Вспомнить всё (сборник) - Дик Филип Киндред - Страница 167

Надо создать организацию, вроде мафии. Палачи для палачей. Схема такая – искоренитель берет вакуумный аппарат и всасывает туда гинеколога. Получается утробный зародыш с микроскопическим стетоскопом. Вот умора.

Дети ничего не понимают? Враки! Понимают, и понимают прекрасно. По дороге катится белый фургон, оттуда доносится знакомый мотив из «Сказок матушки гусыни»:

Магнитофон – особая разработка фирмы «Ампекс» – надрывается вовсю. Потом сидящий за рулем санитар выключает запись, чтобы потенциальная жертва ничего не заподозрила, тихонько подъезжает к дому, хватает отказника и сует в кузов. Едва фургон трогается, направляясь либо в Передержку, либо в рейд на следующего недочеловека, песенка гремит снова:

«Свалился Джек и лоб разбил, а Джилл слетела с горки», – с ухмылкой закончил про себя куплет Оскар Феррис, санитар из фургона номер три. Дебильная песня. Надо «Джек писюн дрочил» и в рифму про «Джилл помогала». А то ведерки они несут!.. В кустики ребятки побежали, перепихнуться, а Джек, придурок, поскользнулся и шлепнулся прямо на хрен.

– Обломилось тебе, Джилл, – хихикнул Оскар, лихо крутя баранку. Четырехлетний фургон послушно мчался по шоссе номер один в Калифорнии.

Дети, они такие. Грязные маленькие поганцы, насквозь испорченные, похотливые.

Местность вокруг была дикая, сплошь каньоны да поля. Бродяжек здесь пруд пруди, только прячутся, паразиты. Ничего, кто-то да попадется, надо просто держать ухо востро.

Ожидания санитара вскоре оправдались. Справа мелькнула детская фигурка. Белобрысый мальчуган лет шести, одетый в джинсы и футболку, поспешно улепетывал подальше от дороги. Оскар врубил сирену. Мальчик застыл, не в силах пошевелиться от страха. Фургон подъехал совсем близко и затормозил. Из динамиков, сливаясь с завыванием сирены, неслась мелодия «Джек и Джилл».

– Предъяви СВ, – потребовал санитар, высунув руку в окно. Специально, чтобы продемонстрировать нашивку на коричневой униформе – доказательство его полномочий.

Пацан, похоже, беспризорник. Тощий такой. Правда, в очках. Сжавшись под взглядом Оскара, словно кролик перед удавом, он не делал никаких попыток достать сертификат.

– Собираешься показывать СВ или нет? – нетерпеливо рявкнул санитар.

– П-простите, а что это?

– Это когда твои родители или опекуны заполняют форму 36-В и тем самым признают тебя востребованным, – официальным тоном разъяснял Оскар Феррис, – и ты получаешь соответствующий Сертификат Востребованности. Без него ты считаешься бездомным. Если родители хотят тебя оставить, а СВ нет, они обязаны заплатить штраф в размере пятисот долларов.

– Сертификат я потерял, – признался мальчик.

– В архиве должна сохраниться копия. Такие документы всегда дублируются на пленку. А пока поедешь со мной в…

– В Передержку? – Тонкие как спички ноги задрожали.

– Побудешь там, пока родители не заполнят форму 36-В. Если в тридцатидневный срок востребованность не подтвердят…

– Мои родители в разводе. Сейчас мы с папой вдвоем.

– Неважно. Главное, нет СВ. – Оскар покосился на ружье, прислоненное к стенке кабины. Отлавливать беспризорников – довольно рискованное занятие, прецеденты уже были. Лучше перестраховаться. За все время службы Феррис пользовался ружьем всего пять раз. Отличная штука, кстати. Разносит в клочья с одного выстрела.

– Запрыгивай по-хорошему. – Санитар вылез из кабины и, позвякивая ключами, пошел к задней дверце фургона. – Там уже есть пассажир, составишь ему компанию. Вдвоем-то веселее.

– Не поеду! – упрямо возразил мальчик, часто моргая.

