Рейд выживших - Сизов Вячеслав Николаевич - Страница 52

Второе. Отряд «Лейтенанта» после совершенной диверсии обычно несколько дней отлеживается в лесах, переваривая захваченные трофеи. Они используют наше обмундирование и технику, но не так грубо и открыто. Это совершенно не в его стиле. Ему, как и всякому диверсанту, противопоказан шум. Мне думается, что «мясники» сейчас где-то в лесах под Барановичами и следующий удар будет нанесен именно здесь. Или по городу, или по станции Лесная. Слишком жирные «кабанчики» его тут ждут – лагеря для военнопленных, аэродром, радиоцентр. Он не может их оставить без внимания.

– Возможно, ты и прав. О своем видении ситуации ты сообщал?

– Да. Я его озвучил на совещании по итогам расследования. Мое мнение приняли во внимание…

– Кстати, вчера мы говорили про Могилевича. Сержанта, предположительно, из состава «мясников». Помнишь?

– Да, помню. А что?

– Его отряд в очередной раз отличился. Они выследили наших украинских помощников и практически полностью уничтожили остатки батальона во время отдыха. Самое удивительное в том, что они добили всех раненых, кроме нескольких наших тяжелораненых представителей в данной части. Сообщив им, что соблюдают международные договора…

– Надеюсь, преследование этого отряда осуществляется?

– Да, но они снова растворились в лесу…

Девятнадцатого июля 1941 г. по приказу рейхсфюрера СС Г. Гиммлера 1-й и 2-й кавалерийские полки СС с 21 июля отправляются в распоряжение старшего начальника СС и полиции по тылу группы армий «Центр» в России фон Бах-Зелевски в Барановичи для систематического прочесывания Припятских болот. (РИ)

Из протокола допроса старшего лейтенанта Максимова Григория Ивановича, 1918 г.р., русского, члена ВКП(б) с 1940 г., бывшего командира танковой роты… – го танкового полка 36-й танковой дивизии

20 июля 1941 г., Москва

– О вашем участие в боях под Барановичами и попадании в плен я знаю. Кроме ваших показаний, у меня есть рапорт командира вашего батальона об обстоятельствах того боя. Расскажите, как вы попали в отряд лейтенанта Седова.

– При этапировании в лагерь для военнопленных. Конвой был атакован переодетыми в немецкую форму бойцами лейтенанта Седова. Бойцы действовали очень решительно. Им потребовалось всего несколько минут, чтобы уничтожить двадцать вооруженных охранников.

– Седов тоже был одет в немецкую форму? Принимал ли он непосредственное участие в нападении на конвой? Откуда вы узнали, что действовали бойцы НКВД?

– Лейтенант Седов в форме немецкого офицера руководил действиями своих бойцов. О том, что нас освободили бойцы НКВД, я узнал во время общего построения личного состава освобожденных и во время проверки.

– Кто проводил вашу проверку?

– Опрашивали нас бойцы погранвойск НКВД. Среди пленных было несколько танкистов из моей роты и нашего батальона. Они подтвердили мои показания.

– Сколько всего было в колонне военнопленных?

– Сто пять человек. Пятерых потом расстреляли.

– Почему?

– Они не прошли проверку и оказались предателями. Решение об их расстреле принял трибунал.

– Вас не удивили действия лейтенанта Седова?

– Нет. Я считаю, что все было сделано правильно. Предатели признались в своих действиях, и они получили по заслугам.

– Что было потом?

– Мы были включены в состав отряда. Мне было поручено командование танковой ротой, собранной из захваченной и брошенной бронетехники. Она состояла из трех взводов. Двух взводов на нашей технике и взвода на трофейной. В роте имелось два средних «Т-28», четыре «Т-26», два «артштуга», два немецких танка «Т-2». Экипажи на них собрали из бойцов отряда и освобожденных из плена. Моим заместителем был сержант Козлов. Он же командовал взводом трофейных танков и самоходок. Сам же я командовал взводами наших танков. Насколько я знаю, Козлов в отряде чуть ли не с первого дня, вместе с лейтенантом Седовым сражался в Брестской крепости.

– В отряде была еще бронетехника?

