Магия южной ночи - Тернер Элизабет - Страница 48

Полли серьезно, без своей обычной улыбки оглядела молодую пару.

– Жизнь так коротка, детки, и делает такие неожиданные повороты. Не стоит тратить ни одного драгоценного момента на глупые размолвки. Найти душу, которая бы отражала твою собственную, – такая большая редкость. – И после этого мудрого изречения она приказала кучеру везти ее домой.

Рид и Кристина остались стоять на тротуаре. Кристина чувствовала себя виноватой. Короткая речь Полли содержала упрек, хоть и в мягкой форме. Как невыносимо было лгать этой доброй душе, к которой она так привязалась. Но открыть правду значило бы выставить Рида убийцей, сбежавшим заключенным. Зачем ему надо было снова появляться и усложнять ей жизнь? Кристина чувствовала, что начинает злиться. Она открыла высокую калитку, прошла через дворик, потом поднялась на второй этаж и распахнула дверь в жилую комнату, все время слыша шаги за спиной. Гневно сверкнув глазами, она повернулась к Риду.

– Зачем ты идешь за мной? Тебе нельзя здесь оставаться.

Рид пересек гостиную, с интересом оглядывая со вкусом подобранную обстановку.

– Почему? – спросил он небрежно.

– Почему? – Она нетерпеливо махнула рукой. – Потому что мы не женаты, болван! Что подумают люди?

—Правильный вопрос звучит так: что они подумают, если я не останусь?

Кристина проигнорировала его слова.

– Это просто немыслимо! Ты вообще не должен быть в городе. Я думала, что ты направился на север в... – Она замялась, потому что название никак не вспоминалось.

– Батон-Руж, – договорил Рид, опускаясь в кресло и закидывая ногу на подлокотник. – Л ты, дорогая, должна быть на пути в Нью-Йорк или Бостон.

– Ты не можешь здесь оставаться, – упрямо повторила Кристина.

– Люди не заметят, если муж и жена живут каждый своей жизнью, но обязательно заметят, если они живут раздельно.

Как бы это ни раздражало ее, но приходилось признать, что Рид прав. Удержавшись от едкого замечания, Кристина резким движением сдернула шаль и швырнула ее на спинку дивана.

– А ты не думала, как объяснить наше раздельное проживание дорогой подружке Полли? Вижу, что нет, – продолжал Рид. – И как эта добрая душа отреагирует, если узнает, что мы не соединены узами брака? Все ее романтические иллюзии разлетятся вдребезги.

Кристина схватила шаль, свернула ее в комок и кинула в него.

– Я не хочу, чтобы ты оставался здесь!

Рид легко поймал шаль одной рукой. Быстро поднявшись, он ловким движением обмотал тканью плечи Кристины и притянул ее к себе.

– Тебя так сильно волнует то, что я вернулся в твою жизнь?

– Не говори глупостей, – промямлила она. Ее завораживали и его глаза, блестящие, словно ртуть, и этот густой, словно мед, баритон.

Шаль упала на пол. Левой рукой держа Кристину за подбородок, большим пальцем правой Рид легонько провел по ее пухлой нижней губе.

– Боишься, что я воспользуюсь нашим совместным проживанием?

– Конечно, нет. – Ей было все труднее говорить, думать и дышать.

– Хорошо. Я не представлял никакой опасности для тебя ни на острове, ни на борту «Морской ведьмы». И потом, – с язвительной улыбкой добавил он, – если мне не изменяет память, именно ты спровоцировала наши занятия любовью на острове.

– Ни один джентльмен никогда не напомнит леди о подобном. – Она оттолкнула его и мгновенно пожалела об этом. Ей хотелось быть рядом с ним! Хотелось, чтобы он поцеловал ее, обнял. Занялся с ней любовью. Он пробуждал в ней такие чувства, которые одновременно и удивляли, и пугали ее.

Рид рассмеялся.

– Когда же ты наконец примешь тот факт, что я – бродяга, а не джентльмен?

– Как же ты выберешься из этой ситуации? – сердито проговорила Кристина, решив злостью заглушить более неуловимые чувства. Она будет держаться на расстоянии, не поддаваясь этому физическому притяжению. – Чего ты добился, представ перед Леоном дю Бопре? А если бы он тебя узнал?

