Зачарованные - Изерлес Инбали - Страница 40

О спутанной высокой траве и блестящих озерах.

О солнечном свете и лепестках цветов.

О меняющемся свете.

Мои передние лапы ударили по палке, что поднимала засов, и дверь логова волка широко распахнулась.

19

Резко повернувшись, я ринулась вдоль ограды, чуть не налетев на пару огромных белых птиц, которые не спеша шагали на плоских задних лапах. Они пронзительно закричали, отчего у меня прижались уши. И тут же я увидела какое-то пушистое существо, которое висело на низкой изгороди, зацепившись за нее длинным гибким хвостом. Существо что-то крикнуло мне, оскалив острые зубы. Морда у него была лысой. Оно было похоже на маленького бесшерстного, если не считать яркой шкуры.

Мне не понравилось, как оно скалится на меня. Я поспешила дальше, желая как можно скорее убраться из этого места, ведь логово волка больше не было заперто. Шум вокруг просто оглушал, везде слышался стук, визг, вой и еще разные звуки, которых я не понимала и не могла бы описать. Я проскочила между широко стоящими прутьями низкой ограды и оглянулась. Дверь в ближайшее логово была открыта. Внутри я заметила большое серое существо с рогом на кожистом носу – это было то существо, которое крепко спало в ту ночь, когда я впервые пришла сюда. Наблюдая маленькими глазками за беспорядком, творящимся снаружи, существо осторожно подбиралось к выходу.

Потом я услышала громкий стук и развернулась в другую сторону – и увидела, что полосатое черно-белое существо колотит твердыми лапами в дверь в дальней изгороди. Дверь открылась, и полосатое существо с громким ржанием выскочило на зеленое пространство. За ним поспешило другое – с длинной шеей, с коричневыми пятнами и лапами, похожими на ветки. Тут воздух прорезал пронзительный тревожный вой. Это не был живой звук – это была сирена вроде тех, что завывают над Путаницей. Это был сигнал бесшерстным – вскоре они примчатся сюда.

Я остановилась на траве, оглядываясь на логова всех этих существ. Я видела их силуэты: толстые, костлявые, прыгающие, бегущие…

Я посмотрела в другую сторону и на свет Канисты. Мне необходимо было найти дорогу в Дикие земли, где между озерами мчался Пайри.

Звезды были спокойны. И воздух был неподвижен, несмотря на суматоху за моей спиной. Я побежала через зеленое пространство. Сиффрин говорил, что Дикие земли начинаются там, где садится солнце, и тянутся на восток и запад вдоль Снежных земель. Он много чего говорил… Я представила свет, движущийся над самыми высокими местами Путаницы, рыжий и горящий. И почувствовала, что, по крайней мере, в тот раз Сиффрин говорил правду.

Я неохотно повернулась к дороге смерти. Я понимала, что мне придется довольно долго идти, следуя ей, чтобы выбраться за пределы Серых земель. Я должна быть терпеливой, я должна остаться в живых. Надежда гудела у основания моих ушей.

Я со вздохом окунулась в мир серых камней, увидела по обе стороны от себя высокие стены. Над головой жужжал светящийся шар. За поворотом проблеял манглер.

Неподалеку послышались шаги чьих-то лап. Может, это одно из оказавшихся на свободе существ? Я резко обернулась, моргая и всматриваясь в темноту за кругами света шаров.

– Кто там? – осторожно спросила я, и моя шерсть зашевелилась.

Вдали я увидела множество существ, толпившихся на зеленом пространстве, услышала пронзительный визг тревоги. Я насторожила уши. И медленно повернулась к дороге смерти.

Еще один шаг, и снова шорох когтей…

Я замерла на месте, внимательно оглядывая края зеленого пространства. Что бы я ни услышала, оно больше не двигалось. Но я чувствовала, что оно рядом, наблюдает, ждет. Сердце заколотилось в мои ребра. Хвост резко ударил по серым камням. Вдали слышался визг манглеров, бесшерстные бежали по траве, размахивая передними лапами.

Я медленно повернулась к берегу дороги смерти. И тут же услышала осторожный шаг. А потом – снова тишина. Где-то внутри меня начал нарастать ужас.

