Прорыв в Пангею - Атаманов Михаил Александрович - Страница 75

Ребята в школе ахали от зависти, разглядывая нарядную Каришку, мой новый костюм и наше оружие. Свою старую одежду и кинжалы я без сожалений отдал ученикам, после чего был вынужден разнимать начавшуюся за подарки драку. Надо сказать, что в последнее время остальные ученики стали относиться к нам с Каришкой по-другому, как к старшим и более опытным: советовались, просили разъяснить или показать какие-то упражнения. Отношение учителей тоже изменилось – с нас двоих теперь требовали намного больше, чем с остальной группы. Даже поощрять наградами перестали – видимо, решили, что мы прекрасно обойдемся и без них. Тайфлинга это изрядно злило, мне даже пришлось успокаивать подругу:

– Ты говорила, что привыкла быть лучшей, так ведь? Так зачем сердиться теперь, когда даже учителя признали, что ты лучше остальных – более ловкая, быстрая, удачливая?!

Каришка в ответ проворчала:

– Да, все вокруг признают, что я лучше остальных… Но ты ведь ещё лучше! Так бы и съела тебя от злости! – С этими словами Каришка обняла меня, привстала на цыпочки и шутя укусила за ухо.

Десять долгих дней работы на кухне в конце концов закончились. Все эти дни я сильно уставал и оставался ночевать в школе на жёсткой лавке в холодной спальне, каждый раз с тоской вспоминая гостиницу «Боевой Единорог» – вкусный ужин, уютную тёплую комнату, мягкую перину. Стоит ли удивляться, что при первой же возможности мы с Каришкой отправились в наш трактир.

Василий был рад снова видеть нас после длительного отсутствия, угостил нас отменным ужином, попутно рассказывая новости: в Холфорде начали готовиться к предстоящей осенней ярмарке, расчищали для торговых палаток площади, готовили городские склады под закупки продовольствия, уже начали повышаться цены за ночлег. Появились и первые приезжие из самых отдалённых мест, в город для обеспечения порядка вошло несколько дополнительных полков, а городская стража перешла на усиленное патрулирование улиц…

Усиленное патрулирование я уже и сам заметил – обычно отряды городской стражи передвигались лишь по мощёным широким улицам, игнорируя закоулки и ответвления. В этом имелся определённый смысл – никакого количества стражников не хватит контролировать весь город с его паутиной улиц, переулков и тупиков. А так хотя бы на основных транспортных артериях города, используемых для перевозки товаров, городская стража обеспечивала какой-никакой, но всё же порядок и безопасность. Сегодня же мы с Каришкой видели патрули даже на дальних улицах и в тихих переулках.

Вечером я выполнил комплекс упражнений на растяжку и выносливость, покормил Неведомого Призрака, умылся перед сном. Каришка уже давным-давно спала на моей кровати, разметав руки в стороны. Я осторожно подвинул девушку и лег рядом, с наслаждением вытянувшись на мягкой перине. В тот момент я, конечно, ещё не мог знать, что заканчивается мой последний спокойный день в Пангее…

Глава седьмая. Красные капюшоны

Мой безмятежный сон был жестоко прерван настойчивым стуком в дверь. Каришка тоже проснулась и выразительно смотрела на меня, молча интересуясь нашими действиями. В ответ я беззвучно взвёл арбалет и лишь после этого натянул брюки и подошёл к двери. Подруга в одной ночной рубашке вынула из ножен пару метательных ножей и затаилась на фоне затемнённой стены.

– Это я, Василий, – раздался из-за двери бас трактирщика.

Хозяин гостиницы стоял на пороге с зажжённым фонарём в руке. Увидев оружие, он малость побледнел и стал сбивчиво извиняться за ночной визит:

– П-прошу извинить… но тут такое дело… я решил… я подумал, что вы помочь сможете… – Трактирщик нервничал, постоянно сбивался, а потом, сделав глубокий вдох, выдохнул: – У меня дочка пропала!

– Как пропала? – спросил я.

– Вечером не вернулась… – уже более внятно начал объяснять Василий. – Она у меня умница, где бы ни бегала, всегда до второго вечернего колокола возвращается. Знает, что мы переживаем… А тут даже после третьего колокола не пришла. Я сходил к соседям напротив – там ребятни полно, они с моей Милькой обычно играют вместе. Ребята говорят, что возле колодца к ним какая-то женщина подошла и попросила дорогу ей указать… И Миля с ней ушла. Это было ещё в обед. И до сих пор дочка не вернулась…

– Стражникам сообщил?

