Хрестоматия по истории СССР. Том 1 - Тихомиров М. Н. - Страница 106

И сей убо воин великий и воевода князь Михайло Васильевичь Шуйской… оставль родителницу свою матерь княгиню Елену Петровну и сожителницу свою Александру Васильевну и красную свою дружину храбрую и христлюбивое воинство, якоже глаголет, на четырех подъяремничьих мщатех[147] от царствующаго града Москвы в западные страны к великому Новуграду ушед… самого свицкого короля 2 в послушание и в пособство призва его и примири. Сам же совокупив воинство и поиде на воров и на изменников на полских и на литовских людей, иже насиловали грады руские, иже прилежаху стране той Новгородцкой, Тверь и Новый Торжек и Великия Луки и Русу Старую и прочая и великий погосты и села и волости, и сих божиею помощью очищая, а воров польских и литовских людей противящихся побивая и под царскую руку приводя. И слышавше полуношной и северной страны християнские жителие, белозерцы, и волгжане, кар-гольцы и устужане железная и прилежаще к Студеному морю и Устюга Великого и Двина и Вага и Вычегда, и вся поморская страна что воздал и воздвиг бог таковаго воина и воеводу и охрабри бог те грады и с пригородки их и с волостьми собравше силу ратных своих людей и елико возмогоша и елико изволиша на тех же воров и изменников християнские веры разрушителей ссылаючися с ним воеводою и насилованные Грады и села и волости обороняти и очищати бе бо в то время велика беда роду християнскому, понеже умножися межеусобная брань…

Сей же убо воин и воевода князь Михайло Васильевичь Шуйской прииде по градам против польских и литовских воров грозно, озых мечю предает, а иных в бегство обратив и таборы3 их раскопа и искорени. Прииде же князь Михайло Васильевичь разрушитель бранем, к Колязину монастырю4, сопротивницы же полские и литовские люди гетманы и полковники и рохмистры коиждо с своими полки, Александр Зборовской и Сопега и Лисовской и Иван Заруцкой, поидоша паки против князя Михаила Васильевича Скопина и против немец Переяславскою дорогою месяца июля в 5 день на память преподобнаго отца нашего Афонасия Афонскаго и на обретение честных мощей Сергия Радонежскаго чюдотворца, во второй час нощи, приидоша на Волгу под Калязии монастырь в село Колязинское Пирогово. Князь же Михайло Васильевичь со благочестивым московским воинством и с немецкими5 воеводами с Яковом Пунтусовым и с Велгером и со многими немецкими воинствы ополчишася на Волге, противу их, и посла князь Михайло воевод своих Семена Головина, да князя Якова Борятинского, да Григорья Валуева, Давида Жеребцова со многими людми на Волгу на перевоз к Николы чюдотворцу в слободу на речку Жабку под литовских людей, чтобы за тое речку не перепустити их, речка бысть топка зело и ржависта. Литовские же люди уведевше московских людей, абие6 яко лютыя звери устремишася на лов. Благодатию же божиею на том бою многих польских и литовских людей побили и поранили, мнози же от них на грязех погрясше и погибоша, и прочий же в бегство устремишася к болшим людем в село Пирогово. Воеводы же о сем послаша весть ко князю Михаилу, чтобы вскоре реку перевесься, еже и бысть. И литовские гетманы и их полковники всеми полки своими устремишася на руское воинство и ступльшеся обоих полцы вместе и бысть сеча зла велика и се-чахуся, на многих местах биющеся чрез весь день, от оружного же стуку и копейного ломания и от гласов вопля и кричания ото обоих людей войска не бе никако же слышати друг друга что глаголет, а от дымнаго курения едва бе видети, кто снемся бьет, что звери рыкающе зле сечахуся.

Руские же полны гнаша литовских людей и бьюще и секуще до Рябова монастыря, и многих литовских людей побили и изранили и нарочитых панов многих живых поймали и с великою победою и одолением возратишася под Калязин монастырь и со многою корыстью 118 году7.

Егда той воин и воевода князь Михайло Васильевичь Шуйской послушав царя и приехал в царствующий гряд Москву из слободы Александровы и напрасно грех ради нашихь и родишася боярину князю Ивану Михайловичи) Воротынскому сын княже-вичь Алексей, и не дошед дву месяц по четыредесят рожению бысть князь Михайло крестным кумом, кума же княгиня, жена князя Дмитрия Ивановича Шуйского, Мария, дочь Малюты Скуратова и по совету злых изменников своих и советников мысляше во уме своем злую мысль изменничью уловити аки в лесе птицу подобну, аки рысь сжарити, змия лютая злым взором, аки лютый зверь, дияволу потеха бесица, сатане невеста готовится. И как будет после честнаго стола пир на весело и дияволским омрачением злодейница та княгиня Мария кума подкрестная подносила чару пития куму подкрестному и била челом здоровалась крестником Алексеем Ивановичем, и в той чаре в питии уготовано лютое питие смертное, и князь Михайло Васильевичь выпивает ту чару до суха и не ведает, что злое питие лютое смертное, и не в долг час у князя Михаила во утробе возмутилося и не дотировал пиру почестнаго и поехал к своей матушке княгине Елене Петровне.

