Ответный удар - Тертлдав Гарри Норман - Страница 167

Слова Уссмака проняли Скуба.

— Но как же тогда нам защититься от коварства тосевитов? — спросил стрелок.

— Если бы я знал ответ на ваш вопрос, я был бы адмиралом, а не водителем танка, — ответил Уссмак, на что оба новых члена его экипажа рассмеялись. Он продолжал: — Могу сказать только одно: если следующий ход против Больших Уродов выглядит легким и очевидным, значит, нас ждут большие разочарования. Кроме того, не следует принимать и следующее очевидное решение — оно также может оказаться неверным.

— Я понял, — заявил Скуб. — Мы должны поставить наши танки в круговую оборону посреди огромного поля — после чего убедиться в том, что Большие Уроды не роют под нами подкоп.

В ответ Уссмак приоткрыл рот: приятно видеть, что новичок наделен чувством юмора. Однако Неджас сохранял серьезность. Оглядев казармы, командир танка сказал:

— Какое сумрачное место, так и хочется побыстрее убраться отсюда и отправиться в сражение. Я ожидал, что здесь будет гораздо удобнее. Тут есть хоть какие-то плюсы?

— Превосходный водопровод, — заявил Уссмак. Новички удивленно зашипели, и он объяснил: — У Больших Уродов более твердые выделения организма, поэтому им необходим эффективный слив. Вся планета имеет такую высокую влажность, что местные жители используют воду даже для очистки своих уборных — в Доме мы так никогда не делаем. К тому же, стоять под струями горячей воды очень приятно, хотя потом приходится подновлять раскраску.

— Покажи мне это устройство, — попросил Скуб. — Мы исполняли свой долг на континенте, который тосевиты называют Африка. Там довольно тепло, но вода есть только в реках, или потоками падает с неба; обитающие в Африке Большие Уроды даже не знают, что воду можно пускать по трубам.

Неджас тоже довольно зашипел.

— Положите вещи на койки, — раньше на них спали Хессеф и Твенкель — и я вам покажу, что у нас есть.

Все трое самцов с наслаждением плескались под душем, когда командир части, самец по имени Касснас, засунул голову в душевую и сказал:

— Всем на выход. Сейчас начнется оперативное совещание.

Чувствуя себя несправедливо обиженными, не говоря уже о том, что они не успели, как следует высушить и подновить раскраску, Уссмак и его товарищи по экипажу слушали приказ Касснаса о предстоящем наступлении на Бельфор. Уссмак не узнал ничего нового, а Неджас и Скуб сидели, точно завороженные. Судя по всему, им не доводилось участвовать в серьезных операциях в Африке, уровень технологического развития тамошних Больших Уродов находился на низком уровне

— таким, по предположениям ученых Расы, должен был оказаться уровень всех жителей Тосева-3. Здесь дела обстояли иначе.

Командир дивизиона отвел один глазной бугорок от голограммы, изображающей позиции войск дойче и Расы.

— Многие из вас попали сюда недавно, — сказал Касснас. — У нас возникли серьезные неприятности с этим гарнизоном, но клянусь Императором,

— командир и присутствующие танкисты опустили глаза, — нам удалось решить почти все проблемы. Наши ветераны знакомы с коварством дойче. Новичкам необходимо прислушиваться к их советам, и самим постоянно оставаться начеку. Если что-то покажется вам слишком привлекательным, можете не сомневаться: неприятностей не избежать.

— Точно, — прошептал Уссмак Неджасу и Скубу.

Оба промолчали — Уссмаку оставалось лишь надеяться, что они прислушаются к словам командира дивизии, если его слова они пропустили мимо ушей.

— Не позволяйте заманить себя на пересеченную местность, или в лес, — продолжал Касснас. — Как только ваш танк оказывается отсеченным от основных сил, вы сразу же становитесь уязвимыми — Большие Уроды начнут обстреливать вас с разных сторон. Помните: они могут позволить себе потерять пять, шесть или даже десять танков за каждый наш — и им об этом прекрасно известно. На нашей стороне скорость, броня и огневая мощь; они сильны числом, коварством и фанатичной храбростью. Нам необходимо использовать свои преимущества и минимизировать их достоинства.

«Они враги — всего лишь Большие Уроды — поэтому мы называем их храбрость фанатичной», — подумал Уссмак. — «Сказав, что они изо всех сил стараются выжить, как и любое другое разумное существо, мы преувеличили бы их здравый смысл».

Самцы поспешили к земляным насыпям, за которыми стояли танки; Уссмак показывал дорогу новому командиру и стрелку. На земле повсюду виднелись воронки, оставшиеся от разрывов тосевитских снарядов; на стенах зданий остались многочисленные следы осколков. Неджас и Скуб беспрестанно вращали глазными бугорками, стараясь рассмотреть все сразу. По-видимому, они не ожидали, что Большие Уроды оказывают Расе такое ожесточенное сопротивление.

Как только Уссмак занял место водителя, он сразу же перестал тревожиться о том, что видели или не видели Неджас и Скуб. У него имелся флакон с имбирем, спрятанный в коробке с предохранителями, но сейчас он не собирался к нему прикасаться. Уссмак хотел сохранить ясность мыслей, ведь, возможно, в самое ближайшее время им придется встретиться с врагом.

С оглушительным ревом в воздух поднялись боевые вертолеты. Они доберутся до цели гораздо быстрее танков. Если повезет, им удастся ослабить сопротивление дойче, а сами летчики не понесут серьезных потерь. Уссмак чувствовал, что командование придает наступлению большое значение; ведь вертолетов не хватало, и их старались беречь.

Танки катили по улицам Безансона, мимо зданий с изящными балконами, витые железные перила которых всегда вызывали у Уссмака восхищение. Инженеры проверили, не приготовили ли тосевиты танкистам сюрпризов в виде расставленных заранее мин. Тем не менее, Уссмак опустил люк и смотрел на каждого Большого Урода через линзы перископа так, точно тот мог оказаться шпионом. Дойче узнают о наступлении еще до того, как прилетят вертолеты.

Уссмак вздохнул с облегчением, когда танк с грохотом промчался по мосту через реку Ду. Теперь они ехали по открытой местности. Кроме того, Уссмак оценивал поведение Неджаса как командира. Быть может, новый самец и не имел большого боевого опыта, но производил на своего водителя хорошее впечатление. Уссмак не чувствовал себя членом настоящего экипажа танка с тех самых пор, как снайпер подстрелил Встала, его первого командира. Он и не подозревал, как ему недоставало этого чувства, пока не появилась надежда вновь его испытать.