Хищники - Шаттам Максим - Страница 63

— Надо бы, чтобы, когда мы вернемся домой, ваш лейтенант отблагодарил меня хорошим обедом! — сказала она. — За всю эту работу, которую по его требованию мне пришлось проделать за столь короткое время. Замечу, однако, что это тем не менее более приятное занятие по сравнению с тем, что я каждый день делаю в штабе!

Энн растирала болевшее правое плечо.

— Вы уже составили гороскопы военнослужащих третьего взвода?

— Да, уже сделала, в общих чертах.

— А… список от самых везучих до наименее удачливых бойцов третьего взвода в соответствии с днями, когда намечено участие в боях?

Катарина закивала головой:

— Да, и, как я сказала, это не работает в процентах везения. Скорее это сумма стечений положительных обстоятельств, способствующих успеху при тех или иных действиях. И когда этих благоприятных стечений много, можно говорить о «счастливом дне».

Произнося последние два слова, она указательным и средним пальцами обеих руками изобразила воображаемые кавычки.

— Дайте посмотреть, — попросила Энн, становясь рядом с секретаршей.

Катарина листала страницы своих записей и расчетов с указанием фамилий, дат, мест рождений и результатов для каждого человека. Энн протянула руку и вытащила страницу с фамилией Хришека. Объяснения были чисто техническими, подкрепленные названиями планет.

— О чем все это говорит? Что вы скажете по поводу Владимира Хришека?

Катарина сдвинула брови и взяла лист из рук медсестры.

— А-а, этот, да. Ну что ж, если вас интересует расположение в списке, он находится в его верхней части. Каждый раз, в каждый данный момент. Не на самом верху, но рядом.

Все соответствует, — размышляла Энн. — Он не был самым везучим из группы в дни сражений, но, чтобы обеспечить себе место в самом верху, он каждый раз устранял более везучих. Чтобы его пощадили шальные пули, снаряды, мины и гранаты. Хришек убивал, чтобы выжить.

— Спасибо, — сказала она отходя, — отнесите все это внутрь, лейтенанту Фревену.

Катарина вытаращила глаза, увидев, как медсестра оседлала велосипед и, с силой надавливая на педали, скрылась среди баков для стирки.

Чтобы энергично крутить педали, она подняла свою белую юбку выше колен, и, когда Энн слезла с велосипеда в лесу, рядом с лагерем третьего взвода, на ее чулках виднелось множество пятнышек грязи. Она шла среди папоротников и бурых стволов, желая добраться до самых дальних палаток на юге и никем не замеченной подойти к палатке, в которой располагался Стив Рисби. Рыжий паренек с маленькими руками с голубыми прожилками вен, сидя на пне, чистил свою снайперскую винтовку. Энн подошла к нему.

— Опять вы! — воскликнул он скорее для того, чтобы что-то сказать, от скуки. — Сейчас начнете задавать вопросы.

— Прошу простить меня, Стив, но вы единственный, к кому я осмеливаюсь обратиться. Мне нужны еще кое-какие сведения, в последний раз.

Он быстро покачал головой:

— Нет, хватит, мне надоело играть в осведомителя, и я говорю вам: мне надоело, что вы крутитесь вокруг меня. Не считайте меня дураком, я прекрасно знаю, что вы якшаетесь с ВП. А если полицейские хотят что-то разузнать, пусть придут и сами спросят меня.

Энн вздохнула, сжав губы.

— Все не так просто, — сказала она наконец. — Здесь все настроены против ВП.

— Еще бы! Даже если они что-то имели против Харрисона, зачем понадобилось арестовывать его?! Он не святой, это правда, но есть другие способы, даже в армии, даже во время войны! Мы все из одного лагеря и все думаем так же.

Энн присела, чтобы посмотреть Рисби в глаза и доверительно поговорить с ним.

— Это не ВП настраивает одних против других, а кто-то, кто убил нескольких людей среди нас. Не забывайте это. И все наводит на мысль, что этот кто-то из вашего взвода. И теперь я прошу вас в последний раз: помогите мне.

— Я нахожу вас симпатичной, поэтому я не послал вас… до настоящего времени, но не приходите больше ко мне. Парни сказали мне, что видели вас с лейтенантом из ВП.

