Ответный удар - Тертлдав Гарри Норман - Страница 227

Даже в таком режиме его оружие стреляло быстрее обычной винтовки. Нужно было только нажимать на курок. Второй раз он промахнулся, но третьим выстрелом попал в инопланетянина — тот даже не успел ничего предпринять. Егер сомневался, что убил его, но ранил наверняка. Во всяком случае, сражаться он уже больше не сможет.

Опыт подсказал ему, что после третьего выстрела нужно отойти от окна. Не успел он сдвинуться в сторону, как засвистели пули. Егер удовлетворенно кивнул. Если слишком спешишь, обязательно наступит расплата.

На юге началась стрельба — огонь открыли ящеры, затем к ним присоединились люди. Егер снова кивнул. Дрефсаб пытается перехватить инициативу. Этот мерзкий инопланетянин, прибывший на Землю из глубин космоса, знает толк в военном деле.

* * * Дрефсаб получил образование офицера разведчика. Попав на Тосев-3, он не предполагал, что ему придется участвовать в рукопашном сражении. Короткие танковые вылазки в Безансоне не подготовили его к войне в рядах пехотинцев. В особенности, в самом сердце города.

Вертолеты оставались под обстрелом все время, пока летели к посадочной площадке, с которой стартовали пару лет назад — так, по крайней мере, казалось Дрефсабу. Один из самцов рухнул на землю в тот момент, когда он покидал борт вертолета, и еще двое — когда мчались к укрытию. Командир стрелков использовал последние боеприпасы, чтобы подавить огонь Больших Уродов.

Дрефсаб бежал по булыжникам к куче мусора и чувствовал себя невероятно беззащитным. Даже отваги, дарованной имбирем, не хватало на то, чтобы убедить себя в собственной неуязвимости, в особенности, когда вокруг свистели пули. Однако он добрался до спасительной кучи целым и невредимым. Растянувшись на земле, тут же принялся отстреливаться.

Довольно быстро Дрефсаб понял, что самцам Расы противостоит всего лишь горстка тосевитов. Офицер, командовавший солдатами, понял это одновременно с ним. В каске ожил микрофон, послышались быстрые команды. Часть самцов начала поливать Больших Уродов огнем, чтобы заставить их лежать тихо и не высовываться. Другая группа переместилась так, чтобы обстреливать тосевитов сбоку. Вскоре оружие неприятеля замолчало. Солдаты Расы бросились в атаку.

Однако к удивлению Дрефсаба им не удалось застать Больших Уродов врасплох. Проблема заключалась в том, что бой шел на ограниченном пространстве. Умный командир — а у тосевитов таких имелось предостаточно — может быстро перегруппировать свои силы и отозвать тех, кто сражается у стены, чтобы они нейтрализовали новую угрозу. А самцы Расы не могли покинуть свои места и оказать поддержку товарищам на посадочной площадке, потому что стоит им сдвинуться с места, как их мгновенно начнут обстреливать из окон зданий.

В этот момент Дрефсаб услышал оглушительный взрыв на севере. Еще часть стены рухнула. Он с возмущением зашипел. Его подразделение не сможет самостоятельно удержать крепость. Если самцы, которых он собирается спасти, погибнут, Сплит падет.

— Быстро! — крикнул он. — Мы должны прорваться сквозь ряды тосевитов и добраться до своих.

Два пилота выскочили из своих машин и присоединились к сражению, но, несмотря на храбрость и мужество, они еще меньше, чем Дрефсаб, разбирались в тактике наземного боя. А в воздухе носилось столько пуль, что погибнуть мог даже самый опытный солдат — сейчас дело было исключительно в везении.

Скорчившись в дверном проеме, Дрефсаб принял еще одну порцию имбиря. Он нуждался в его поддержке, зная, что иначе не сможет идти в бой. По крайней мере, так он себе говорил.

Одно из зданий впереди — или несколько? — загорелось. Узкую улицу наполнил дым. Целеустремленный самец — особенно, если ему помогает имбирь

— должен воспользоваться представившейся возможностью. Дрефсабу казалось, что впереди будет полно самых разнообразных мест, где он сумеет спрятаться. Он выскочил из своего укрытия и помчался по улочке.

Дрефсаб все время менял направление, чтобы никто его не подстрелил. Вскоре от густого черного дыма он начал задыхаться и кашлять; мигательные мембраны тут же опустились на глаза, чтобы защитить их от ядовитых испарений.

Дым был такой густой, что Дрефсаб заметил тосевита лишь когда они налетели друг на друга. Вокруг стоял такой грохот, что он не слышал, как тот подбежал. Даже с точки зрения Больших Уродов этот самец оказался огромным. Из него получилось бы два Дрефсаба.

Однако оружие делает всех равными. Когда Дрефсаб навел свое на врага, он заметил у него на лице шрам, не слишком умело скрытый пудрой и гримом. Он крикнул:

— Скорцени!

Но у Скорцени тоже имелось оружие, винтовка неизвестного образца. Она выплевывала пули совсем как пулеметы Расы. Дрефсаб почувствовал удар, словно на него опустился громадный молоток, потом еще один… И все.

* * * В воздухе ревели моторы бомбардировщиков ящеров. Громоподобные взрывы сравнивали с землей территорию крепости, где стоял дворец Диоклетиана. Спрятавшись в дверном проеме, Егер молил всех святых, чтобы здание не обрушилось прямо на него. Он знал, что, когда бомбардировщики закончат свое дело, от дворца практически ничего не останется. Тысяча шестьсот лет истории превратилось в прах всего за несколько часов.

Самолеты сбросили свой смертоносный груз и улетели. Оглушенный, разбитый, но абсолютно целый, если не считать осколка стекла в ноге, Егер медленно встал и печально оглядел дымящиеся руины, когда-то живописного маленького порта.

— Он наш, — сказал Егер.

— Хорошо, правда? — проговорил кто-то у него за спиной.

Егер резко повернулся — сработал рефлекс — и почувствовал острую боль. Перед ним стоял Скорцени. Пот смыл грим, но его лицо покрывал толстый слой сажи и грязи — заметить шрам все равно не представлялось возможным.

— Если бы мы тут завязли, они могли бы слетать за подкреплением, — продолжал он. — Вряд ли это доставило бы нам удовольствие.

— Никакого, — весело согласился с ним Егер. Он снова посмотрел на уничтоженную крепость. — А они крепче, чем я думал.

— Они умеют воевать. — Скорцени тоже огляделся по сторонам. Если на него и произвела впечатление картина страшных разрушений, вида он не подавал. — Русские тоже оказались крепче, чем мы думали. Но в конце концов мы бы все равно их разбили.