Ничего себе пошутила - Казакова Татьяна Алексеевна - Страница 48

– Это в каком смысле? – Робко спросила я.

– В прямом. У Александра Николаевича сейчас дел по горло, а он вместо того, чтобы важные вопросы решать, все встречи отменяет и гоняется за тобой то по просторам Украины, теперь вот по Подмосковью.

Мы молчали, а он продолжал:

– План вы составили хороший, – Наташка вскинула голову, – а выполнить не смогли, – он посмотрел на Петьку.

– Вообще-то я тебя понимаю, но мы должны были бежать вслед за вами, а вы все лежали… и если бы не «боец молодой», шейку бы вашей птичке свернули.

При этих словах я схватилась за горло, а Наташка вся порозовела и решила поменять тему

– Кто это, Александр Николаевич? – Сама же догадалась. – Саша что ли? Интересно, какие такие важные дела у Саши? И почему ты его называешь Александр Николаевич? Можно подумать он твой начальник? – Наташка презрительно скривилась.

– Вот именно, – подтвердил Юра.

– Что именно? Правда что ли? – Она недоверчиво посмотрела на нас.

– Вообще-то я давно это поняла, – подала голос Лариска. Теперь удивилась я.

– Ну, помнишь, когда тебя Андрей увез, – объясняла она, – он тут такую деятельность развил, всем указания давал, сразу видно, что руководитель.

– Чем он руководит-то? – В голосе у Наташки все еще звучали недоверчивые нотки.

– Он директор банка, – пояснил Юра.

– Иди, ты! – Наташка собиралась уже рассмеяться, но, окинув нас взглядом, поняла, что это правда, и притихла. Тогда я с гордостью выдала:

– И, между прочим, он мне сделал предложение, – подумав, добавила – Руки и сердца.

Юра схватился за голову и тихо выругался. Петька многозначительно издал

– Ого!

А Наташка с Лариской в один голос закричали:

– Ура!

Юра быстро простился и ушел. Петька сказал, что нас троих он вынести не сможет и тоже укатил.

Наташка подошла к окну и задумалась.

– А кто свидетельницей будет? – спросила она, не оборачиваясь. Лариска показала глазами на нее.

– Конечно, ты, Наташ! – Заверила я.

– Здорово! – Она счастливо улыбнулась ямочками. – Вообще-то я тоже замуж выхожу. За Петьку, – на всякий случай уточнила она. Кто бы сомневался.

– Наташка! – Осенило меня. – Давай вместе замуж выйдем, в один день.

– Вот классно будет! – Она заскакала козликом по комнате.

Потом принесли обед, мало напоминающий больничный.

– Эх, – мечтательно сказала Лариска, – сюда бы еще шампанского. В дверь постучали, просунулась Витькина голова

– Ой, Витенька, – Лариска чуть не подавилась.

– Ой, Витенька, – передразнил он. – Хорошо хоть нашлись добрые люди, рассказали, что ты здесь. – Он вперся с котомками и цветами. – Я прямо из Шереметьева.

– Это и видно, – подала голос я, показывая на форму. Витька в форме был просто неотразим. Но на меня он посмотрел хмуро.

– Как ты любишь куда-нибудь вляпываться.

– Что ты имеешь ввиду? – Наташка приняла бойцовую стойку.

– А то, дорогие подруги, что от вас одни неприятности. Хоть бы вы замуж вышли, что ли. Да где таких сумасшедших взять?

– Один уже есть, – Саша стоял в дверях с огромным букетом. Витька протянул ему руку:

– Сочувствую.

«Вот скотина».

Саша достал бутылку шампанского. Мы оживились. Наташка захлопотала у стола, Витька притащил стулья из Ларискиной палаты… Только разлили по стаканам, как в дверь постучали, и вошли Петька с Юрой. Петька тоже был с цветами.

Сунул их Наташке со словами:

– Это тебе.

Наташка, скромно потупив глазки, спросила:

– Петь, а мне-то зачем?

– Это предложение, – Петька покраснел, потом нахмурился, увидев наши веселые рожи.

– Опа! Еще один, – изрек Витька.

Наташка молчала.

– Чего молчишь? Ты согласна?

Мы с Лариской закатились:

– Да согласна, она, согласна. Уже день свадьбы назначила.

За столом не хватило всем места, и мы с Сашей уселись на кровати. Он очень бережно меня обнимал и угощал фруктами.

