Ничего себе пошутила - Казакова Татьяна Алексеевна - Страница 44

– Ты что с ума сошел? Почему Абрам? – Прошипела я, еле сдерживаясь, чтобы не заорать.

– А что ты имеешь против Абрама? – Его черные глаза уставились на меня с наивным удивлением.

– Ничего не имею, но почему Абрам, что других имен нет?

– Мне это нравится, – упрямился он.

– Ладно. Это, так это, – согласилась я. – Но кричать-то зачем?

– Затем, что ты меня не слышала. Расхаживала важно, как цапля на болоте

Я оскорбилась за «цаплю», но вслух возмущения не высказала. Сделала глубокий вздох и спросила:

– Ну, чего ты меня звал?

– Я попробовал салаты. Полное дерьмо. Ты тоже должна попробовать.

– Зачем я буду пробовать, если это дерьмо, и потом я полностью доверяю твоему вкусу. Ты же все-таки директор ресторана, тебе виднее.

Меня окликнули. Обернувшись, увидела Пашу. Он подошел и с улыбкой познакомил со своей женой. Она была такой крошечной, что я вначале подумала, что это ребенок. Она оказалась очень милой девушкой, и имя Лиля ей очень шло.

Мы сразу нашли общий язык. Выяснилось, что мы учились в одном институте, только она на 3 года раньше. Стали вспоминать преподавателей и разные смешные случаи. Я все поглядывала на вход, надеясь увидеть Сашу.

«Наверное, не придет», – с грустью подумала я. Стоп! О чем это я? Мне надо за Пашей следить. И Георгия еще нет. О! Вот, кажется, и он с какой-то шваброй под ручку.

Левочка опять меня покинул и бродил серди столов, время от времени что-то пробуя. Выражение лица его соответственно менялось от радостного удивления до брезгливой гримасы. Он подошел к столику с коктейлями. Надеюсь, догадается мне принести. Паша вон уже несет для Лили. Левочка помахал мне и показал на коктейль. Я согласно кивнула в ответ.

Тогда он взял два фужера, и понес их с величайшей осторожностью. Но, сосредоточившись на коктейлях, он нечаянно толкнул какую-то женщину и, конечно, слегка облил ей юбку. Она так заорала, как будто ей на голову его вылили. Левочка испугался и шарахнулся в сторону, задев при этом нашу Марину, но она ловко увернулась, так что почти не пострадала, несколько капель попало на блузку. Я поспешила ему на помощь, и мы благополучно добрались до места. Стоя вчетвером в сторонке попивали коктейли и приятно беседовали. Я с Лилей, а Левочка с Пашей, морочил ему голову салатными ингредиентами. «Господи, – вспомнила я, – надо же ввернуть про поездку в Гуськово». И стала ждать подходящего момента, приглядываясь к Паше. Неужели все-таки он? Ну, надо же, а строил из себя такого хорошего, и жена симпатичная.

– Здравствуйте молодежь! – Я и не заметила, как подошел Игорь Моисеевич. – Ну, какие планы на ближайшее будущее?

К шефу подошел Георгий со своей спутницей. Я подумала, что лучшего момента может не быть и ввернула совершенно некстати, заготовленный текст про поездку на дачу в Гуськово, не забыв про Цветочную улицу, дом 2

Игорь Моисеевич вспомнил, что его приятели снимают там дачу, и стал очень обстоятельно и нудно рассказывать, как туда проехать. «Да знаю я прекрасно, как туда проехать, заткнись уже». Левочка тихо смылся, а Игорь Моисеевич вдруг вспомнил про объездную дорогу на Гуськово и опять начал нудить, как лучше ехать. Нет! Я с ума сойду! Опять это слушать! Лиля переминалась с ноги на ногу, не зная как его прервать. Зато Паша и Георгий слушали очень внимательно. Кто же из них?

– Это не твой спутник? – Вдруг спросила Лиля, показав куда-то в сторону.

– Да. Это Левочка! – Обрадовалась я возможности достойно удалиться. – Что это с ним?

Левочка стоял рядом с Ленкой, прижавшись к ней животом и нелепо подняв руки в стороны. Она красная и злая что-то выговаривала ему.

– Абрам! – Закричал Левочка, увидев меня. Все, как по команде, повернули головы в мою сторону. Я покраснела, но взяла себя в руки, встряхнула головой, как Миронов в «Бриллиантовой руке» и направилась к нему, чтобы выяснить, в чем дело. Вообще-то, мне хотелось, ничего не выясняя, просто придушить его.

Неожиданно и очень кстати появилась Нинка. Она сразу увидела своего мужа, трудно было его не заметить, и подходила к нему с противоположной стороны. Глаза ее были прищурены, а губки поджаты. Это не предвещало ничего хорошего. Левочка ее тоже увидел и радостно закричал:

– Гена! Иди скорее сюда!

