Вспомнить всё (сборник) - Дик Филип Киндред - Страница 143

Похоже, все-таки придется. Уже полчаса назад.

Разногласия в верхах

Он проснулся и заморгал от режущего глаза белого света. Свет излучали три ярких пятна, застывших между кроватью и потолком.

– Простите, что разбудили, мистер Стаффорд, – произнес мужской голос, скрытый за световыми пятнами. – Это ведь вы Джозеф Стаффорд? Было бы чертовски обидно разбудить не того, причем совершенно незаслуженно, – пояснил он к кому-то другому, тоже невидимому.

– Кто вы такие? – прохрипел Стаффорд, садясь.

Кровать скрипнула, одно из световых пятен поехало вниз. Значит, один из них тоже уселся.

– Нам нужен Джозеф Стаффорд, шестой ярус, пятидесятый этаж, работает… как это называется?

– Наладчиком компьютеров ГБ-класса, – подсказал второй.

– Да. Разбирается, например, во всяких новинках вроде плазменных запоминающих устройств. Если оно сломается, сможете починить, Стаффорд?

– Разумеется, сможет, – произнес ровным тоном третий голос. – Поэтому и несет круглосуточное дежурство. Та вторая видеолиния, которую мы отрезали, как раз предназначалась для прямой связи с начальством.

– И давно вас последний раз вызывали, наладчик? – поинтересовался первый голос.

Стаффорд не ответил, нащупывая под подушкой обычно лежавший там пистолет «сник».

– Судя по всему, вы давно без работы, – начал один из гостей с фонариками. – Наверняка нужны деньги. Вам нужны деньги, Стаффорд? Что вам вообще нужно? Любите чинить компьютеры? Глупо было бы соваться в эту область без любви к своему делу, чтобы круглые сутки сидеть на дежурстве. Вы хороший специалист? Сможете устранить любую неполадку, даже самую нелепую, в программаторе военных операций «Генукс-Б»? Обрадуйте нас, ответьте «да».

– Мне… нужно подумать, – глухо проговорил Стаффорд, тщетно нашаривая пистолет. Похоже, незваные гости его вытащили.

– Вот что, Стаффорд… – продолжил голос.

– Мистер Стаффорд, – поправил, перебивая, другой голос. Дальний правый ореол света тоже поехал вниз, владелец фонарика наклонился к кровати. – Давайте, вставайте. Одевайтесь, и мы отвезем вас к барахлящему компьютеру. По дороге у вас будет уйма времени решить, хороший ли вы спец. А уже на месте глянете на «Генукс-Б» и прикинете, сколько вам с ним возиться.

– Нам очень нужно его починить, – расстроенно произнес первый. – В таком состоянии, как сейчас, он никуда не годится. Данных накопилось – гора. Как вы говорите, не введенных. Лежат впустую, «Генукс-Б» их не обрабатывает, поэтому, само собой, не выдает никакого решения. А спутники летают, будто так и надо.

Медленно, с трудом выковыривая себя из кровати, Стаффорд спросил:

– Симптомы неполадки?

Кто же они такие, интересно? И о каком именно «Генуксе-Б» речь? В Северной Америке, насколько ему известно, «Генуксов» три, и лишь восемь на всю Землю.

Пока он облачался в рабочий халат, невидимые за пятнами света фигуры шушукались между собой. Наконец один, откашлявшись, ответил:

– Насколько я понимаю, перестала крутиться принимающая бобина, поэтому перфолента со всеми данными просто разматывается на пол одной большой грудой.

– Но натяжение ленты на принимающих бобинах… – начал Стаффорд.

– Уже не автоматическое. Видите ли, мы застопорили бобину, чтобы она перестала принимать ленту. Сперва мы пытались перерезать ленту, но, я полагаю, вы в курсе, что тогда автоматически наматывается новая. Мы пробовали стереть с ленты данные, но при включении стирающего устройства в Вашингтон идет сигнал тревоги, а мы не хотели вмешивать сидящих наверху. Однако натяжение принимающей бобины компьютерные инженеры упустили из виду, потому что там элементарнейшая муфта и просто нечему ломаться.

Стаффорд возился с пуговицами ворота.

– Другими словами, вы хотите помешать ему принять какие-то данные.

