Хрестоматия по истории СССР. Том 1 - Тихомиров М. Н. - Страница 91

105. ЧЕНСЛЕР. О РУССКОМ ВОЙСКЕ

Ричард Ченслер, англичанин, прибыл в Россию на корабле «Bonaventure», попавшем случайно к южному берегу Белого моря. 21 августа 1553 г. Ченслер побывал в Москве и в марте 1554 г. уехал в Англию.

Нами приведен отрывок из его сочинения «Книга о великом и могущественном царе» («Чтения в Обществе истории и древностей российских», 1884, кн. 4, стр. 5–6).

Этот князь — повелитель и царь над многими странами, и его могущество изумительно велико. Он может вывести в поле 200 и 300 тысяч людей; сам он никогда не выступает в поле менее, чем с 200 тысяч людей, и когда он выступает в поход — еще оставляет на границах войска, численность которых не мала. На Лифляндской границе он держит до 40 тысяч человек, на Литовской — до 60 тысяч, против ногайских татар тоже 60 тысяч людей — просто удивительно слышать, к тому же он не берет на войны ни крестьян, ни торговцев. Все его военные — всадники, пехоты он не употребляет, за исключением служащих при артиллерии и прислужников, которых будет тысяч 30. Всадники-стрелки имеют такие же луки и ездят верхом так же, как и турки. Доспехи их состоят из кольчуги и щита на голове. Некоторые покрывают свои кольчуги бархатом или золотой или серебряной парчей; это их страсть одеваться роскошно в походе, особенно между знатными и дворянами. Как я слышал, — украшения их кольчуги очень дороги, отчасти это я и сам видел, иначе едва ли бы поверил. Сам князь одевается богато выше всякой меры; его шатер покрывается золотой и серебряной парчей, до того усыпанной драгоценными камнями, что чудно смотреть; я видал шатры королей английского и французского, которые великолепны, однакоже и не походят на этот.

Я думаю, что под солнцем нет людей, способных к такой суровой жизни, какую ведут русские. Хотя они проводят в поле два месяца, когда промораживает землю уже аршина на 2 вглубь, но простой солдат не имеет ни палатки, ничего либо иного над головой; обычная их зашита против непогоды — войлок, выставляемый против ветра и непогоды; когда навалит снегу, солдат сгребает его, разведет себе огонь, около которого и ложится спать. Так поступает большая часть из них, исключая дворян, доставляющих себе на собственный счет другие припасы. Но и такая жизнь в поле не так удивительна, как их крепость: каждый должен добыть и привезти провизию для себя и своей лошади на месяц или на два; сам он питается водой и овсяной мукой, смешанными вместе[129], лошадь его ест зелень и ветки и т. п. Несмотря на все это, русский работает и служит очень хорошо. Спрошу я вас, много ли найдется между нашими хвастливыми воинами таких, которые могли бы пробыть с ними в поле хотя бы один месяц.

Не знаю ни одной страны около нас, которая славилась бы такими людьми и животными. Теперь, что могло бы быть совершено этими людьми, если бы они были выучены порядкам и познаниям цивилизованных войск. Если бы этот князь имел в своей стране людей, которые могли бы выучить их вышесказанным вещам, то я думаю, что два лучших и сильнейших христианских государя не могли бы соперничать с ним, вследствие его могущества, суровости и выносливости его народа и лошадей и тех незначительных издержек, которых стоят ему войны. Исключая иностранцев, князь не платит никому жалованья (иностранцы получают ежегодное жалованье, но небольшое); воины из его областей служат на собственный счет, исключая, что стрельцам он дает жалованье на порох и пули, т. е. в его землях никто не получает ни гроша жалованья. Если же кто-нибудь заслужит перед ним, то князь жалует ему поместье или кусок земли, за что получивший обязан быть всегда наготове явиться с таким числом людей, какое укажет князь.

106. ЧЕНСЛЕР. О ТОРГОВЛЕ РУССКОГО ГОСУДАРСТВА

Нами приведен из сочинения Ченслера (см. № 105) отрывок о торговле в Русском государстве («Чтения в Обществе истории и древностей российских», 1884, кн. 4, стр. 1–2).