Заглянула медсестра, я думала, сейчас замечание сделает, но она спросила, не надо ли нам чего-нибудь. Ей налили шампанского, она долго отнекивалась, но, узнав по какому поводу, все-таки выпила и, поздравив нас, ушла.

– Саш, – обратилась я к нему, когда все немного поутихли. – А Игорь Моисеевич правда хотел меня убить?

– Ты что до сих пор сомневаешься?

– Значит, это он Андрея послал ко мне?

Саша кивнул.

– И Вадима убил?

– Понимаешь, твой шеф давно занимался контрабандой, перевозил за границу бриллианты, не сам лично, конечно, а через курьера. Курьера убили, и он стал искать ему замену. Однажды на дне рождении у своей приятельницы он познакомился с Вадимом и заинтересовался им в качестве клиента. Тот стал делать заказы в вашей фирме. Случайно Игорь Моисеевич узнает, что Вадим депутат от одного из Восточно-Сибирских округов.

– А там алмазы добывают, – влезла Наташка.

– Совершенно верно, – согласился Саша.

– Эти алмазы он стал перевозить в Израиль, там их шлифовали и делали разные модные украшения, – вставила я.

Саша чмокнул меня в нос и продолжал.

– Украшения каким-то образом сбывали, а деньги переводили на счета, которые закодировали. Дискета с этой информацией и была у Вадима.

Он замолчал и посмотрел на часы.

– Все, время позднее, нам пора уходить. Видя мой протестующий жест, продолжил:

– И ты, моя дорогая, что-то бледненькая стала, неважно выглядишь.

Я заметалась в поисках зеркала, перспектива выглядеть бледненькой и страшненькой меня не прельщала. Наташка услужливо достала свою пудреницу. Да, действительно, бледненькая, но не страшная, это уж точно. Саша хмыкнул, наблюдая за мной.

Лариска увела Витьку в свою палату прощаться. Петька подхватил Наташку, пообещав зайти вечером, они удалились. Юра сказал, что подождет в машине, и тоже ушел, пожелав мне здоровья. А Саша, едва закрылась дверь, набросился на меня, как дикий зверь. Я даже стала беспокоиться за свою шею. Он с такой силой обнимал и целовал меня, что у меня там что-то хрустнуло, я заорала, боясь остаться инвалидом. Он отпустил меня и с испугом стал очень осторожно ощупывать. Ощупывания опять привели к поцелуям. Поцелуи в свою очередь так меня завели, что я теперь сама походила на дикого зверя, позабыв про свою шею и бледность.

Кровать не рассчитана была на двоих, тем более на любовные игры. Матрац скрипел, спинки угрожали отвалиться, это несколько отвлекало, но все равно все было прекрасно.

Полежать потом вместе не получилось, сразу стало неудобно. Он попытался потащить меня в душ, но я напомнила про бинты. Тогда он оставил свои попытки и ограничился поцелуями. А потом я как-то незаметно уснула.

Разбудил меня Люсин голос.

– Алка! И ты такая же дура! Ну, что ты всему веришь! Нашла кому, Левочке! Он же всегда всех разыгрывает

– А что Левочка? – Отбивалась мамулька. – Он очень правдоподобно рассказал про этот банкет, и что Саша оказался банкиром. Представляешь? – Она мечтательно закатила глаза.

– Что ты Левочку не знаешь? Соврет, и глазом не моргнет, – раздраженно ворчала Люся. – Банкир! – фыркнула она презрительно. – Почему не президент?

Я решила проснуться.

– Люсек, мамусик! Как хорошо, что вы пришли.

– Лана! – Вдруг набросилась на меня мамуля. – Я так и знала, что эти поездки на машине добром не кончатся. Слава богу, что жива осталась. Мне вчера Наташа позвонила и сказала, что в твою машину кто-то въехал, а Левочка сообщил, что твой Саша банкир. Это правда? – Она выжидающе, на меня смотрела.

«Молодец Наташка, отлично про машину придумала, не говорить же ей, что меня придушить хотели». И вслух сказала:

– Чистая правда —

– Значит, Левочка не наврал. Надо же? – Удивилась Люся.

– Ну что я говорила? – Обрадовалась мамусик.

Люся стала ей что-то возражать, а я между тем направилась в душ. Умываться и приводить себя в порядок. Вернувшись в палату, увидела Люсю с тряпкой в руках. Она вытирала стол и как всегда ворчала вполголоса: