Рейд выживших - Сизов Вячеслав Николаевич - Страница 48

В Полесье (РИ)

В первой половине июля 1941 года 232-я стрелковая дивизия, как и другие дивизии Второго стратегического эшелона, выделила для действий в предполье (западнее Днепра) усиленный батальон, который возглавил подполковник Л.В. Курмышев; в ходе боевых действий он подчинил себе действовавшие в этом же районе Бепо 51 и 52 (из состава 6-го отдельного дивизиона бронепоездов 21-й армии; зона ответственности – железнодорожные ветки Гомель – Калинковичи – разъезд Старушки и Бобруйск – с

танция Рабкор). Кроме того, он усиливался за счет отступавших подразделений, разгромленных в приграничном сражении советских дивизий. Со штабом отряда в районе Карпиловка (поселок Октябрьский) связались остатки 24-й стрелковой дивизии и 11-го мехкорпуса.

Согласно оперсводке штаба Западного фронта, к 15.00 15 июля отряд Курмышева вышел на рубеж Дражня, Ковчицы (севернее и северо-западнее Паричи) фронтом на северо-восток; на западе он занимал фронт Глуск, Заполье. В этот же день при поддержке бронепоездов он атаковал Орсичи, но был отбит.

Из воспоминаний начальника оперативного отдела штаба 66-го стрелкового корпуса Г. С. Здановича: «Я был поражен, когда убедился, что этот полумифический, в моем представлении, отряд действительно существует и успешно ведет боевые действия с противником. Среди местного населения о нем ходили легенды. На отряд Курмышева стали ориентироваться и только что создававшиеся партизанские группы. Рассказывали, что, вступив в бой с противником у разъезда Ротмировичи, отряд подбил пятнадцать бронемашин, уничтожил до полусотни гитлеровцев. На станции Рабкор похоронены первые павшие в бою бойцы отряда. Совместно с партизанами дерзким налетом был разгромлен штаб противника в селе Глуша.

С самим Курмышевым мне не пришлось встретиться, но составилось впечатление о нем как о мужественном, распорядительном командире, умеющем действовать самостоятельно в очень сложной обстановке. Качества в то время довольно редкие».

17 июля в штаб Западного фронта прибыл назначенный 11 июля новый командующий 4-й армией – г?енерал-майор К.К. Рокоссовский, отозванный с Юго-Западного фронта. (РИ)

В тот же день он убыл в штаб 4-й армии, которую вывели на доукомплектование в тыл. (АИ)

(РИ) Армии было приказано занять оборону на Кричевском направлении по рр. Проня и Сож. Состояние войск было таково:

28-й стрелковый корпус:

– 143-я стрелковая дивизия (6847 чел., 14 орудий) двухполкового состава (635 и 800 сп; третий полк «еще не разыскан», вскоре он принял участие в боевых действиях в Полесье) заняла оборону по восточному берегу рр. Бася и Проня в районе Чаусы (рубеж Бординичи, Ключ), штаб дивизии – Драниха, восточнее Чаус;

– 42-я стрелковая дивизия (9370 чел., 11 орудий) заняла оборону по восточному берегу р. Проня на рубеже Закрупец, устье р. Проня и далее западнее Пропойска;

– 55-я стрелковая дивизия (5430 чел., 33 орудия) вела оборонительные работы от Пропойска (иск.) до Старая Каменка (на р. Сож южнее Пропойска); ее 84 лап выдвинут в район Пропойска; штаб дивизии – Сычин, юго-восточнее Пропойска;

– 6-я стрелковая дивизия (6080 чел.) переформировывалась в районе Краснополье (во втором эшелоне армии); к утру 13 июля ее «вооруженную часть» выводили в район Чериков.

47-й стрелковый корпус:

– 121-я стрелковая дивизия (578 чел.) – Новозыбков; ее 503 гап оставлен на огневых позициях в полосе 63-го корпуса 21-й армии в районе Рогачева;

– 155-я стрелковая дивизия (582 чел., 3 орудия) – Климово.

Корпусные артполки:

– 462 кап (1641 чел.) – на огневых позициях восточнее Пропойска;

– 455 кап (399 чел.) – на укомплектовании в Веприне (юго-восточнее Чериков);

– 420 кап – Кричев, планировалась переброска в Новозыбков;

– 447 кап – Смоленск.

В частях и соединениях 4-й армии почти полностью отсутствовала артиллерия (фактически в распоряжении армии находились только 84 лап 55-й дивизии и 462-й корпусный артполк). Отсутствовали спецчасти. Это неудивительно, так как 6-я и 42-я дивизии представляли собой остатки дивизий, разгромленных в районе Брестской крепости, а 55-я и 143-я дивизии уже участвовали в тяжелых боях с превосходящим противником и пережили трудности отступления.

