Нью-Йорк - Резерфорд Эдвард - Страница 217

Толпа дружно вздохнула и начала расходиться по кабинетам.

– Ладно, – сказал Дуг, когда они вновь очутились в офисе, – вернемся к твоему житью-бытью.

Горэм все еще наблюдал за пожаром в Северной башне, когда врезался второй самолет. От дальнего угла здания разлетелся грохот – его источник находился высоко, этаже на восьмидесятом. Почти в тот же миг намного выше из боковой части здания вырвалось облако пламени. Соображать пришлось быстро. Горэм метнулся к входу, чтобы уклониться от обломков.

Он услышал крики ужаса. Те, кто уже начал эвакуироваться, теперь выбегали из лифта. Горэм лихорадочно размышлял.

Это не могло быть несчастным случаем. Два подряд? Невозможно. Он осторожно отступил от входа. Клубы черного дыма и пламени валили из обоих зданий, сливаясь в маслянисто-кровавые облака.

Он побежал.

Удалившись на триста-четыреста ярдов по Черч-стрит, Горэм остановился, чтобы оценить ситуацию. У него нашлось только одно объяснение: теракт. А что же еще? В конце концов, террористы еще в 1993 году взорвали в гараже Всемирного торгового центра начиненный взрывчаткой грузовик, причинив колоссальный ущерб, искалечив тысячу человек и чуть не обрушив башни-близнецы. Сейчас произошло нечто похожее. А если так, то что будет дальше?

На улицу хлынул людской поток. Похоже, все решили убраться подальше.

Зазвонил его сотовый.

– Мистер Мастер? – Это снова была секретарша Мэгги. – Где вы?

– Возле Всемирного торгового центра. Но со мной все в порядке, я не внутри.

– Мы только что увидели по телевизору, что случилось. Только что видели второй самолет.

– Я тоже видел. Вы говорили с моей женой?

– Поэтому и звоню – спросить, говорили ли вы.

– Нет. Она, очевидно, выключила сотовый на время совещания.

– Только… – Секретарша Мэгги на миг запнулась. – Мистер Мастер, это туда она поехала.

– Что вы имеете в виду? Совещание перенесли во Всемирный торговый центр?

– Так она сказала перед уходом помощнику. Ох, простите меня, мистер Мастер, я просто очень волнуюсь.

– В которую башню?

– Мы не знаем.

– Как называется фирма?

– Мы выясняем.

– Ради бога, вы обязаны узнать, с кем она встречается!

– Мы устанавливаем прямо сейчас! Один партнер знает, но он на совещании.

– Ну так прервите совещание! Сейчас же! И перезвоните мне, пожалуйста. – Это был приказ.

– Да, мистер Мастер.

– Отзвонитесь!

Проклятье! Сердце вдруг застучало как бешеное. Если понадобится, он поднимется по пожарной лестнице или взберется на руках, но вызволит Мэгги. Это не обсуждается. Осталось выяснить, в каком она здании.

Он попробовал еще раз ей позвонить. Тщетно. Он зашагал обратно к Всемирному торговому центру. Минуты шли. Улица заполнялась людьми. Он даст конторе Мэгги еще две минуты, и не больше.

Телефон ожил.

– Папа? – Это была Эмма.

– Привет, солнышко. – Он постарался взять беззаботный тон. – Ты что, не на уроке?

– Я как раз возвращаюсь. Папа, все в порядке? Ты не в центре? Что там творится?

– Милая, я на улице. Во Всемирном торговом центре какой-то пожар, но я цел и невредим.

– Это что, бомбы?

– Может быть.

– А где мама?

– На совещании.

– Она ведь не там?

Он замялся, но лишь на секунду.

– С чего ты взяла?

– Не знаю. Я ей позвонила, а она не ответила.

– Ты же знаешь, она всегда выключает телефон на совещаниях.

– Знаю. Просто…

– Солнышко, она где-то в Мидтауне. Все хорошо, иди на урок.

– Ладно, папа.

Она отключилась. Горэм немедленно перезвонил в офис Мэгги.

– Извините, мистер Мастер, мы все еще выясняем.

– Тогда слушайте предельно внимательно, – произнес Горэм. – Если позвонит кто-нибудь из детей, не вздумайте сказать, что их мать поехала во Всемирный торговый центр. Это крайне важно. Скажите, что она где-то в Мидтауне. Я не могу допустить, чтобы дети сходили в школе с ума, когда повода, может, и нет. Вы понимаете?

