Серый ворон. Трилогия (СИ) - Атаманов Михаил Александрович - Страница 346

За осмотром всех этих оборонительных сооружений я как-то не сразу сообразила, что пошёл дождь. Сперва это были редкие одиночные капли, затем всё чаще, чаще. И вот уже самый настоящий ливень обрушился с небес. Я накинула на голову капюшон и осмотрелась в поисках своих друзей.

— Фея, чего мокнешь под дождём, иди сюда под навес, — позвала меня Каришка.

Она стояла у входа в основную башню и призывно махала мне рукой. Я подошла ближе и обнаружила, что мои друзья разговаривают с Виллем Омникафи. Рыцарь был в полном снаряжении — сверкающие великолепные доспехи, длинный меч у пояса, на голове шлем с поднятым сейчас забралом. Он слегка поклонился мне и продолжил разговор с Пузырём:

— Твоё место будет у каменных мостов, ведущих с внешних башен. Пётр, я выделю тебе тридцать стрелков и семь десятков пикинеров. Ты и твои друзья должны любой ценой отстоять мосты, если защитники во внешних башнях не удержат своих позиций. Мосты это самый напрашивающийся и лёгкий путь в город, и орки наверняка попытаются прорваться именно здесь.

— Почему бы тогда заранее не обрушить эти мосты, чтобы враг не смог тут пройти? — задал логичный вопрос Серый Ворон.

Вилль помолчал, словно обдумывая, стоит ли отвечать едва знакомому собеседнику. Но всё же ответил моему другу:

— Я считаю, что неправильно без боя отдавать эти внешние охранные башни. Они специально выстроены так, чтобы в них удобно было держать оборону. Один умелый мечник внутри такой башни способен удерживать целый коридор. К тому же каждая из башен просто напичкана сюрпризами для атакующих. Незаметные бойницы для стрелков, ловушки, обрушивающиеся потолки, проваливающийся пол. Есть и боковые комнаты, где можно наглухо запереться и держать оборону, расстреливая поднимающихся по лестницам врагов со спины. В каждой из внешних башен я разместил по три сотни своих самых лучших бойцов. И будь я проклят, если эти ветераны не заставят врагов очень дорого заплатить за каждый шаг по этим коридорам!

— Похоже, именно там будет самый напряжённый участок обороны, — проговорил Петька.

— Да, это так. На месте орков я бы тоже атаковал именно внешние башни у каких-либо ворот. Не обязательно именно у Северных Ворот, можно и у других. А если сил у орков хватит, атаковал бы одновременно все восемь внешних башен, так как взятие любой из них открывает для них дорогу в город. Поэтому обороной левой внешней башни руководит мой лучший друг, рыцарь Мадор Кафиштен, сын погибшего от рук культистов Рупперта Кафиштена, родной внук правителя города. Мадор Кафиштен ещё молод, но он уже умелый воин. И он настоящий фанатик, никогда не отступит. Более непримиримого врага графа Армазо и сторонников Моргрима трудно найти во всей Эрафии. Мадор сам вызвался на этот крайне ответственный участок обороны. С ним три сотни элитных солдат гвардии Императора. Я же буду держать правую башню. Со мной вся моя проверенная сотня и два сотни бойцов Первого легиона.

Первый легион? Я слышала о нём. Туда могли попасть только лучшие из лучших, и этот легион сплошь состоял из ветеранов множества военных конфликтов. Никогда эти солдаты не отступали, об их храбрости и умении держать удар неприятеля было сложено множество баллад. Мы пожелали Виллю Омникафи удачи в предстоящей битве, после чего направились наверх по каменной лестнице осматривать тот участок обороны, которые нам предстояло защищать.

Винтовая лестница вывела нас в длинный зал с узкими бойницами в сторону поднятого моста через ров. Толщина внешней стены тут впечатляла — полтора метра, если не все два. Такая стена наверняка должна выдерживать прямые попадания снарядов из катапульт противника. Зал был сейчас пуст, но возле каждой бойницы стоял прислонённый с стене арбалет, а рядом в нише у каждого окна лежала толстая связка болтов для оружия. В центре зала была заготовлена большая куча крупных камней.