Голова работала яснее, по крайней мере, он более или менее проснулся. Какие, интересно, данные?.. От догадки мороз пошел по коже: понятно, какие, те, которые заставят большой правительственный компьютер объявить повышенную боевую готовность. Само собой, «Генукс-Б» должен выйти из строя до того, как угроза со стороны Ассоциации истинных южноафриканцев проявится в крошечных, едва уловимых симптомах, которые компьютер, обрабатывающий огромную массу вроде бы не связанных между собой данных распознает и сложит в не вызывающую сомнений картину. «Ведь предупреждали об этом, и не раз!» – с горечью подумал Стаффорд. Противник должен вырубить «Генукс-Б», чтобы тот не успел отдать приказ боевым спутникам и бомбардировщикам Стратегического авиационного командования. И вот оно случилось – агенты АИЮА в Северной Америке подняли его с кровати, чтобы окончательно разделаться с компьютером.

Однако данные, возможно, уже получены, уже поступили на обработку и анализ. Может, агенты опоздали на день или на пару секунд, и важные данные попали на перфоленты, поэтому пришлось позвать его, Стаффорда. Сами они не справляются. Скоро над Штатами начнут взрываться террористические спутники, а вся оборонная техника будет ждать приказа от главного компьютера. И не дождется, потому что «Генукс-Б» не подозревает о надвигающейся угрозе и останется в неведении до прямого удара по столице, который завершит его бесславную карьеру.

Вполне логично, что они застопорили принимающую бобину.

– Началась война, – тихо сообщил он четверым с фонариками.

Теперь, включив свет в комнате, Стаффорд их наконец разглядел. Люди как люди, не фанатики, а функционеры, получившие задание. Они могли бы с таким же успехом работать на любое другое правительство, даже, пожалуй, на полупсихованное китайское.

– Началась война, – высказал он вслух свою догадку, – поэтому «Генукс-Б» должен оставаться в неведении, лишиться возможности активировать оборону или нанести ответный удар. Вам нужно, чтобы он получал только те данные, которые создают видимость мира.

Стаффорд и гости, конечно же, тоже вспомнили, как оперативно среагировал «Генукс-Б» во время двух предыдущих «вмешательств чести» против Израиля и против Франции. Ни один специалист-обозреватель не уловил ни единого симптома, не увидел, к чему все ведет. Как Сталин в 1941 году: старый диктатор попросту отказывался воспринимать очевидные признаки того, что Третий рейх намерен напасть на СССР. Равно как и в рейхе не верили, что Франция и Британия в 1939 году решат соблюсти условия договора о взаимопомощи с Польшей.

Шагая почти плечом к плечу, люди с фонариками вывели Стаффорда из комнаты его конапта в коридор, а оттуда подъемная дорожка доставила их на крышу с посадочной площадкой. В ноздри ударил запах сырости и земли. Стаффорд вдохнул, поежился и невольно взглянул на небо. Там плыла яркая звезда: посадочный огонь снижающегося флаппера.

Когда флаппер, оторвавшись от крыши, устремился на запад, к Юте, один из серых чиновников со «сником», фонариком и портфелем похвалил Стаффорда:

– Хорошая теория, особенно для человека, которого подняли с кровати среди ночи.

– Однако, – подхватил его спутник, – в корне ошибочная. Покажите ему извлеченную перфоленту.

Сидящий рядом вытащил из портфеля и молча вручил Стаффорду комок пластиковой ленты. Поднеся ленту к потолочному фонарю, Джозеф стал рассматривать проколы. Двоичная система – очевидно, программирующий материал для частей Стратегического командования космическими силами, управляемых компьютером напрямую.

– Он уже собирался объявить тревогу и отдать приказ, – пояснил через плечо сотрудник, сидевший за пультом управления флаппера. – Всем подключенным к нему подразделениям. Видите, что написано в приказе?

Стаффорд кивнул и отдал ленту. Да, он прочел приказ. Компьютер официально объявлял высочайшую степень боевой готовности, поднимал по тревоге эскадрильи бомбардировщиков с водородными бомбами и требовал подготовить к запуску межконтинентальные баллистические ракеты.

– А еще, – добавил сотрудник за пультом, – он отдавал приказ оборонным спутникам и ракетным комплексам подготовиться к неизбежному водородно-бомбовому удару. Как вы сами видите, мы, конечно, все заблокировали. Ни одна из команд с этой ленты не ушла по назначению.