– Да, мистер Мастер. Я поняла.

– Перезвоните, как только появится информация. Я должен знать.

Но прошло десять минут, а она так и не перезвонила.

Доктор Карузо был рад уйти из офиса Дуга. Он передумал буквально через пару минут после того, как туда вернулся. Он волновался не за себя. Ему пришло в голову, что в Северной башне полным-полно раненых. Службы спасения, безусловно, справятся, но он все же врач. Ладно, акушер, но все равно медик. Он решил пойти и узнать, не нужно ли чем помочь.

Начальник пожарного расчета нашелся быстро.

– Спасибо, доктор. Побудете здесь?

– Конечно.

Они находились в нижнем вестибюле.

– Я скоро приду.

Через секунду врезался второй самолет.

Карузо прождал долго. Пожарные зашли и вышли. Они были храбрые ребята, но, судя по их действиям, столкнулись с серьезной проблемой. Начальник так и не появился.

В 9.25 телефон зазвонил снова. Номер был незнакомый. Горэм нетерпеливо утопил кнопку, желая поскорее отделаться.

– Солнышко? Ты меня слышишь?

– Мэгги! Ты где?

– Я во Всемирном торговом центре!

– Это я знаю! В какой башне?

– В Южной! Я уже звонила, но чертов телефон вырубился, и тут один добрый человек одолжил мне свой. Ты сам где?

– На Черч-стрит, около Чеймберс. Мэгги, я не поеду в Бостон, ты слышишь? Я был псих! Я люблю тебя!

– Ох, слава богу, Горэм! Я тебя тоже люблю! Я спускаюсь по лестнице, но это морока. Здание малость перекосило.

– Я иду за тобой!

– Не надо, солнышко! Пожалуйста! Я даже не знаю, где нахожусь. Ты меня не найдешь, мы разойдемся, и я тебя тоже не найду. Стой, где стоишь. Я иду. Здание же не рухнет!

– Тогда просто не отключайся.

– Солнышко, телефон нужен хозяину. Я перезвоню. Жди там и обними меня покрепче, когда выберусь!

– Ладно! Но, Мэгги… – (Вызов завершился.) – Я люблю тебя, – сказал он в безжизненный телефон.

К 9.40 доктор Карузо рассудил, что если он хочет помочь, то лучше ему оглядеться и оценить ситуацию самому. Он находился в верхнем вестибюле, когда услышал глухой удар и не сразу понял, что это такое. Через несколько секунд послышалось еще два.

Тела. Из Северной башни. Он догадался, в чем дело. Люди угодили в капкан, и жар стал невыносимым. Выбор был невелик: гори заживо или прыгай. Он читал о людях, которые выжили после прыжка с крыши, но тут был другой случай: эти тела падали с высоты тысячи футов. Подсчитать легко. При ускорении в тридцать два фута в секунду удар о твердую поверхность получится очень сильным. Карузо сомневался, что сознание сохранится до самого конца, но смерть наступит мгновенно. Сам он, возникни перед ним такой выбор, предпочел бы прыгнуть. Но звук… Он постарался отгородиться от него.

– Вот он где, мой доктор! Решили, что я про вас забыл! – Ирландское лицо начальника пожарного расчета чуть раскраснелось от трудов. – Готовы помочь?

– Разумеется.

– В таком случае, док, ступайте в церковь Троицы. Там есть гражданские, которым вы можете понадобиться, да и мои ребята тоже. Пойдете?

– Уже иду.

Карузо вышел на Либерти-стрит и зашагал по Бродвею на юг, радуясь случаю сделать хоть что-нибудь. Надо позвонить и успокоить жену. Она будет названивать в офис. И пока она этим и занималась, ему вдруг пришло в голову связаться с риелтором и сказать, что они передумали насчет проклятого дома на Парк-авеню. Он больше не хотел там жить.

Было около десяти. Почему она так долго? Горэм смотрел на башню. Северная полыхала вовсю, но Южная больше окуталась дымом. Несколько раз до него донеслись взрывы с нижних этажей. Газ или электрооборудование? Он сообразил, что это могло быть и самолетное топливо, которое стекло вниз, скопилось заново и вдруг рвануло. Кто может знать? Но каков бы ни был источник этих звуков, главной бедой Южной башни сейчас представлялся не огонь, а дым.