Я повернула голову, поводя ушами в разные стороны. Чей-то силуэт мелькнул над серыми камнями, надо мной послышалось кудахтанье. Подняв голову, я увидела стайку зелено-красных птиц, порхавших над сонной дорогой смерти. Когда же я снова опустила взгляд, мое сердце подпрыгнуло.

Круглые уши, мускулистое тело… Единственный серый глаз неумолимо уставился на меня. Лисица моргнула, и живая плоть во второй глазнице дернулась. Я попятилась от нее и от тех лис, что вдруг появились из теней, словно призраки.

Карка сверкнула неровными зубами:

– А где же лис из Темных земель? Только не говори, что он бросил тебя одну!

Я облизнула нос. В горле у меня было сухо, как будто оно наполнилось пылью. Я покосилась на дорогу смерти. Я почуяла острый запах шерсти, дыма и углей. Еще несколько лисиц перегородили мне дорогу, вид у них был мрачный. Как они меня нашли, в другом конце Путаницы? Я же передвигалась в манглере! Они не могли отыскать мой след.

И тут в моей памяти вспыхнуло нечто: пустой взгляд Тарра из клетки в норе похитителей. Его усы застыли, в центре глаз пульсировал красный огонь. Я вспомнила слова Сиффрина, когда он умолял меня понять его: «Может быть, эта стая разговаривала со своим хозяином…» В тот момент я и слушать его не хотела, считая, что это лишь отчаянная попытка оправдаться, отдалиться от Карки и остальных. А что, если рыжий лис угадал? Что, если сквозь мертвые глаза Тарра смотрел кто-то другой, управляя его волей?

– Хозяину нужен этот детеныш, – рыкнула Карка. – Хватайте ее живьем, если удастся… но лучше ее убить, чем позволить сбежать.

Паника сжала мою грудь, когда лисицы с мертвыми глазами стали приближаться ко мне. Их голоса звучали все выше, они рычали и выли. Хвосты были напряжены, выпрямлены, словно палки. Я бросила взгляд на высокие стены. Все пути к бегству были закрыты.

Я пыталась справиться со страхом, дотянуться до той глубокой силы, которая помогла мне в норе похитителей.

– Где Пайри? – тявкнула я.

Губы Карки весело изогнулись.

– Тебе до него не добраться, ты его никогда не найдешь!

– Неправда! – выдохнула я, несмотря на страх. – Я буду искать всю жизнь, если понадобится!

– Проснись, дура, – огрызнулась Карка. – У тебя нет ни единого шанса. Ты скоро станешь такой же, как они. – Карка повела носом в сторону лисиц с пустыми глазами, которые придвинулись ко мне еще на шаг.

Стая Карки приближалась, а я вспомнила зелено-красных птиц, паривших на свободе. И послала свой голос в тихое, безветренное небо. Над лисьими головами тут же раздалось кудахтанье, и лисы запнулись и растерянно попятились назад. Я сосредоточилась и изобразила другой зов, насмешливое бормотание того существа, которое выглядело как сморщенный бесшерстный; потом снова затарахтела птицей; потом завыла… Писк, визг и щебет. Звуки возникали в моем уме, долетая из-за ограды с логовами, и вырывались из моей пасти сплошным потоком.

К моему изумлению, лисицы вдруг завертелись на месте. Их задние лапы словно ослабели, на мордах отразился страх. Они ежились и пытались спрятаться друг за друга, пронзительно гекая. Приободрившись, я послала свой голос во все уголки неба, и в ночи загремела целая буря звуков. Я втянула побольше воздуха и начала таять, медленно-медленно скользя между лисами.

– Идиоты! – завизжала Карка и затопала мощной лапой.

Один из лисов очнулся от транса, но остальные продолжали растерянно скулить и кружиться на месте. А я совсем осмелела и зашипела, как разъяренная кошка, и двое из них вдруг побежали по дороге смерти.

Карка взорвалась от ярости:

– Да как вы посмели! Вернитесь, трусы! Хватайте ее, пока я не сломала вам шею!

Она повернулась ко мне, ее взгляд был полон злобной мстительности. Меня как будто ударило в грудь. Я задохнулась, не в силах продолжать каракку, и шум звериных голосов растаял в спокойном ночном воздухе.

Лишившись сил, я упала на серые камни. Истаивание и каракка истощили мою маа. Лисы низко опустили головы, шерсть на их холках поднялась. Они приближались, а я была не в силах остановить их.