– Наслушался ужастиков про Передержку? Да брось. Усыпляют выродков каких-нибудь, а нормальных, симпатичных ребятишек усыновляют. Там тебя подстригут, приоденут, будешь как картинка. Передержку придумали, чтобы каждый малыш имел шанс обрести дом. Изредка попадаются ущербные… ну, с отклонениями разными – умственными, физическими. Естественно, брать их не хотят. А вот тебя приличные люди возьмут охотно. Да чего там – с руками оторвут. Лучше ведь, чем бродяжничать, скитаться по полям и лесам. С новыми родителями будешь как сыр в масле кататься, СВ опять-таки получишь. Короче, Передержка – это вроде пансионата, где готовят к встрече с новыми родителями.

– А если меня за месяц не усыновят?

– А если ты упадешь со скалы и разобьешься насмерть? – парировал Феррис. – И потом, наши сотрудники в первую очередь свяжутся с твоими биологическими родителями, и те при желании заполнят Бланк Востребованности для Сертификата (форма 15А) хоть сегодня. А ты весело прокатишься в фургоне, познакомишься с другими ребятами, заведешь новых друзей. Зачастую…

– Не поеду, – буркнул мальчик.

– Значит, так, пацан, – в голосе Ферриса зазвучали жесткие, командные нотки, – я представляю законодательный орган штата.

Он продемонстрировал малышу сияющую металлическую бляху.

– Я, Блюститель порядка Оскар Феррис, приказываю тебе немедленно сесть в кузов.

К ним осторожно приблизился высокий мужчина, одетый, как и белобрысый, в футболку и джинсы. Не хватало лишь очков.

– Вы отец мальчика? – требовательно поинтересовался Феррис.

– Тащите моего сына в кутузку? – резко спросил тот.

– Кутузка – слишком грубое слово, которое придумали противники нашей организации с тем, чтобы намеренно исказить суть ее деятельности. «Передержка» куда предпочтительнее, полностью передает характер нашей работы.

– А разве вы не сажаете детей вон в те клетки? – Незнакомец кивнул на фургон.

– Мистер, предъявите ваше удостоверение! – рявкнул Феррис. – Приводы в полицию имеются?

– Просто приводы или приводы с последующим арестом?

– Прошу отвечать на поставленный вопрос! – Феррис ткнул незнакомцу в нос удостоверение Блюстителя порядка в черном кожаном чехле. – Повторяю, как ваше имя?

– Эд Гантро, имею одну судимость. В восемнадцать лет украл четыре ящика кока-колы из припаркованного грузовика.

– Вас поймали с поличным?

– Нет, меня взяли, когда я пытался сдать пустую тару. Дали шесть месяцев тюрьмы.

– Почему у ребенка нет Сертификата Востребованности?

– Он стоит девяносто долларов, нам такое не по карману.

– Вовремя не подсуетились, а зря. Теперь придется заплатить пятьсот. По этому поводу советую проконсультироваться у адвоката. Итак, – Феррис повернулся к мальчику и сухо произнес, – изволь присоединиться к другим ребятам в фургоне. А вы, Гантро, велите сыну не упрямиться.

– Тим, полезай в чертову клетку, – поколебавшись, сказал тот. – Не волнуйся, мы наймем адвоката и раздобудем тебе СВ. На рожон сейчас лучше не лезть, официально ты беспризорник.

– Беспризорник, – повторил Тим, глядя на отца.

– Вот именно, – подтвердил Феррис. – У вас есть тридцать дней для получения…

– А правда, что вы и кошек отлавливаете? – вмешался Тим. – Там внутри есть кошки? Обожаю их. Они такие классные.

– Я специализируюсь исключительно на отлове недолюдей. Вроде тебя, – добавил Феррис, отпирая заднюю дверцу фургона. – Полезай и постарайся не опорожниться по дороге. Пятна и вонь потом замучаешься выводить.

Услыхав непонятное слово, Тим растерянно переводил взгляд с Ферриса на отца.

– Не ходи в туалет, пока едешь, – мрачно пояснил Эд. – Уборка обходится слишком дорого, а ее стоимость вычитают у них из зарплаты.

– Что касается животных, – невозмутимо продолжал Феррис, – то их преимущественно отстреливают или травят.

– Ворфарином? Да уж, наслышаны, – ухмыльнулся Эд Гантро. – Пичкаете зверей этой гадостью целую неделю, и они умирают от внутреннего кровотечения.

– Без боли и мучений, – вставил Феррис.

– Согласитесь, это гуманней, чем откачивать воздух из легких. Душить на массовой основе.