136. ОСАДА СМОЛЕНСКА ПОЛЬСКИМИ ВОЙСКАМИ КОРОЛЯ СИГИЗМУНДА III

I. Отписка царю смоленских воевод о приходе польского короля Сигизмунда под Смоленск, о приступах поляков и битвах с ними, 9 октября 1609 г. Печатается по изданию — «Акты исторические», том II, № 266.

Государю царю и великому князю Василью Ивановичю всеа Русии, холопи твои, Михалко Шеин, Петрушка Горчаков, Никонко Олексеев челом бьют. Сентября, государь, в 16 день писали мы, холопи твои, к тебе к государю, с посадцкими людми, с смолнянином с Марком Бухвостовым да с вязметином с Михалком Горбуновым, что литовские люди в Смоленской уезд пришли, и листы королевские и Лва Сапеги, каковы ко мне холопу твоему к Михалку, с Смоленского рубежа, король и Лев Сапега писали, с ними ж к тебе к государю послали. А другорядь мы, холопи твои, к тебе к государю писали, с смоленскими с посадцкими людми, с Федкою Ивановым да с сыном его с Ваською, сентября в 28 день, что языки нам, холопем твоим, в роспросе и с пытки сказывают, что король, а с ними радных панов, гетман, пан Жолтовской, да канцлер Лев Сапега, да Стаднитцкой, и иные многие паны и ротмистры, пришед под Смоленеск, стали в Троетцком и в Спаском и в Борисоглебском и в Орхангелском и в Духовском монастырех: и мы, холопи твои, поговоря с дворяны и с посадцкими людми, посад Смоленской и слободы, для королевского приступу, пожгли и сели со всеми людми, в городе, в осаде. И сентября, государь, в 25 день, на утренней зоре, литовские многие люди приходили к городу к Смоленску приступом, к Копытцким и к Оврамьевыским воротам: и божиею, государь, милостью и твоим государевым счастьем, от города литовских людей отбили; и взяли, государь, у приступу, твоего государева изменика посадцкого человека, смолянина Игнашку Дмитриева, которой у литовских людей был в вожех[148] а в роспросе, государь, нам холопем твоим сказал, что король хочет над Смоленском промышляти, приступом же и подкопом. Да сентября ж, государь, в 27 день приходили приступом многие ж литовские люди к Пятницким и к Днепровским воротам: и божиею, государь, милостью и твоим государевым счастьем, от приступу литовских людей отбили ж. И после, государь, того, литовские люди за речкою за Чурильею поставили туры и бьют из наряду по Богословской башне.

II. Отрывок из отписки смоленского архиепископа Сергия о дальнейших событиях и начале осады (ЧОИДР, 1912 г., кн. 1, изд. Ю. В. Готье. — Памятники обороны гор. Смоленска в 1609–1611 гг.).

Да сентября ж государь против 30 числа в ночи литовские люди подкратчис Днепровской мост выжгли вес. А из наряду государь бьют по городу в дву местех в Пятницком конце бьют по Богословской башне и верхней бой отняли. Да из-за Днепра бьют по городу и по хоромом из наряду и из огненых пушек. Да октября государь в 5 день литовской король с своими радными паны прислал ко мне богомолцу твоему государеву и к боярину и воеводам и к дворяном и к старостой посадцким и к посад-цким людем листы, чтоб мы ему город Смоленск здали и были под ево королевскою рукою. Да и преж сего король и паны радные писали к ним о том многижда. И мы государь посоветовав с твоим государевым боярином и воеводой с Михаилом Борисовичем Шейным с товарыщи и з дворяны и с посадцкими старосты и со всякими посадцкими и служилыми людми литовскому королю и радным паном велели отказати словом что у нас у всех у смоленских людей от мала до велика обет дан богу, что за истинную православную христьянскую непорочную веру и за святые божие церкви и за тебя государя царя и великого князя Василя Ивановича всеа Русии и за крестное целованя всем битись с ними с литовскими людми до смерти и литовскому королю не здатись отнюд никоторыми делы.