожно поинтересовался: а как вообще настроение? Павел догадался, что вопрос имеет отношение к эсперам... и неожиданно оскорбился:

— Послушайте, господин Миллер, за кого вы нас вообще принимаете? Вы думаете, если мы живем недалеко от Шатогории, так мы все тут... — он запнулся, не находя нужного слова, потом вспомнил об уважении к старшим и неловко замолчал.

Евгений не обиделся — хорошо, что они так уверены в своих односельчанах. Хотя на самом деле все не так просто... Разумеется, никому не придет в голову прямо обвинять «колдунов» в случившемся несчастье. Но потом эсперам обязательно вспомнят — причем, что еще хуже, подсознательно! — что они не сумели предвидеть беду, не предупредили, не оказались в поселке в нужное время... Им придется напрячь обаяние, чтобы восстановить репутацию. Впрочем, в таких тонкостях осведомителям разбираться не обязательно, и Евгений просто попрощался со смущенными агентами, пообещав перезвонить с утра...

...Взглянув на часы, он вспомнил, что так и не позвонил Алине. Она имела полное право обидеться и, что самое неприятное, найти себе другого провожатого. «Но должна же она понимать, — подумал Евгений, торопливо набирая ее номер, — что у меня могут быть срочные дела...»

Воскресный день выдался по-летнему ясный и солнечный — к радости многих, собиравшихся провести его на природе. Наверное, половина Сент-Меллона отдыхала в этот день в горах, однако мало кто рисковал забираться в такую даль, как Ведьмино ущелье. Мрачноватое, кстати, оказалось место, недаром его так назвали!.. Впрочем, гномы и привидения, если они там и жили, в страхе разбежались перед шумной компанией.

Шагая рядом с Алиной и неся ее неожиданно тяжелую сумку с какой-то едой (у остальных сумки были не меньше, неужели столько можно уесть за один раз?), Евгений приглядывался к своим спутникам. Он был знаком только с Зоей, подругой Алины, остальным его лишь бегло представили. Разумеется, все имена и лица тут же смешались, и Евгений даже не пытался вспоминать, кого как зовут. Краем глаза он замечал, что спутники тоже украдкой поглядывают на него, стараясь оценить новичка, а может, просто интересуясь его «таинственной» специальностью...

Вскоре компания отыскала место для привала, девушки распотрошили сумки и расстелили на траве скатерти. Евгения вместе с остальными парнями тут же заставили открывать банки и крошить овощи в салат — «мужское» занятие двадцатого века, когда охотиться на медведей уже не принято, а сидеть без дела неудобно. Некоторое время он прислушивался к оживленным разговорам и спорам, но вскоре это ему наскучило. Веренков как-то заметил, что если долго толочь воду в ступе, получится гремучий газ. Если это так, то его спутники подвергались смертельной опасности!

Евгений испытал мгновенный приступ раздражения: черт возьми, ведь это же местная «интеллектуальная элита»! Учителя, программисты, библиотекари... Неужели им больше не о чем говорить, кроме телепрограмм и международных новостей? Он почти с тоской вспомнил институтские вечеринки, беседы с друзьями... Последнее время он все больше стал ощущать свое одиночество, отсутствие равных по интеллекту и образованию собеседников. Деловые визиты в институт были слишком редкими и не могли полностью удовлетворить эту потребность...