Хрестоматия по истории СССР. Том 1 - Тихомиров М. Н. - Страница 20

Согрешихом, и казними есмы; якоже створихом, тако и стражем: городи вси опустеша, села опустеша; прейдем поля, идеже пасома беша стада конь, овця и волове, все тоще ныне видим, нивы поростъше, зверем жилища быша…

Половци воеваша много, и възвратишася к Торцьскому и изнемогоша людье в граде гладомь, и предашася ратным; половци же, приимше град, запалиша и14 огнем, [и] люди разде-лиша, и ведоша в веже15 к сердоболем своим и сродником своим, мъного роду хрестьянска стражюще: печални, мучими, зимою оцепляеми, в алчи и в жажи и в беде опустневше лици, почерневше телесы; незнаемою страною, языком испаленым, нази ходяще и боси, ногы имуще сбодены терньем; со слезами отвещеваху друг к другу глаголюще: «аз бех сего города», и други: «а яз сея вси»16, тако съупрашаются со слезами, род свой поведающе и въздышюще…

И в 20 того же месяца17 в пяток, [1 час дне], приде второе Боняк18 безбожный, шелудивый, отай, хыщник, к Кыеву вне-запу, и мало в град не въехаша половци, и зажгоша болонье19 около града, и възвратишася на манастырь и въжгоша Стефанов манастырь и деревней Герьманы. Й придоша на манастырь Печерьскый, нам сущим по кельям почивающим по заутрени, и кликнуша около манастыря, и поставиша стяга два пред враты манастырьскыми, нам же бежащим задом манастыря, а другим възбегшим на полати. Безбожные же сынове Измаилеви высекоша врата манастырю, и поидоша по кельям, высекающе двери и изношаху аще что обретаху в кельи; посемь въжгоша дом святыя владычице нашея богородица, и придоша к церкви и зажгоша двери, яже к угу20 устроении, и вторыя же к северу, [и] влезше в притвор у гроба Феодосьева, емлюще иконы… Тогда же зажгоша двор Красный, его же поставил благоверный князь Всеволод на холму, нарецаемем Выдобычи21: то все оканнии половци запалиша огнемь…

В это время (1093 г.) пошли половцы на русскую землю; услыхав, что умер Всеволод, послали послов к Святополку о мире. Святополк не стал думать со старшей дружиной отца и дяди своего, учинил совет с пришедшими с ним (из Турова), схватил послов и посадил их в избу. Половцы, услыхав про это, начали воевать. Пришло много половцев, и обступило город Торческ…

Святополк, Владимир и Ростислав, изготовив дружину к бою, пошли: шли с правой стороны Святополк, с левой — Владимир, а посредине — Ростислав. Миновали Триполь и прошли вал. Вот половцы пошли против русских и стрелки — впереди. Наши стали между валами, поставили боевые знамена свои, и двинулись стрелки из-за вала. Половцы подошли к валу, поставили свои боевые знамена, напали, прежде всего, на Святополка и сломили войско его. Святополк стоял крепко, а люди побежали, не стерпев натиска (вражеских) воинов, а после побежал и Святополк… Побежали и Владимир с Ростиславом…

Шли лукавые сыновья Измаила, поджигали села и гумна, много церквей сожгли. Пусть никто не удивляется этому, где много грехов, там видим всяческое наказание…

Согрешили и получаем наказание; как сделали, так и страдаем; города все опустели, села опустели, пройдем через степи, где паслись стада коней, овец и волов; все теперь видим в оскудении, нивы заросли, стали жилищем для зверей…

Половцы много разорили и возвратились к Торческу. Изнемогали люди в городе от голода и сдались врагам. Половцы, захватив город, сожгли его, людей поделили и повели к своим жилищам, к близким и родичам своим. Много рода христианского пострадало: печальные, мучимые, оцепеневшие от холода, от голода, жажды и беды, осунувшиеся лица, почерневшие тела; незнакомой страной, с воспаленным языком, нагие и босые, с ногами, ободранными тернием, со слезами отвечали друг другу, говоря: «Я был из такого города», а другой: «а я — из такого села», — так разговаривают со слезами, говоря о родстве своем и вздыхая…

20 числа того месяца (июля 1096 года), в пятницу, в 1 час дня, пришел второй раз Боняк, безбожный, паршивый, хищник, тайком к Киеву внезапно, едва в город не въехали половцы, зажгли низменное поречье и повернули к монастырю, сожгли Стефанов монастырь и деревни Германовы.

Пришли (половцы) к монастырю Печерскому, когда мы в кельях отдыхали после заутрени, закричали около монастыря и поставили два боевых знамени около монастырских ворот; мы бежали монастырскими задами, а другие взбежали на полати (хоры). Безбожные сыновья Измаила выломили ворота у монастыря, разошлись по кельям, выламывали двери и выносили, если что находили в келье; потом зажгли храм святой владычицы нашей богородицы, пришли к церкви и зажгли двери, что к югу устроены, а вторые — к северу, влезли и в притвор у гроба Феодосия, срывали иконы… Тогда же зажгли двор Красный, его поставил благоверный князь на холме — названием Выдобычи: то все окаянные половцы спалили огнем.