Россия — страна, богатая землей и населением, в изобилии имеющим находящиеся там произведения. Между жителями очень много рыбаков, ловящих семгу и треску; у них также много масла, ворвани, наибольшее количество которого добывается около р. Двины; добывается оно также и в других местах, но не в таком количестве; жители также много промышляют вываркой соленой воды. В северных частях этой страны есть место, где ловят пушных зверей: соболей, куниц, серых медведей, лисиц белых, черных и красных, выдру, горностаев, белок и оленей; там же добывают клыки от рыбы, называемой морж. Охотники за этими зверями живут у г. Пустозерска; на оленях они привозят свою добычу в г. Лампожню для продажи, а оттуда ее везут в Холмогоры, где в николин день бывает большая ярмарка.

К западу от Холмогор находится город Новгород, около которого растет прекрасный лен, конопля, много также воску и меду.

Голландские купцы имеют в Новгороде свой складочный дом; очень много в Новгороде и кожи, равно как и в городе Пскове, в окрестностях которого тоже великое изобилие льна, конопли, воску и меду.

Новгород отстоит от Холмогор на 120 миль. Находится здесь еще город Вологда, его предметы торговли: сало, воск и лен, но не в таком большом количестве, как в Новгороде. От Вологды до Холмогор течет р. Двина, впадающая затем в море. Холмогоры снабжают Новгород, Вологду и Москву со всеми окрестными областями солью и соленой рыбой. От Вологды до Ярославля 200 миль. Последний очень большой город. Здесь находятся: кожи, сало, хлеб в очень большом количестве, есть и воск, но его не так много, как в других местах.

От Ярославля до Москвы 200 миль. Между ними область усеяна деревушками, замечательно преполненными народом. Земля эта изобилует хлебом, который обитатели возят в громадном количестве в Москву. Утром можно встретить 700 и 800 саней, везущих хлеб, а некоторые рыбу. Попадаются везущие хдеб в Москву, а также и оттуда — это живущие по крайней мере за 1000 миль; весь их обоз на санях. Они живут в северных частях владений княжеских, где холод не позволяет хлебу расти, такой жестокий там холод. Они привозят сюда рыбу, меха, шкуры. В этих местах и скота немного.

107. ОТМЕНА КОРМЛЕНИИ (1556 г.)

Никоновская летопись. «Полное собрание русских летописей», т. XIII, стр. 267.

Лета 7064 (1556) года, сентября 20 дня, царь и великий князь Иван Васильевич всеа Русии з своею братиею и з боляры приговорил о кормлениях и о службе всем людем, как им вперед служити; а по се время князи, бояры и дети боярские сидели по кормлениям, по городам и по волостем, для росправы людем и всякого землям устроения, и собе от служеб для покоя и прокормления. На которых городех и волостех были в кои лета наместники и волостели, тем градом и волостем росправу и устрой делати, а от всякого их лиха обращали на благое, а сами были доволны оброкы свои и пошлинами указными, что им государь уложил.

И вниде в слух благочестивому царю, что многие грады и волости пусты учинились, наместники и волостели изо многых лет, презрев страх божий и государьскые уставы, много злокозненых на них дел учиниша, и не быша им пастыри и учители на благое, но сотворишася яко волпи гонители и разорители; тако ж тех градов горожане и волостей мужики многия коварства и убивсгва людем содеяша, и как сойдут наместники и волостели с кормления, и мужики многими иски отыскивают, и много в том кровопролития и осквернениа душам содеяша, их же не подобает в христианском законе ни слышати. Многие наместники и волостели и старого своего стяжания лишишася, живота и отчизны избыша. Царю же благочестивому обычай есть, да начало его премудрости страх господень будет и да во всем перед богом чиста себя соблюдает, оаавя свои царские вся потели, тщится по христе волю его сотворити во всем и порученные ему царства соблюсти, и устроити подобающую правду, и оборонити от всех иноверных басурман и латин.