Могло быть и хуже… - Кларксон Джереми - Страница 52

Двигаясь вперед, мы отмечаем заднее сиденье, которое достаточно широко, чтобы вместить троих, но только если у них не ноги, а ролики. А впереди, то есть в самой важной части, не оказывается вообще ничего, кроме кнопок управления обогревателем, которые словно бы специально сделаны, чтобы раздражать.

Моя полноприводная тестовая версия за 28 965 фунтов была снабжена немногим – круиз-контролем за дополнительные 225 фунтов, и, гм, собственно, все. Каждый раз, когда я выбирал какую-то заманчиво звучащую функцию на бортовом компьютере, появлялось системное сообщение вида «Ты не смог это себе позволить» или «Надо было лучше учиться в школе». Там даже спутниковой навигации не было.

Вождение? Сложно сказать, потому что балансировка колес никуда не годилась, а пытаться быть рациональным в то время, как рассматриваешь мир расшатанным зрением, – это как пытаться сконцентрироваться на положительных чертах человека, который постоянно бьет тебя по голове обухом.

Все, что можно сказать, – так это то, что двигатель вполне неплох. У меня был мощный дизель, достаточно сильный и с аппетитом не больше, чем у пчелы. Звучал он неплохо – эдак печально, блюзово.

Однако утром, проспав всю ночь, он на секунду-другую позабыл, чем, собственно, является и какова его цель в жизни. Заводишь двигатель – и ничего не происходит. А потом, незадолго до того, как он все же вспоминает, что является двигателем, вы сдаетесь и снова включаете зажигание. Приходится изрядно поругаться.

Впрочем, честно говоря, коробка передач еще хуже. В спортивном режиме она вообще ничего не переключает, а в нормальном как раз только этим и занимается. Каждые несколько секунд. Без всякой вменяемой причины.

Есть также «Эффективный» режим, который каждый раз отключает сцепление, когда вы убираете ногу с педали. Теоретически этот способ экономии топлива кажется неплохой идеей. На практике вы просто не можете гладко ехать по автостраде.

Итак, что же такое Q3? Непрактичная. Неприятная на трассе. Технологически плохо продуманная машина. Так что же делать, если вы хотите машину, которая выглядит как внедорожник, но им не является? Особенно если нужна спортивная подвеска, которая снижает дорожный просвет до уровня сороконожки?

Что ж, очевидный ответ – Range Rover Evoque. Но если эта машина на ваш вкус слишком дорогая и недостаточно просторная, то не печальтесь. Есть гораздо лучшая альтернатива. Она называется седан.

Не реви, у Наполеона тоже был маленький!

Родстер Mini Cooper S

Высокие люди никогда не думают, насколько далеки они от земли, пока не садятся в кресло экономкласса или не пытаются купить брюки в магазине готового платья. С невысокими людьми все иначе. Они думают о своем росте постоянно. Они считают, что такие люди, как я, такие высокие специально – мы делаем это нарочно, чтобы раздражать их. Это приводит к появлению того, что врачи называют синдромом маленького человека, а мы – плохим характером.

На вечеринках они чувствуют себя исключенными из разговоров, потому что слишком заняты тем, как бы не треснуться головой о кофейный столик. В переполненных поездах метро им страшно. С девушками они смотрятся потерянно. А когда они идут за покупками, то им быстро надоедает, что за вещами их отправляют в детский магазин Mothercare. Вот почему большинство барных задир и императоров вертикально ограничены.

Довольно верно будет сказать, что в эволюционном отношении они ближе к амебе, а высокие люди – вершина цивилизации. Но такие мысли не приходят мне в голову постоянно. Я не чувствую своего превосходства над маленькими людьми только из-за того, что моя голова ближе к небу и быстрее испытывает последствия погодных условий. А вот они определенно ощущают свою неполноценность. Поэтому они ведут постоянную и крайне раздражающую борьбу за то, чтобы их признали ценными членами общества.

