Хищники - Шаттам Максим - Страница 55

Под их ногами трещали сухие ветки, а земля еще была влажной после недавнего дождя. Раздавались крики ночных животных, сверчки стрекотали в папоротниках на обочине. Но не было слышно ни шума боя, ни даже грохота минометов или тяжелой артиллерии. Все свидетельствовало о том, что они находятся среди мирных сельских окрестностей городка накануне лета. Чувствовалось только напряжение. Вероятность того, что юноша поднял тревогу из-за ничего, была практически ничтожна, потому что на нем была чужая кровь. А близость третьего взвода настраивала на худшее.

Через десять минут ходьбы они вышли на поляну перед старой стеной. Она окружала два строения, крытое гумно и более низкий дом. Одна из двух створок высоких ворот была открыта внутрь двора. Фревен остановил группу и подошел ближе. Он замедлил шаги, заглянул во двор. Затем он осмотрел землю и знаком велел подойти к нему.

— Я сейчас войду вместе с Монро, — прошептал он, — остальные будут ждать моего сигнала. Дальше, хорошенько смотрите, куда ступаете, вокруг много следов, хотелось бы, чтобы они сохранились.

Потом подобрал палку и пошел вперед, прощупывая землю лучом своего фонаря, чтобы ни на что не наступить. Концом палки он чертил позади себя борозду.

Фревен обошел колодец и встал у входа в главное здание, в котором горел фонарь.

Лейтенант жестом призвал остальных следовать по прочерченной по земле линии.

Энн ступала следом за гигантом Ларссоном. Она заметила рядом с колодцем множество следов. Посветив туда, она увидела дорожку следов в грязи, ведущую от колодца к дому. Повсюду отпечатки подошв. Огромное темное пятно блестело на наружной стенке колодца.

— Смотрите! — выдохнула Энн.

Все одновременно повернули головы и увидели на камне свежую кровь. Фревен снова взял на себя командование:

— Бейкер и Конрад, вы осматриваете гумно, мы с Монро займемся домом. Остальные оставайтесь снаружи. Взгляните на этот колодец, но ничего не сотрите!

Фревен вошел в дом в сопровождении Монро, которого в ВП называли Горячая Голова. Лейтенант отметил, что ни замок, ни дверная коробка не повреждены. Следы взлома отсутствовали, и первое подозрение пало на юношу. Он знал место, возможно, у него были ключи. Но он действительно выглядел ужасно взволнованным, им овладел ужас, граничащий с безумием.

Выложенный плиткой пол в коридоре был покрыт свежей грязью. Один юноша не смог бы так наследить. Крэг Фревен взял фонарь в левую руку и вынул из кобуры пистолет. Они подошли к основной комнате, большой кухне, служащей одновременно столовой. В глубине две двери и лестница наверх. Фонарь рассеивал бледный свет.

На серых плитках пола блестела кровь, жуткой тропинкой тянувшаяся к лестнице.

Фревен чувствовал, как стук его сердца отдается в висках. В этих стенах совсем недавно произошла ужасная трагедия, теперь он это знал. Больше всего его беспокоил масштаб резни. На первый взгляд между домом и колодцем было слишком много следов, чтобы предположить, что убийца действовал один. Особенно если убита была вся семья.

Ребятишки будут на втором этаже, невредимые.

Фревен шел первым, прислушиваясь, замечая каждую деталь, расположение стоящих стульев и одного опрокинутого стула на пути между коридором и лестницей. Все и произошло наверху. Глубокой ночью, когда все они спали. Фревен вновь отметил, что двери не взломаны. Они были доверчивыми людьми и не закрывали на ключ свои двери. Все было открыто. У них не было привычки баррикадироваться с наступлением ночи.

Он направил луч фонаря на лестничную площадку второго этажа. Все было погружено во мрак. В верхней части стены блестела пурпурная звезда. От нее вниз стекли две капли, прежде чем кровь свернулась, образовав две параллельные линии длиной около тридцати сантиметров. Даже оттуда, где он стоял, Фревен определил, что кровь еще свежая. Нападение произошло совсем недавно. Около часа назад.