— Солдаты сейчас завтракают, — пояснил мне Петька, показывая рукой на пустое помещение. — А вообще тут в зале будет сорок бойцов, и ещё столько же этажом выше. Ну а на самой крыше установлены три тяжёлых катапульты и две баллисты, котлы со смолой и целые горы камней. На крыше будет около сотни защитников. И это не считая ещё одной сотни, которую лично мне обещал дать под командование Вилль Омникафи.

— А где моё место? — поинтересовалась я у Петьки.

— Вы вместе со Свелинной будете у левого моста, — указал мне Пузырь в конец зала. — Сходи, кстати, посмотри сейчас, что там можно сделать, и где лучше расположиться магам, чтобы не попасть под шальную стелу. А потом спускайся на первый этаж завтракать. Я сейчас проверю правый мост и тоже вниз спущусь.

Не знаю, куда подевалась Свелинна и все остальные мои друзья, но на какое-то время я осталась предоставленной сама себе. Я прошла налево вдоль длинного зала и через арку вышла в небольшую круглую комнату. Здесь было четыре узких окна и толстая кованая металлическая дверь, ведущая на мост через ров с водой. Я подошла к двери. Сидящие возле неё на каменном полу двое крепких солдат в длинных кольчужных рубахах встали, вежливо поклонились мне и отошли в сторону, чтобы не мешать осмотру. Я услышала за спиной шёпот одного из них: «С нами будет магичка! Теперь точно не помрём!».

Я усмехнулась про себя и продолжила рассматривать массивные засовы. Толщина самой двери была сантиметров пятнадцать. Я попробовала её прикрыть, и тяжеленная дверь на удивление легко подалась. Петли оказались хорошо смазаны, засовы легко входили в пазы в стене. Это хорошо. Если левая башня всё-таки падёт, тут можно будет перекрыть узкий мост толстой дверью, что сдержит нападающих на какое-то время.

Я открыла дверь и вышла на мост. Шёл сильный дождь, сквозь который не то, что сгоревший лес, даже внешнюю башню едва можно было рассмотреть. Но я всё же поправила капюшон и пошла вперёд, чтобы увидеть наши позиции с внешней стороны. На другом конце мостика стоял темноволосый паренёк лет пятнадцати. Подошла ближе и с удивлением обнаружила, что на нём надеты такие же доспехи, как у Пузыря, разве что не столь широкие в плечах. И ещё на груди этого парня поверх вычеканенной на доспехах эмблемы рода Кафиштенов, взлетающей со скалы хищной птицы, висела золотая рыцарская цепь.

— Вы и есть благородный рыцарь Мадор Кафиштен? — скорее утвердительно, чем вопросительно, сказала я.

— Да, это я, — повернулся ко мне парень, и я невольно вздрогнула.

У него было лицо Камилетты. Точнее, именно так она бы выглядела, родись мужчиной.

— С кем имею честь разговаривать? — поинтересовался молодой рыцарь, придерживая правой ладонью рукоять длинного меча, чтобы длинное оружие не зацепилось за каменный бортик моста.

— Елена Фея, адепт Академии Магии четвёртого курса.

— А, — отстранённо и равнодушно ответил дворянин, — Я слышал, что некоторые из адептов Академии будут нас поддерживать. Жаль, что это едва способные колдовать новички, а не опытные магистры…

Одна фраза, а словно грязью облил! А я ведь хотела поговорить с настоящим рыцарем, хотела сказать, что знакома с высокородной леди Камилеттой, и что он похож на неё, словно близнец. Но после таких обидных слов мне сразу расхотелось с ним общаться. Я помолчала немного и уже собиралась идти обратно, как вдруг парень меня спросил:

— Я слышал, что в ответственный момент истории истинные маги способны предсказывать будущее. И поэтому хотел спросить — как сложится предстоящая битва?

«Ты не выживешь», едва не сорвалось у меня с языка. Не знаю, почему я так решила. Видимо, злость на молодого хамоватого дворянина сказалась. Но в последний момент я сдержалась и сказала по-другому:

— Враги не смогут пройти через эту внешнюю башню.

— По-другому и быть не может, — ответил молодой рыцарь с фанатичным блеском в глазах. — За погибшего отца я готов убивать их всех даже голыми руками. А если врагов окажется слишком много… Я приказал заложить в основании башни разрушающие магические кристаллы. Клянусь рыцарской честью, культисты Моргрима здесь не пройдут. Я сдержу их, даже если мне потребуется отдать за это свою жизнь. Вам здесь нечего делать, Елена Фея, идите на правый фланг обороны.