– Да, сообщил. Но они и слушать меня не стали. Сказали, что она могла остаться ночевать у какой-нибудь подружки. Мол, если и завтра к вечеру не придёт, то нужно написать запрос в канцелярию… А я сердцем чувствую, попала моя дочка в беду. Жена тоже сидит и ревёт… И я подумал… может, вы чем помочь сможете… Люди шепчутся, много детей пропадало в последнее время… Слышал ведь несколько раз от постояльцев, но не верил… Ну почему я, дурак этакий, не предупредил дочку?!

– Мы поможем, – ответила Каришка, выходя из тени.

Василий уставился сначала на два кинжала в руках Каришки, а затем перевёл взгляд на хвост девушки-тайфлинга, заметный из-под короткой ночной рубашки. Каришка смутилась и накинула длинный халат.

– Мы поможем, – подтвердил я. – Покажешь колодец, где играли дети. И мне нужна какая-нибудь ношеная вещь твоей дочки – ботинки старые или одежда нестираная. Иди, спроси у жены. А мы пока подготовимся.

Через пять минут я и Каришка в полной экипировке спустились вниз. Нас уже ждали Василий и его заплаканная жена.

– Одежды нестираной нет. Как на грех, сегодня вечером всё перестирала. Может, вот это сойдёт? – Хозяйка протянула измятую наволочку.

Я взял наволочку и спросил Неведомого Призрака, сохранился ли запах девочки, и сможет ли он найти человека по запаху? Крысёныш осторожно выполз из кармана моей куртки, вскарабкался мне на руку и перебежал на ладонь. Жена трактирщика испуганно закрыла глаза и явно изо всех сил старалась не завизжать. Неведомый Призрак принюхался и подтвердил, что он хорошо ощущает запах.

Мы вышли в тёмную прохладную ночь, миновали несколько домов и завернули в огороженный дворик. Василий указал на колодец, где в последний раз видели Милю. Крысёныш побегал вокруг и подтвердил, что услышал запах девочки.

– В какую сторону пошла твоя дочка?

– Дети сказали, в сторону улицы Звонарей, это вон туда, – указал направление хозяин гостиницы.

– Ступай домой, Василий, дальше мы сами справимся.

– Можно я с вами? Помогу в чём-нибудь, – на трактирщика было больно смотреть, появившаяся надежда и страх за дочь разрывали его на части.

– Мы не знаем, что нас ждёт. Ты не сможешь подкрасться незаметно. Если похитительница нас заметит, то может скрыться вместе с твоей дочкой. Так что иди домой и помолись за нас богине смерти Моране, – сказал я, надевая тёмную маску и капюшон.

Каришка последовала моему примеру. Василий с надеждой посмотрел на нас, очевидно пытаясь найти новые аргументы, но потом опустил плечи и безропотно поплёлся домой.

– Василий, – окликнул его я. – Про тайфлинга, про крысу и вообще про нас никому не говори и жену предупреди.

Расстроенный отец кивнул и побрёл, вытирая проступившие слёзы. Вряд ли наши тайны имели для него сейчас хоть какое-то значение. Мы же отправились на улицу Звонарей. Впереди белым пятном мелькал Неведомый Призрак, за ним беззвучно скользили мы с Каришкой.

– Ты сердишься на меня, Серый Ворон? Сердишься, я это чувствую. Это за то, что я за нас двоих решила? – спросила Каришка.

– За это не сержусь. А вот то, что ты без лишней необходимости вышла из тени, причем хозяин заметил, что ты не совсем человек, – это плохо. Мы и так ведём себя странно, по местным меркам. Привлекаем ненужное внимание, а при нашей профессии этого делать как раз не стоит.

– Просто я хорошо помню дочку хозяина и не смогла сдержаться, когда узнала, что девочка пропала. Думаешь, Василий разболтает всем, что у него живёт тайфлинг?

– Не думаю. Знаю. Не сразу, но обязательно проболтается, такой уж у него характер. Мы серьёзно наследили в городе – в игорном доме посетители запомнили девушку-тайфлинга с парнем из Гильдии Воров. У городской стражи есть свои информаторы, и наверняка на девушку-тайфлинга и молодого вора с двумя мечами уже заведено досье. И как только Василий проболтается, через день-два отряд стражников придёт арестовать нас.