— Это правда, но не верьте тому, что вам рассказывают. Среди вас есть убийца худшего разбора. Сегодня вы видите меня в последний раз, обещаю вам, если вы так этого хотите, но помогите мне. Я хочу знать, правда ли, что родители Хришека были ярмарочными артистами?

Рисби отложил свою винтовку и вздохнул, глядя на кромку леса.

— Вы когда-нибудь замолчите? — насмешливо произнес он. — По поводу того, кто такой Хришек, надо обращаться не ко мне. Идите лучше к Костелло, Харрисону или Коллинсу, они знают его гораздо лучше, чем я.

— Так с кем мне говорить?

Рисби поднял брови.

— Может быть, с Коллинсом, медбратом, он самый хитрый из троих.

Энн встала.

— Так это Хришек ваш подозреваемый?

— Посмотрим.

— Если это он, пожелаю вам мужества. Рядом с Хришеком Харрисон — всего лишь малокровная старушка.

Он снова взял свою винтовку и проверил оптический прицел. Энн смотрела на этого худышку без мускулов, но полного спокойствия, способного убить человека одним выстрелом с расстояния в пару сотен метров. Здесь, на этой войне, у него был несчастный вид. Другой же среди этих мужчин, с которыми она так часто сталкивалась, ничего не имел за душой. Ничего, кроме грубой и воинственной силы.

— Спасибо, Стив, вы — добрый человек.

Он ухмыльнулся и сказал с иронией:

— Именно так и пишет мне моя подружка каждую неделю! Если бы вы знали, как мне недоело быть здесь добрым человеком!

Сержант Паркер Коллинс, облокотясь на ствол бука, с явным наслаждением курил сигарету. Когда Энн подошла, его лицо скрыло облако табачного дыма.

— Разве курящий медбрат подает хороший пример? — проговорила она, поравнявшись с ним.

— А разве политики, объявляющие войну, подают хороший пример?

— Один один.

— Что я могу сделать для вас?

— По правде говоря, многое. Кажется, вы знаете Владимира Хришека?

— В силу того, что я лечил его раны, да. Это одержимый боец. Он ничего не боится, даже самому себе может продырявить кожу. Но он просто заговоренный! Ничего, кроме легких царапин!

Энн скрыла улыбку, чувствуя, что забрезжила надежда.

— Кажется, его родители были ярмарочными артистами, это так?

— Почему вы так думаете? Вы что, влюбились в него?

— Мне хочется знать все о людях, с которыми я общаюсь, — вспыхнула она.

— Да, мне кажется, они были ярмарочными артистами, но они погибли в начале войны. Кажется, во время бомбежки.

— Это тяжелый удар для него. А вы не знаете, он сам интересуется… астрологией или подобными вещами?

Паркер Коллинс расплылся в широкой улыбке.

— Вы хотите, чтобы он прочитал вам судьбу по линиям руки?

— Он делает это?

— В роте есть парни, которые хотят знать его мнение по поводу линии их жизни! В этом он понимает! Говорили, что он заткнул рот Джазинни, сказав, что линия его жизни прерывается посередине! И бедняга погиб через три дня.

На этот раз сомнений не было. Огромная сила, необходимая для совершения убийств, правша, носит обувь сорок четвертого размера, асоциальная личность и знание хиромантии, что говорит об интересе к эзотерическим наукам. Он был «другом» Костелло, слышал о его бывшей подружке Лизе Хибург и о ее наивности. Он знал, что Кол Харрисон считался идеальным подозреваемым, и запутал следы, подложив в его ящик отрезанную голову Росдейла. У него репутация настоящего сорвиголовы, его знают все, даже в других ротах. Он мог завлечь Гевина Томерса и Клиффорда Харриса одним простым словом. Хришек обладает таким магнетизмом, что, если он позовет, все идут к нему. Хришек — их человек.

— Он сейчас в палатке? — спросила она.

— Я думаю, Хришек и несколько других умных голов сейчас совещаются с капитаном Моррисом. Нужно немного подождать, дамочка.

Последнюю фразу он произнес фривольным тоном.

Энн подмигнула ему и ушла.

Ей казалось более важным сделать так, чтобы ее научились уважать.