33. ЛЮБЕЧСКИИ СЪЕЗД В 1097 г

Из «Повести Временных лет» по «Лаврентьевскому списку», СПБ 1910.

В лето 6605. Придоша Святополк[31] и Володимер2 и Давыд Игоревиче3 и Василко Ростиславичь4 и Давыд Святославичь, и брат его Олег5, и сняшася Любячи6 на устроенье мира, а глаголаша к собе, рекуще: «почто губим Русьскую землю, сами на ся котору7 деюще а половци землю нашю несуть розно, и ради суть, оже межю нами рати; да ныне отселе имейся по едино сердце, и блюдем Рускые земли, кождо да держить отчину свою: Святополк Киев, Изяславлю, Володимерь Всеволожю, Давыд и Олег и Ярослав Святославлю; а имже роздаял Всеволод городы, Давыду Володимерь, Ростиславичема Перемышьль Володареви8, Теребовль Василкови». И на том целоваша кресть: «да аще кто отселе на кого будеть, то на того будем вси и кресть честный»; рекоша вси: «да будеть на нь [хрест честный] и вся земля Руськая»; и целовавшеся поидоша всвояси…

В 1097 году пришли Святополк, Владимир, Давыд Игоревич, Василъко Ростиславич, Давыд Святославич и брат его Олег и съехались в Любече для установления мира, говоря между собой: «Зачем мы губим русскую землю, учиняя распри между собою? А половцы нашу землю разоряют и рады, что между нами междоусобия. С этих пор будем все единодушны и храним землю русскую, пусть каждый держит отчину свою: Святополк — Киев, Изяславлю (отчину), Владимир — Всеволожу, Давыд, Олег и Ярослав — Святославлю, а также кому раздал Всеволод города: Давыду — Владимир, Ростиславичам — Перемышль Володарю, Теребовль — Васильку». И на том целовали крест: «Если отныне кто будет против кого, на того будем все и крест честный». Сказали все: «Пусть будет на него крест честный и вся земля русская». И давши клятву, пошли каждый к себе…

34. ДОЛОБСКИЙ СЪЕЗД И ПОХОД НА ПОЛОВЦЕВ

Из «Повести Временных лет» по «Лаврентьевскому списку», СПБ 1910.

В лето 6611[32]. Бог вложи в сердце князем Рускым Святополку и Володимиру2, и снястася думати на Долобьске3; и седе Святополк с своею дружиною, а Володимер с своею в единомь шатре. И почаша думати и глаголати дружина Святополча: «яко негодно ныне весне ити, хочем погубити смерды и ролью4 их». И рече Володимер: «дивно ми, дружино, оже лошадий жалуете, еюже кто ореть5; а сего чему не промыслите, оже то начнеть орати смерд, и приехав половчин ударить и6 стрелою, а лошадь его поиметь, а в село его ехав иметь жену его и дети его, и все его именье то лошади жаль, а самого не жаль ли?» И не могоша отвещати дружина Святополча. И рече Святополк: «се яз готов уже»; и вста Святополк, и рече ему Володимер: «то ти, брате, велико добро створиши земле Русскей». И посласта ко Олгови и Давыдови7, глаголюща: «поидита на половци, да любо будем живи, любо мертви». И послуша Давыд, а Олег не всхоте сего, вину река8: «несдравьлю». Володимер же целовав брата своего, и поиде Переяславлю, а Святополк по нем, и Давыд Святославичь, и Давыд Всеславичь9, и Мстислав Игорев внук10, Вячеслав Ярополчичь11, Ярополк Володимеричь12; и поидоша на коних и в лодьях, и придоша ниже порог, и сташа в протолчех13 в Хортичем острове; и вседоша на коне, и пешци из лодей выседше идоша в поле 4 дни, и придоша на Сутень14. Половци же слышавше, яко идеть Русь, собрашася без числа, и начата думати. И рече Урусоба15: «просим мира у Руси, яко крепко имуть битися с нами, мы бо много зла створихом Русскей земли». И реша унейшии Урусобе: «аще ты боишися Руси, но мы ся не боим; сия бо избивше пойдем в землю их, и приимем грады их, и кто избавить и от нас?» Русские же князи и вой вси моляхуть бога, и обеты вздаяху богу и матери его, ов кутьею, ов же милостынею убогым, инии же манастырем требованья. И сице молящимся, поидоша половци и послаша пред собою [в] стороже Алтунопу, иже словяше в них мужством; такоже Русские князи послаша стороже свое. И устерегоша Руские сторожеве Алтунопу, и обиступивъше и, и убиша Алтунопу и сущая с ним, и не избысть ни един, но вся избиша. И поидоша полкове, аки борове, и не бе презрети их; и Русь поидоша противу им… Половци же видевше устремленье Руское на ся, не доступивше побегоша пред Русскими полки; наши же погнаша, секуще я. Дни 4 априля месяца велико спасенье бог створи, а на врагы наша дасть победу велику. И убиша ту в полку князий 20… а Белдюзя яша взяша16 бо тогда скоты, и овце, и коне, и вельблуды, и веже с добытком и с челядью, и заяша печенегы и торкы с вежами. И придоша в Русь с полоном великым, и с славою и с победою великою…