– Да. Трофейные бронетранспортеры и переделанные в самоходные зенитные установки артиллерийские тягачи и шасси легких танков.

– Откуда у отряда столько бронетехники?

– По словам Козлова и бойцов отряда, она была захвачена у врага в боях за Брест и во время операций на аэродроме в Пружанах.

– Какие в отряде еще подразделения?

– Штурмовая рота, состоящая из нескольких штурмовых взводов бронепехоты на бронетранспортерах, взвод егерей, снайперский взвод. Командует ими непосредственно Седов. Артиллерия представлена – батареей 76-мм орудий, батареей 82-мм минометов, зенитной самоходной батареей из трех 20-мм и 37-мм орудий. Часть зенитных орудий перевозились на прицепах. Транспортная рота, ремонтный взвод и рота тыла во главе со старшиной Гороховым. Медицинский, саперный и радиовзвод. Взвод управления и разведки. Штабная группа. Еще была группа летно-технического состава и несколько подразделений, действовавших в отрыве от отряда.

– Как передвигался отряд по тылам противника?

– Под видом колонны врага. В светлое время суток отряд двигался по лесным дорогам. Лишь однажды ночью мы шли по Минскому шоссе. Впереди отряда шла разведывательная мотогруппа со знающими немецкий язык бойцами в форме полевой жандармерии на мотоциклах и бронетранспортерах. Затем основная колонна, и уже потом арьергард на бронетранспортерах и двух грузовиках с зенитными установками.

– Грузовики были наши или трофейные?

– В большинстве своем полноприводные трофейные трех- и пятитонные «Мерседесы» и «Опель-Блицы». Кроме них, было несколько легковых, штабных, радиомашин, ремонтных автомобилей и санитарных автобусов. Несколько грузовиков не выдержало нагрузки и сломалось. Они ремвзводом были разобраны на запчасти.

– Вы участвовали в боях в составе отряда?

– Только в последнем. Позавчера.

– Расскажите о нем.

– Штабом отряда была разработана операция по захвату аэродрома в селе Березовка Барановичского района Барановичской области. Там базировалась группа немецких бомбардировщиков. В атаке на аэродром принимали участие все подразделения отряда. Моей танковой роте совместно с бронепехотой была поставлена задача – сразу же после завершения артподготовки атаковать аэродром со стороны леса через проходы в минных полях. Из состава роты были выделены несколько танков для организации засад на Минской трассе и дороге из Слонима.

Обстрел аэродрома начался в 3 часа 15 минут. Огонь вели все орудия и минометы отряда. Первые же залпы дали хороший результат. Были накрыты палатки летного и технического состава, связистов, рот охраны, позиции зенитчиков. В отстреле разбегающихся солдат и офицеров врага участвовали снайперы и егеря, еще ночью подобравшиеся ближе к аэродрому. Артналет длился десять минут. Затем нам поступила команда «Вперед». Под прикрытием пехоты мы двигались следом за огневым валом, давя и уничтожая огненные точки и живую силу врага. Немцы сопротивлялись, стараясь зацепиться за заранее подготовленные позиции. Отступать, кроме как на берег пруда, им было некуда. Так как мы, наступая, загоняли их на их же собственное минное поле. Отстреливаясь, они подбили два «Т-26». Один из экипажей погиб, второй удалось спасти. Гибли и пехотинцы. Три бронетранспортера были повреждены. Тем не менее враг был уничтожен. Пленных не брали.

Сразу после захвата аэродрома нашу роту Седов направил на помощь засадным группам в сторону Барановичей и железнодорожной станции Лесная. К этому времени там уже шел бой и бойцы под напором немцев отступали к перекрестку дорог. С нашим прибытием ситуация изменилась в нашу пользу. У врага там наступала пехота без поддержки бронетехники. Часть их колонн, попав в минную ловушку и засаду, были уничтожены из пулеметов и зенитных орудий. Немцев было до батальона. По ним отработали артиллеристы, а следом ударили мы, уничтожив около роты врага и отбросив его назад. По приказу Седова преследование было прекращено и мы перешли к обороне, удерживая перекресток дорог на шоссе.

– Когда и где вы получили ранение, я знаю из рапорта Седова. Но мне хотелось бы услышать об этом от вас.