Реально тыловой рубеж от Чаус до Пропойска могла занять только часть дивизий 28-го стрелкового корпуса и 462 кап. При этом никакого взаимодействия «тыловой» 4-й армии с 13-й армией, оборонявшейся на линии Днепра, организовано не было.

Хорошо живут немецкие летчики. Весело, спокойно. Хоть и дорога на Слоним через деревню проходит, и войсковые колонны по ней идут и пыль столбом поднимают, но все равно тихо. Никто не нападает. Даже мухи не кусают. Воздух чистый и свежий. А что вы хотели? Лес с трех сторон, а с четвертой – огромный пруд с чистейшей водой. Одним словом, санаторий. Живи не хочу. Вот они и наслаждаются жизнью. Аэродром расположился на краю села. В восточной его части. С дороги на Тартаки и Барановичи его не видно, жилые дома да огороды с садами закрывают. Вольготно тут немцы расположились. Все у них как должно быть в нормальной воинской части. Охрана, хорошее снабжение, спортмероприятия, культурная программа и симпатичные, доступные женщины по вечерам и ночам.

Вот уже вторые сутки я изучаю жизнь аэродрома Березовка. Хороший аэродром. Самолетов много. Одних бомбардировщиков около двух десятков. А еще тут стоят транспортники, истребители, ремонтники, зенитчики, механики, водители и строители. Всего порядка восьмисот человек, не считая охраны. Наши похождения в Пружанах не остались немцами незамеченными. Охрана усилена. Ладно бы стояли солдаты старших возрастов, так нет. Самых здоровых навыставляли, из охранных частей. Вот и несут тут службу две роты охранного батальона. Хорошо так несут, правильно и активно. С дозорами и секретами, минными полями и сигналками. На вооружении у них наши трофейные танки «Т-26» и броневики «БА-6». В деревне пехотный взвод расположен. Остальные в палатах на аэродроме кучкуются. И как тут брать аэродром? У меня вон больше двадцати летчиков без самолетов сидят. В небо хотят, сил нет удержать. А тут такое усиление. Нет, мы аэродром взять можем. Правда, придется сильно нашуметь, а это не совсем хорошо. До Минской трассы рукой подать, а по ней колонна за колонной прут на восток. Пехота, артиллерия, танки, грузовики снабжения. Частенько местом отдыха они выбирают лес недалеко от поворота с трассы на Березовку. А до аэродрома тут только пару километров пробежать. Так что на первые же выстрелы народа набежит море, и к нам придет «северный зверек». Отступать тут можно только в лес, в сторону Барановичей. Когда сюда добрались, то нам пришлось по дороге деревню стороной обходить. По-другому от лишних глаз не скроешься. Немцы на станции Лесная, что тут неподалеку, решили лагерь для военнопленных организовать. Тысяч на двадцать наших горемык, а в охрану к ним приставили охранный батальон. Пленных по железной дороге из Минска и Барановичей подвозят. Железнодорожный мост через Мухавец мы взорвали. Так немцы до ближайшей станции со стороны Кобрина подъезжают, разгружают, дальше по шоссе пешочком до станции Оранчицы, и опять в вагоны и вперед к Минску или еще куда. То же самое и в обратную сторону происходит. Погрузочно-разгрузочные работы пленные проводят, а на железной дороге паровозные бригады тоже из наших. Бяку немцам мы сделали, да они выход нашли. Мост, кстати, быстро восстанавливают. Скоро опять в дело пустят. Одно хорошо. Заставили мы охрану мостов усилить, войска с фронта снять. Опять же нас они усиленно ищут. Могилевичу вон на хвост наступили. Гоняют по лесу. Вчера вечером последний раз на связь вышел, сказал, что его к болоту прижали и минометами кроют. Сегодня уже на связь не вышел. Спасибо его парням: дали нам неделю на подготовку и выход в нужный квадрат. Их бросок к Волковыску не прошел даром. Три обстрелянные и уничтоженные колонны снабжения, обстрел батальонной колонны, две успешные засады на погоню, освобождение пленных – все это на счету группы младшего сержанта. Немцы принялись за них уже на вторые сутки рейда. Какой-то умник из их штабов правильно рассчитал маршрут группы и ударил охранными частями сразу с трех сторон, загоняя отряд в болота. Дальнейшее понятно. Тяжелое вооружение и часть запасов парни потеряли еще пару дней назад. Даже с учетом пополнения из освобожденных пленных продержаться или пробиться из окружения они вряд ли смогут. Единственный возможный путь спасения – отход в болота. Там затихариться и продержаться хотя бы пару недель. Потом немцы ослабят хватку, поуспокоятся, тогда уже можно будет идти на прорыв.