– Иду, иду, – очень спокойно отозвалась она, но губы поджала еще сильнее. Теперь все смотрели на Нинку, недоумевая, где же Гена.

– Хотелось бы знать, что здесь происходит, – обратилась она к Ленке.

– Этот придурок зацепился пуговицей за мой гипюровый шарф, – чуть не плача объясняла Ленка. Левочка фыркнул на «придурка» и поднял руки еще выше.

– Во-первых, он не придурок, – строго сказал Нинка. – А, во-вторых, не могли бы вы снять свой нелепый шарфик, тогда будет проще отцепить.

– Я не могу его снять! – истерично вскрикнула Ленка. – Он закрывает бретельки от лифчика, – добавила она уже тише.

– Меня мало интересуют ваши бретельки, – сухо ответила Нинка, быстро стащила с нее шарф и отцепила своего мужа. Ленка моментально прикрылась опять своим шарфом, а Левочка, оказавшись на свободе, с облегчением вздохнул:

– Уф, ты во время пришла, Заяц. Я так тебе рад. Пойдем, я хочу тебе кое-что сказать.

Она улыбнулась и вопросительно подняла брови.

– В салатах наметилась новая тенденция, туда добавляют грецкие орехи и яблоки.

– Какая прелесть! – Воскликнула Нинка и посмотрела на него с жалостью. – Ну, как вы тут? Веселитесь? – Она обернулась ко мне.

– Обхохочешься, – мрачно ответила я.

– Сейчас мы это исправим, – обнадежила она и рассказала последний анекдот. Рассказала красочно и ярко. Народ стал прислушиваться и подтягиваться поближе. Я всегда завидовала ее умению смешно рассказывать разные истории, не говоря уж об анекдотах. Недаром, она адвокат. У них у всех, наверное, язык подвешен хорошо.

Постепенно веселье в нашем углу привлекло всеобщее внимание. К нам потянулись почти все приглашенные, кроме нескольких нерешительных, которые бросали завистливые взгляды в нашу сторону.

Около меня увивался симпатичный парень, он веселил компанию остроумным рассказом о своем отдыхе на Канарах, и при этом бросал на меня выразительные взгляды. Разговоры плавно перешли на тему путешествий. Оказалось, что почти все побывали за границей, причем на таких курортах, о которых я и не слышала. Мне стало завидно, к сожалению, похвастаться было нечем. За границей я еще не была, но загранпаспорт сделала, думала, что поеду к отцу.

– Вы любите «Маргариту»? – Парень с «выразительными взглядами» протягивал мне коктейль. Я засомневалась – перед этим уже выпила три ли четыре, голова слегка кружилась. Не хватало еще напиться, но коктейль все-таки взяла.

Мы познакомились. Его звали Сергей. Он был очень высокий, русый с голубыми глазами и смешным курносым носом. Красивым назвать его было нельзя, но он был симпатичным, и главное, веселым. Через несколько минут я хохотала как сумасшедшая над эпитетами, которыми он награждал окружающих. Мы выпили еще по коктейлю и пошли танцевать. Мне было удивительно хорошо и весело. Я напрочь забыла про Левочку, Нинку, Пашу, Георгия, девчонок и наш план.

– Хватит пить! – Нинка внезапно оказалась передо мной, в голосе звучало осуждение.

– Да брось ты, – отмахнулась. – Слушай, а где Дудыкина?

Она взглянула на часы. – Хорошо, что ты напомнила про нее. Это ведь она провела меня сюда, а сама направилась на встречу с клиентом, я тоже должна туда подойти. Пожалуй, мне пора, – Нинка подошла к Левочке, я подумала, что он тоже уйдет. Но, не тут-то было. Нинка ушла одна.

В зале наметилось движение. Оказывается, нас приглашали в другой зал, где был накрыт стол внушительных размеров буковой «П» как обычно на банкетах. Распорядитель стал нас рассаживать.

Я хотела плюхнуться где-нибудь с краю, но, оказывается, у каждого прибора лежала карточка с фамилией. Меня посадили прямо посередине спиной к залу. Сергей с сожалением меня покинул и сел в конце стола. Справа от меня место пустовало, видимо это для спутника, то есть Левочки, слева уселся высокий мужчина лет пятидесяти с очень строгим лицом. Покосился на меня и пожал плечами, как бы недоумевая, как такая легкомысленная особа сюда попала. Я хотела показать ему язык, но в последний момент раздумала и только закивала ему, пропев «Свои». Он резко отвернулся. «Ути, пути, какие мы гордые. Да плевать мне на тебя». И в тот же миг, подняв глаза, увидела Сашу.