Возвращение с Западного фронта (сборник) - Ремарк Эрих Мария - Страница 284

– Я не знаю ни слова по-испански, – сказал Керн. – Или там говорят по-португальски?

– По-испански. Ничего не поделаешь, придется научиться.

Керн кивнул.

Марилл подался вперед.

– Керн, – произнес он неожиданно изменившимся голосом. – Я понимаю, все это непросто. Но говорю вам: уезжайте! Не раздумывайте! Уезжайте! Немедленно убирайтесь из Европы! Одному дьяволу известно, какая здесь заварится каша! А такой случай вряд ли представится еще раз. Да и денег таких вам никогда больше не видать! Уезжайте, дети! Вот и все…

Он допил свой стакан.

– Вы едете с нами? – спросил Керн.

– Нет.

– Разве этих денег не хватит на троих? К тому же у нас есть еще немного.

– Дело не в этом. Я остаюсь здесь. Не могу объяснить почему, но остаюсь, и точка! А там будь что будет. Объяснить это действительно нелегко. Просто иногда человек знает, что может поступить только так и не иначе.

– Понимаю, – проговорил Керн.

– Вот идет Рут, – сказал Марилл. – И точно так же, как я обязательно должен остаться здесь, вы обязательно должны уехать. Это вы тоже понимаете?

– Да, Марилл.

– Ну и слава Богу!

На мгновение Рут замерла в дверях. Затем бросилась к Керну.

– Когда ты приехал?

– Полчаса назад.

Рут высвободилась из объятия, и бесконечного и более короткого, чем удар сердца.

– Ты все знаешь?..

– Да. Марилл мне сказал.

Керн оглянулся. Марилл исчез.

– А ты знаешь, что… – нерешительно спросила Рут.

– Да, знаю и остальное. Не будем сейчас говорить об этом. Давай выберемся отсюда. Пойдем на улицу, на воздух. Я хочу уйти. Пойдем на улицу.

– Пойдем.

Они шли по Елисейским Полям. В предвечернем, зеленом, как яблоко, небе висел бледный полумесяц. Воздух был серебристо-прозрачен и мягок; террасы кафе кишели посетителями.

Некоторое время они шли молча.

– А ты, собственно, представляешь себе, где находится Мексика? – заговорил Керн.

Рут отрицательно покачала головой:

– Не очень точно. Хотя теперь я не знаю, где находится даже Германия.

Керн внимательно посмотрел на нее. Потом взял ее под руку.

– Рут, надо купить грамматику и учиться говорить по-испански.

– Я уже купила ее позавчера у букиниста. Антикварное издание.

– Вот как, антикварное… – Керн улыбнулся. – Ничего, Рут! Мы с тобой не пропадем, верно?

Она кивнула.

– Во всяком случае, увидим кусочек мира. Живя в Германии, мы бы не имели такой возможности.

Она снова кивнула.

Они проходили мимо Рон Пуэн. На деревьях пробивалась первая молодая зелень. В лучах ранних фонарей она походила на мерцающие огни святого Эльма, которые словно вырывались из-под земли и взбегали вверх по стволам и ветвям каштанов. Земля в скверах была перекопана. Ее пряный аромат смешивался с запахом бензина и масла, плывшего над широкой улицей. Кое-где на клумбах уже цвели нарциссы. Сумерки оттеняли белизну цветов. Настал час закрытия магазинов. Движение было настолько оживленным, что они с трудом продвигались вперед.

Керн посмотрел на Рут.

– Как много людей на свете! – сказал он.

– Да, – ответила она. – Страшно много.