Та же проблема с собаками. Мой вест-хайленд-терьер постоянно находится в состоянии гнева. Поскольку она не может самостоятельно забраться в багажник Range Rover или перепрыгнуть через забор, она кусает почтальона, разносчицу газет и людей, которые приходят чинить компьютер. Она кусает и других моих собак, а молочника мы не видели уже несколько месяцев, так что остается только предполагать, что он съеден. Она много лает, компенсируя коротколапость звуком. Если бы она была человеком, ее надо было бы отправить на Эльбу, чтобы мир стал более безопасным местом.

Как ни странно, тут я должен поговорить о Ричарде Хэммонде. Недавно он мне сказал, что, когда он едет на Fiat 500, его постоянно запугивают другие водители. Все время обгоняют, прижимаются к хвосту, заставляют больше нужного ждать на поворотах. Я издал вздох высокого мужчины и подумал: «Дело не в машине, солнышко. А в твоем комплексе неполноценности».

Но сейчас, проведя неделю с новым родстером Mini, я начинаю подозревать, что он был прав. Маленькие машины действительно подвергаются запугиванию. Особенно если они притворяются тем, чем не являются.

Моя младшая дочь, кстати, очень высокая, указала на маленькую машинку, которая подъехала к нашей парковке, и сказала: «Это не Mini». И ее взгляды нашли отклик среди участников дорожного движения. «Это смешно» – вот каков был самый популярный отклик.

Родстер смешон, потому что он максимально далек от самой идеи Mini. Гениальность оригинала 1950-х годов состояла в упаковке – как разместить двигатель и четырех человек в машине примерно два дюйма длиной. Участие в ралли и итальянская отделка пришли уже позже.

Так вот новый родстер длиной почти с побережье Норвегии, но мест там всего два. С точки зрения разумности упаковки он находится где-то рядом с подземными бункерами, в которых De Beers[103] хранит несколько бриллиантов. Или с массивными коробками, которые содержат всего лишь электронный USB-ключ от ноутбука.

Конечно, все дело в том, что это, как предполагается, спорткар. Но несмотря на все полоски, фары, боевую раскраску Уильяма Уоллеса[104] и массивные кубинские сигары вместо колес, он совершенно не похож, например, на Mazda MX-5. Похож он на Mini. Только обезглавленный.

Внутри все тоже печально. Когда запускали новый Mini, эксцентричный интерьер был интересным. Сейчас он только раздражает. Спидометр, например, размером с лицо министра Эрика Пиклза[105], но нужно несколько минут тщательно его изучать, чтобы понять, с какой же скоростью вы едете.

Кнопки стеклоподъемников выглядят отлично, зато расположены не там, где надо. Как и кнопки громкости звука в стереосистеме. Такое ощущение, что выслушали идеи сотни человек – причем все они дети – и все утвердили.

А теперь мы дошли до цены. Версия Cooper S, которую я тестировал, стоит 20 905 фунтов. Это почти на 500 фунтов дороже, чем более практичный и менее идиотский четырехместный кабриолет. И примерно на 5000 фунтов дороже, чем должен вообще стоить Mini.

Подсознательно это знают и другие водители, потому-то моя неделя и прошла среди урагана грубых жестов и жестокого отношения. Я чувствовал себя кеглей для боулинга. Я чувствовал себя Ричардом Хэммондом. И самое неприятное, что сама по себе машина совершенно великолепна. Истинный бриллиант. Крупица драгоценного металла в море пластика и корейских копий. Я прямо влюбился в нее.

Самое лучшее здесь – это двигатель. 1,6-литровый, с турбонаддувом, дает эффективную мощность в 181 лошадиную силу. Звучит не лучшим в мире решением, но после мелкой задержки, которую вы еле замечаете, включается мощнейший крутящий момент. Как будто под капотом мускулы, и вы не устаете их напрягать.

Единственная реальная проблема в том, что на автостраде – и я замечал это у всех Mini – естественная крейсерская скорость составляет около 110 миль в час (177 км/ч). Из-за сочетания того, где вы сидите, угла наклона педали газа, переключения передач и вибрации вы будете ехать именно с такой скоростью, если не сосредоточитесь. И за этим нужно следить.