Свидетель, не увидевший свет (сборник) - Макеев Алексей Викторович - Страница 64

– Ну, вы же должны контактные данные записывать! Адреса, телефоны…

– Адрес? Да, у меня есть его адрес. Хотя постойте… Боже, я уже с ума схожу от этой работы! Нет у меня его адреса. Максимум – телефон. Сейчас поищу.

Режиссер начал судорожно бегать по комнате, что-то кричать и искать записную книжку. Несколько минут поисков не привели ни к чему, поэтому он отрицательно помотал головой перед Крячко и присел, закурив сигарету.

– Может быть, в истории звонков остался? В телефоне? – предположил.

– Точно! Я же в телефон его номер записывал! – хлопнул себя по лбу режиссер.

Он продиктовал номер, Крячко записал его и спросил:

– А фамилия его как?

– Ярко. Станислав Ярко.

«Почти Крячко. Гуров бы сейчас непременно съязвил на этот счет», – отметил про себя Стас и приготовился уходить.

Режиссер же сделал по-кошачьи хитрые глаза и вкрадчиво спросил у него:

– Может, вы все-таки передумаете?

– Насчет чего?

– Насчет съемок. Выгодное дело!

– Нет, точно не передумаю, спасибо за предложение.

– Ну, если передумаете – позвоните мне. – Режиссер протянул ему визитку, напечатанную на обычном принтере.

– Я своих решений не меняю, – произнес Крячко и, проигнорировав визитку, направился к выходу.

Зайдя в ближайший супермаркет и купив бутылку холодной воды без газа, он сел на скамейку в скверике и, открыв ее, стал жадно пить. Вода была ледяная, но почти не охладила организм. Крячко выпил половину, перевернул бутылку и вылил остатки себе прямо на волосы. Стало чуть полегче. Станислав полез в карман и, достав сотовый телефон, набрал номер, который продиктовал ему режиссер.

– Слушаю, – послышался в трубке мягкий мужской голос.

– Алло, Стас?

– Да-а-а, – подтвердил собеседник.

– Я вам звоню по поручению режиссера Канацкого, знаете такого?

– Да-а-а, – снова протянул Ярко, на этот раз немного удивленно.

– Я его агент, – соврал Крячко. – У него к вам есть интересное предложение, хотелось бы обсудить.

– А… что за предложение? – поинтересовался Ярко.

– По телефону нежелательно обсуждать детали, давайте при встрече. Как к вам подъехать?

– А Канацкий назвал условия? Я ему еще при последней встрече сказал, что по прежним расценкам не работаю, – капризно проговорил Стас.

– Вот давайте встретимся и все обсудим, – с нажимом ответил Крячко. – Хотя, если вы отказываетесь, я позвоню другому кандидату, мне Канацкий дал целый список.

– Нет-нет, – торопливо заговорил Ярко, – зачем же отказываться, не выслушав условия? Конечно, подъезжайте, я буду рад вас видеть.

«Видно, дела у неудавшегося актеришки идут совсем плохо, раз он так поспешно ухватился за первое попавшееся предложение, да еще от режиссера, который дал ему пинка под зад», – сделал про себя вывод Крячко, вслух же попросил назвать адрес.

Адрес его не порадовал – Стасик проживал в Бирюлево, куда добраться можно было только автобусом. Крячко дотопал до остановки, присел в ожидании на лавочке и закрыл глаза.

Дождавшись своего автобуса, он нашел свободное место у окна с теневой стороны и от нечего делать стал скользить взглядом по попутчикам. Дорога обещала быть долгой в связи с пробками, что угнетало Крячко еще больше. Дотерпев проклятые сорок минут дороги вместо обычных двадцати, он вышел и направился в магазин за новой бутылкой, отметив, что это расточительство его финансов.

«Если каждый день тратить столько на воду, то денег оставаться вообще не будет!» – раздраженно подумал Стас.

Подходил он к дому Стаса Ярко в отвратительном настроении, вымотанный дорогой и недавней жарой.

Позвонив в домофон, сыщик услышал мягкий баритон Стасика:

– Здравствуйте, вы от Канацкого?

– Да, это я, – на голубом глазу соврал он.

– Прошу, – так же мягко произнес голос, и подъездная дверь открылась.

