Око за око - - Страница 168

Билл Магрудер негромко проговорил:

— Сэр, что-то приближается к нам по шоссе с востока.

Ауэрбах посмотрел в бинокль в указанном направлении и разглядел механическое транспортное средство — нет, кажется, несколько. Ящеры. Он вновь навел на них бинокль. Два бронетранспортера. Капитан нахмурился. Он рассчитывал на броневик и грузовик с пехотой. Ну, не все надежды оправдываются.

Броневики — ящеры полностью поставили их на гусеницы — притормозили, когда увидели воронку. В отличие от американских броневиков они были вооружены легкими пушками, а не пулеметами, и Ауэрбах с опаской наблюдал за стволами пушек.

Один ящер вылез из люка и подошел к краю воронки. Никто в него не стрелял. Ящер вернулся в машину. Ауэрбах ждал, что будет дальше. Если противник решит дожидаться прибытия ремонтной команды, с его планом можно будет проститься.

Через некоторое время из передней машины вылезло несколько ящеров. Двое забрались наверх, сняли чехлы с ножей бульдозера и быстро переставили ножи на передний бампер. Они решили засыпать воронку самостоятельно. Кавалеристы не стали вмешиваться.

Ящеры вернулись в броневик. Он съехал на обочину дороги. Ножи бульдозера вгрызлись в мягкую землю. Двигатель загудел громче.

Скорчившись за перекати-полем, Ауэрбах прикусил губу и ждал, скрестив пальцы на счастье. Когда прогремел взрыв, он получился не таким громким, как тот, от которого осталась воронка посреди шоссе, но его результаты оказались куда более впечатляющими. Противотанковая мина имела достаточный заряд, чтобы уничтожить «Шерман». Конечно, более мощным танкам ящеров такая мина не опасна, но с броневиком она справилась успешно. Он загорелся, из открытого люка повалил дым, правую гусеницу сорвало.

Один за другим стали открываться люки, из которых, словно жареная кукуруза на сковородке, выпрыгивали ящеры Теперь рота Ауэрбаха открыла ураганный огонь. Ящеры падали один за другим, лишь немногие успели прижаться к земле и начать ответную стрельбу.

С пугающей быстротой пушка второго броневика стала поворачиваться на север. Затем пушка и направленный вдоль ее оси пулемет открыли огонь по позиции, где стоял пулемет американцев. Нет, ящеры далеко не дураки, подумал Ауэрбах, стреляя в самца, сумевшего выскочить из горящего броневика. Они сразу открыли ответный огонь по самому опасному оружию противника.

Точнее, по пулемету, который казался самым опасным. Ауэрбах установил базуку на расстоянии в семьдесят пять ярдов от шоссе — ближе было слишком опасно. Как и противотанковые мины, базуки не слишком эффективны против танков ящеров — лобовая броня с легкостью отражает прямое попадание, даже удачный выстрел в борт или сзади не гарантирует успеха. Но броневикам маленькие уродливые ракеты могут причинить серьезный вред.

Американская полугусеничная машина превратилась бы в огненный шар после прямого попадания базуки. Водородное топливо, которое использовали ящеры, не так взрывоопасно, как бензин, к тому же у ящеров более эффективные средства тушения пожара, чем ручные огнетушители в американских танках. Это помогло ящерам, но не слишком. Через несколько секунд после удачного выстрела базуки из горящего броневика начали выскакивать ящеры.

Как и в первом случае, большинству не удалось отойти далеко от подожженного броневика, но некоторые залегли и открыли ответный огонь. По приказу Ауэрбаха два взвода начали обходить ящеров с флангов. Операцию необходимо быстро завершить, или…

Ауэрбах не хотел верить своим ушам — ну, не должны были вертолеты прилететь так быстро. Они приближались с запада, со стороны Шайенн-Уэллса. Во рту у него пересохло. Уничтожение двух броневиков с пехотой — большая удача, но если он потеряет всю роту… Да и сам капитан не собирался умирать.

Под брюхом вертолета вспыхнул огонь, и, хотя ящеры еще не могли определить местонахождение противника, но ракетный залп и не должен быть особенно точным. Ауэрбах вжался в землю, а ракеты принялись утюжить прерию. Неожиданно его подхватила взрывная волна, перевернула на спину и отбросила в сторону. Он услышал, как кричат его люди.

Вертолет продолжал поливать землю из пулеметов, не торопясь уничтожая людей, осмелившихся бросить вызов могуществу ящеров. Ауэрбах и его товарищи

— те, кто еще оставался в живых и не получил серьезных ранений, — стреляли в ответ. Капитан вдруг представил себе, как смеется над ними экипаж вертолета; его корпус невозможно пробить пулями из стрелкового оружия.

Базука находилась совсем рядом с шоссе — наверное, именно поэтому экипаж вертолета не обратил на нее внимания. Вертолет завис в воздухе неподалеку от горящих броневиков, в упор расстреливая залегших американцев В следующий момент противотанковая ракета устремилась к вражеской машине, оставляя за собой дымный след.

Базука не приспособлена для стрельбы по летающим целям. Но если ракета попадет, то вертолету не поздоровится. Ракета попала. Вертолет вздрогнул, словно налетел на невидимую стену. Затем резко развернулся и рухнул на шоссе. На всякий случай базука всадила еще одну ракету ему в брюхо Начался настоящий фейерверк — взрывались боеприпасы.

— Давайте уносить отсюда ноги! — закричал Ауэрбах, чувствуя, как дрожит его голос.

Парочка ящеров еще сопротивлялась, но американцы быстро прикончили их. Гораздо больше времени ушло на то, чтобы перевязать раненых. Ауэрбах отчаянно торопил своих людей. Он хотел оказаться как можно дальше от места боя, пока ящеры не прислали еще один вертолет.

— Даже если они прикончат нас всех, мы расплатились вперед, — бормотал он.

И хотя он был совершенно прав, ему очень хотелось спастись. Победа намного слаще, если ты остаешься в живых, чтобы насладиться ею. А когда он вернется в Ламар, ему будет что рассказать Рэйчел Хайнс… и Пенни Саммерс.

* * * Когда Дэвид Гольдфарб вернулся в Дувр, ему показалось, что он перенесся по времени в начало войны. Тогда все было проще, и беспокоиться следовало только о фрицах. К тому же, несмотря на обещания Гитлера, немцы так и не смогли вторгнуться в Англию. Все помнили выступления фюрера: «Не беспокойтесь… мы придем». Но вермахт так и не пришел. Пришли ящеры.