Монро поочередно приоткрыл две двери у лестницы, заглянул внутрь каждого помещения и после этого без слов дал понять лейтенанту, что там ничего нет. Фревен стал медленно подниматься по ступеням. Они скрипели. Поднявшись, он осветил пространство, увидев с десяток лужиц крови, предвещавших самое ужасное. Наполовину открыты четыре двери. Фревен жестом показал Монро, чтобы тот осмотрел две комнаты справа и что сам он осмотрит комнаты слева.

В первой комнате была строгая обстановка: в углу коробка с деревянными игрушками, измятая кровать и скрученные простыни на полу. Только на одной подушке виднелась вмятина от детской головы. Подушка была плотно набита перьями, поэтому были отчетливо видны контуры детского черепа. По грязному отпечатку на полу Фревен узнал характерную подошву. Солдатские ботинки «рейнджеры». Большой размер. Фонарь осветил комнату.

Детей нет. Нигде.

Крови тоже нет.

Самый младший из детей спал. Легкая добыча. С этого момента мозг лейтенанта работал, анализируя все в соответствии с криминальными сводками, в поисках самого пессимистического объяснения того, что он видел. Скрученные простыни вызвали у лейтенанта жуткие образы. Эти покрывала накинули ребенку на голову и скручивали края, усиливая давление вокруг шеи. Плотность ткани помогала задушить его. Фревен представил себе мальчика десяти лет, придавленного весом сильного взрослого человека, который закручивал простыни на голове ребенка, сжимая ее.

Фревен окинул взглядом пустую комнату. Потом вышел в коридор и прошел к следующей комнате.

— Мои комнаты пусты. Только постели смяты, — прошептал присоединившийся к нему Монро.

Фревен толкнул ногой створку двери и вошел в последнюю комнату фермерского дома. Он повел луч своего фонаря от двери слева направо, и появился большой шкаф, затем грубо сколоченный комод. В круге света из темноты продолжали выступать предметы, луч скользнул по кресту на стене, потом опять пронизал потемки. В луче появилась большая кровать.

Человеческая ступня, вторая, лодыжка, вся нога, обе ноги, наконец, вся кровать.

— О, черт… — шумно выдохнул Монро и отпрянул.

Женщина лежала на спине, ее ночная рубашка была задрана до пупка. Между ее бедер простыни пропитались кровью. В ее влагалище была втиснута стеклянная бутылка, так глубоко, что самая широкая часть бутылки разорвала промежность до заднего прохода. На животе женщины лежал молоток.

Ее голова представляла собой кровавое месиво, волосы смешались с частичками мозга розового цвета. Сотни капелек крови, в которых виднелись осколки костей, испещрили стену и потолок.

Луч скользнул по чьей-то обнаженной коже за кроватью. Фревен прошел дальше внутрь комнаты, чтобы обойти ложе.

Еще одно тело. Молодая девушка.

Ночная рубашка тоже высоко задрана.

Голова упирается в пол, колени подогнуты под тело так, что зад поднят, вокруг ее шеи затянут ремень. На ягодицах десятки колотых ран от ножа, в задний проход воткнута свеча.

Фревен наклонился, чтобы отодвинуть ткань, покрывавшую лицо убитой. Почти подросток. Ее веки были прикрыты только наполовину, взгляд пустой, мягкая верхняя губа, смерть не смогла сделать ее менее трогательной. Потом лейтенант выпрямился, чтобы оглядеть место преступления полностью.

Световое пятно выхватывало блестящие капли крови.

Не было никакого сомнения, кем являлась женщина на кровати. Дряблая кожа живота и варикозные вены. Это, конечно, мать.

— Остальные комнаты проверили? — тихо спросил Фревен, забывший о докладе Монро.

— Да, там никого, — прошептал Монро.

Фревен бросил взгляд на изрезанные гениталии девушки. Из ран на ее бедрах еще сочилась кровь. Лейтенант сглотнул слюну. Слишком много крови для ран, нанесенных после смерти. Она еще была жива, когда ее кромсали ножом.

Надтреснутым голосом он произнес:

— Нет ни одного мужчины. И ни одного тела мальчиков.

44

Когда Фревен скрылся в доме, Энн направила свет фонаря на многочисленные отпечатки ног между домом и колодцем.