В дверях квартиры Крячко ждал достаточно высокого роста брюнет с модельной стрижкой, в бордовом шелковом халате, расшитом какими-то разноцветными райскими птицами и цветами, с чашкой горячего шоколада в руках и пушистых тапочках. Передвигался он на длинных журавлиных ногах плавно и неторопливо. На его смазливое лицо клюнуло бы огромное число женщин, чем парень, скорее всего, откровенно пользовался. Крячко же такой тип терпеть не мог. Он казался ему слишком манерным, женственным и ненатуральным. И конкретно Стас Ярко ему не нравился. Он сам не знал, почему. Не нравился, и все. Но, стараясь быть объективным, внушал себе, что не может предъявить ему обвинение в убийстве на основании личной неприязни. Мысленно сыщик продумывал план, как же расколоть этого хлыща.

Хлыщ тем временем пригласил Крячко в квартиру, повторяя:

– Добрый день, очень рад вас видеть. Проходите, будьте как дома. А вы не знаете, почему Канацкий не вызвал меня лично?

– Понятия не имею.

– Ну что ж, я очень рад, что он обо мне вспомнил. Это здорово. В последний раз мы с ним разошлись… не совсем красиво, – картинно вздохнул Ярко. – Мне очень хотелось разрешить это недоразумение, так что я рад, что он забыл все обиды и предложил мне роль.

Крячко мотнул головой, не спеша сообщать, что никакая роль Стасику не светит. А тот продолжал заливаться соловьем:

– Что вы будете пить? В наличии несколько сортов вина, коньяка, рома, виски, изумительный ликер.

– Нет, спасибо, не увлекаюсь, – сказал Крячко, бросив взгляд на ликер в красивой бутылке. Всем алкогольным напиткам он предпочитал водку, и то не на работе. И уж, конечно, не в такой компании…

– Может, кофе, чай, шоколад? – Стас Ярко явно играл в аристократа.

– А вот от кофе не откажусь, пожалуй.

– Латте, мокачино?

– Черный.

– Со сливками?

– Черный.

– Сахар нужен?

– Нет, спасибо, просто черный кофе.

– Момент.

Стасик ушел на кухню запускать машину для приготовления кофе. Он стелился ужом перед Крячко, очень надеясь завоевать его расположение и получить предложение от Канацкого.

Тем временем Крячко последовал в гостиную. Квартира у Ярко была достаточно красивая и просторная. Судя по обстановке, в жизни Стасика чередовались периоды взлетов и падений. На стенах висели несколько неплохих картин, часть мебели была новой, часть – годов этак восьмидесятых прошлого века. Рядом с современным компьютером стояло совсем старое кресло, драная обивка которого была прикрыта цветастой подушкой. Да и роскошный халат Стасика был уже явно не новым, видавшим виды, и его пора было заменить.

В гостиной Крячко увидел парня, внешне не вписывающегося в свиту Стасика. Перед ним сидел накачанный молодой человек в борцовке, обнажавшей налитые плечи. Волос на его голове почти не было. На шее на золотой цепочке покачивался небольшой якорек.

– Добрый день, – поздоровался сыщик.

– Ага, здорово, – лениво ответил парень, уткнувшись в ноутбук и играя в какую-то игру.

Через мгновение в комнате оказался Стасик с подносом, на котором стояли две чашки, одну из которых он протянул Крячко.

– Прошу вас!

– Благодарю, – проявил манеры Станислав и, оттопырив мизинец, взял чашку.

– Ну, я очень рад, что сам Канацкий решил-таки продолжить сотрудничество со мной, – сев в кресло и заложив длинную ногу на другую, сказал Ярко. – У вас есть ко мне вопросы, уважаемый? Ах да, как мне к вам обращаться?

– Станислав.

– О! – всплеснул руками Ярко. – Тезка! Всегда приятно. Знаете, мне очень нравится мое имя. Я благодарен папе с мамой, что они назвали меня именно так. Увы, родителей моих уже нет на этом свете… – Он изобразил меланхолическую скорбь, потом спросил обычным голосом: – Так что, Станислав, у вас есть ко мне вопросы?

Поскольку Крячко не хотел сразу огорошивать Стасика, в один миг лишая его работы и дальнейших вероятных перспектив, он не стал раскрывать свою личность и цель визита с первых минут, а, отхлебнув очень вкусного горячего кофе, сказал:

– Да, конечно. Вы знаете Вику Кареву?

Лицо Стасика выразило недоумение.

– М-м-м… Вику? Да, знаю, но почему…