– Тебя это действительно беспокоит? – Он медленно оглядывал ее, от губ перейдя к груди, чарующе вздымавшейся в смелом вырезе ее черного шелкового платья.

– Он мог бы снова бросить тебя в тюрьму. Или даже хуже – добиться, чтобы тебя казнили.

Это напоминание разрушило атмосферу чувственности. Рил принялся кругами ходить по комнате.

– Сегодняшний вечер был ничем не хуже других, когда можно было убедиться, что дю Бопре меня не узнает. Моя внешность очень изменилась. Я должен вращаться в тех же кругах, что и он, чтобы попытаться обнаружить какие-нибудь доказательства своей невиновности.

– Я когда-то похвасталась, что заключу сделку с самим дьяволом, если это позволит мне сохранить жизнь себе и деду. Учти, Рид, дьявол назначит свою цену.

Он остановился против нее.

– Если ты в самом деле веришь мне, Кристина, то не станешь мешать, когда я так близок к своей цели.

Странное чувство охватило ее, вызвав тупую боль в груди. Это было так необычно, что она не сразу смогла осознать, что с ней. А потом понимание обрушилось на нее – такое простое и такое всеобъемлющее. То, что потрясло ее, имело имя, и называлось оно – любовь.

– Ну, что скажешь? – поторопил ее Рид. – Я спас тебе жизнь. Теперь ты можешь спасти мою.

– Хорошо, – прошептала она. – Можешь остаться. Он перевел дыхание, потом провел рукой по волосам.

Этот жест Рида уже стал для Кристины таким родным.

– Одно предупреждение.

– Да... – поощряюще произнесла она, когда Рид замялся.

– Женщины часто путают физическое влечение с любовью. – Переминаясь с ноги на ногу, он опустил глаза. – Я не хочу, чтобы вы совершили эту ошибку. Помните, что мы из разных миров. Я преступник, а вы графиня. У нас нет будущего.

Кристина не могла ничего сказать из-за комка в горле, поэтому она просто кивнула. Она понимала, что Рид говорит разумные веши, но слышать это ей было ужасно больно. Где же ее обычная практичность? Почему эмоции взяли верх над ее разумом? Как случилось, что сердце стало диктовать рассудку? Несмотря на все эти вопросы, несмотря на сомнения, страхи и оговорки, она действительно любила человека, который так бесстрастно заявил ей, что у них нет будущего.

Глава 17

Когда Полли прибыла на следующее утро ровно в десять, Кристина и Рид уже ожидали ее. Ночью, после их разговора, Рид ушел и вернулся со всеми своими вещами незадолго до рассвета. Он очень быстро освоился в маленькой спальне задней части дома. Садясь в карету, оба были полны решимости показать Полли, что с их размолвкой покончено. Но все же, они ощущали неловкость. Чтобы не смотреть на Рида, Кристина поправляла белую кружевную косынку в вырезе полосатого рыже-черного платья, потом возилась с лентами соломенной шляпки Рид поддергивал жилетку.

– Перестаньте суетиться, дорогие мои. – Полли заслонилась зонтиком от солнца. – У меня предчувствие, что матушка настоятельница поможет нам.

Рид поддержал разговор:

– Даже если нам не повезет сегодня, это не значит, что не повезет и завтра.

Кристина вздохнула.

– Я уже много раз говорила себе это. Каждый раз я надеюсь, и все время меня ждет разочарование. И мне становится не легче, а, наоборот, все труднее и труднее.

– Постарайся не волноваться, теперь я с тобой, и мы будем искать вместе.

Как ни странно, его слова помогли. Она знала, что он искренен. Предыдущий опыт научил ее тому, что в трудные моменты на Рида можно положиться. Может быть, он считал себя обязанным помогать ей в обмен на ее поддержку, но его присутствие все равно успокаивало.

– Это просто благословение, когда в трудные времена рядом с тобой любимый, – заключила Полли, одобрительно улыбаясь Риду.

Монастырь занимал большую площадь, Кристина оглядывала внушительное трехэтажное здание с мансардами, окружавшими остроконечную крышу, Карета въехала во двор, тихий и пустой, с одной стороны которого располагался сад, где выращивали лекарственные травы, а с другой – розарий. Полли не могла удержаться от того, чтобы не изложить гостям некоторые исторические факты.