Ответный удар - Тертлдав Гарри Норман - Страница 217

Впрочем, на полпути Остолоп перестал улыбаться

— Она ведь не курит, — пробормотал он себе под нос. — Сама мне сказала. — Он остановился в нерешительности, пнул ногой камешек. — А я все равно знаю, как поступить.

Возможно, благодаря предупредительным знакам, дом, где находился медицинский пункт, и соседние с ним строения оставались более или менее целыми. Тут и там пышно разрослись и цвели циннии и розы. Врач, стоявший на ступенях перед входом, кивнул Дэниелсу.

— Доброе утро, лейтенант.

— Доброе.

Остолоп поднялся по лестнице и вошел внутрь. В последние несколько дней на их участке фронта было довольно тихо; ящеры что-то не рвались начинать уличные бои, без которых захватить Чикаго им вряд ли удастся. Повсюду, где только возможно, стояли кровати, но раненых оказалось совсем немного.

Люсиль Поттер наклонилась над одним из них — делала ему перевязку. Паренек закусил губу, чтобы не закричать от боли. Когда ему удалось перевести дух, он с трудом проговорил:

— Ужасно больно, мэм.

— Я знаю, Генри, — ответила Люсиль. — Но мы должны менять повязку как можно чаще, мы же не хотим, чтобы началось заражение. — Как и большинство медицинских сестер, она употребляла местоимение «мы», когда разговаривала с пациентами. Она подняла голову и увидела Дэниелса. — Привет, Остолоп. Вы зачем пришли?

— Хочу сделать вам подарок, мисс Люсиль, — ответил Дэниелс.

Генри и еще несколько парней на кроватях рассмеялись. Одному даже удалось изобразить гнусавый волчий вой.

Лицо Люсиль окаменело. А взгляд, которым она его наградила, говорил: «Тебе, негодник, придется остаться после уроков». Она решила, что своим подарком он надеется заманить ее в любовные сети. На самом деле, Остолоп как раз на это и рассчитывал, но был достаточно умен и понимал, что иногда обходные пути приводят к желаемому гораздо быстрее прямых. Если вообще есть какая-то надежда на положительный результат.

Он сбросил рюкзак, засунул туда руку и вытащил блок сигарет. Нахал, что испустил волчий вой, снова присвистнул, на сей раз тихонько, с восхищением. Остолоп бросил блок Люсиль.

— Вот, держите. Угостите ребят, которые к вам попадут и захотят вспомнить, что такое хорошая сигарета.

Ее худое, обтянутое кожей лицо смягчилось, а глаза вспыхнули радостью, когда она уверенно поймала блок.

— Спасибо, Остолоп. Я так и поступлю, — сказала Люсиль. — Многие обрадуются.

— Я тут не при чем, — заявил Остолоп. — Их нашел Дракула.

— Могла бы и сама догадаться, — улыбнувшись, проговорила она. — Но ведь вы же принесли их сюда, большое вам спасибо.

— И от меня тоже, — вмешался Генри. — Я не видел хабарика… сигарету… целую вечность.

— Это точно, — поддержал его свистун. — Мэм, а можно мне штучку, прямо сейчас, пожалуйста? Я буду хорошо себя вести до самого Рождества. Честное слово. — Он прижал забинтованную руку к груди, а потом торжественно перекрестился.

— Виктор, с тобой просто невозможно иметь дело, — строго проговорила Люсиль, но не удержалась и рассмеялась. Она открыла блок, а потом пачку. Раненые радостно заулыбались, когда она начала раздавать им сигареты. Остолоп почувствовал, как запах табака наполнил помещение. Люсиль принялась шарить по карманам, и через несколько минут горестно нахмурилась. — У кого-нибудь есть спички?

— У меня. — Остолоп достал из кармана коробок. — Часто оказывается полезным, если нужно развести ночью костер, да и вообще никогда не знаешь, что тебе может пригодиться.

Он протянул коробок Люсиль. Аромат свежего табака окутал Остолопа, доставляя несказанное блаженство. Настоящий табачный дым, резкий и одновременно сладковатый… какое удивительное наслаждение!

— Дайте и лейтенанту сигаретку, мэм, — попросил Виктор. — Если бы не он, нам бы не видать их, как своих ушей.

Остальные парни с ним тут же согласились, кое-кто закашлялся. Если ты долго не курил, начинаешь отвыкать и терять навыки.

Люсиль подошла к нему с пачкой, Остолоп вытащил сигарету, постучал по ладони и засунул в рот. Он потянулся к карману, достать спички, но Люсиль уже зажгла для него одну из тех, что он ей дал, и Остолоп наклонился, чтобы прикурить.

— Вот это жизнь, — проговорил он, делая длинную затяжку. — Да еще когда спички для тебя зажигает красивая женщина.

Парни на больничных кроватях радостно заулюлюкали. Люсиль же наградила его взглядом, обещавшим страшные кары. Остолоп проигнорировал взгляд, частично из принципа, а частично потому, что сам отчаянно закашлялся — чудесный ароматный дым драл горло совсем, как иприт. Рот наполнился слюной, закружилась голова; он вспомнил последние дни прошлого века, когда впервые попробовал раскурить трубку из стебля кукурузного початка.

— Возможно, для поддержания духа солдат сигареты и хороши, но они вредят здоровью, — сердито заявила Люсиль.

— Когда я могу умереть в любую минуту, зачем беспокоиться о том, что может убить меня медленно и еще неизвестно когда? — спросил Остолоп и снова затянулся, вторая затяжка, наконец, сделала свое дело — напомнила его организму обо всех сигаретах, что он выкурил когда-то.

Ребята на койках снова весело расхохотались. Люсиль одарила его очередным особенным взглядом; если бы они были одни, она наверняка еще и топнула бы ножкой. Затем улыбка медленно осветила ее лицо.

— В ваших словах что-то есть, — признала она.

Остолоп сиял; каждый раз, когда ему удавалось добиться хоть какой-нибудь уступки с ее стороны, его охватывала невыразимая радость. Он поднес правую руку к каске и сделал вид, что отдает ей честь.

— Я отправляюсь назад, в свой взвод, мисс Люсиль, — сказал он. — Надеюсь, сигарет хватит надолго, ведь это будет означать, что к вам попадет как можно меньше наших ребят.

— Спасибо за вашу доброту, Остолоп, — ответила она.

Солдаты загомонили вслед за ней, а Остолоп помахал рукой и вышел на улицу.

Сигарета так и осталась у него во рту, но отдыхавший на крыльце врач ничего не заметил, пока не почувствовал запах дыма. В следующую секунду он вскинул голову, словно охотничий пес, взявший след. Не веря, что такое возможно, он с завистью уставился на Остолопа, который докурил сигарету до самого конца, а потом бросил на землю крошечный окурок и старательно его затоптал.