Приговор полковника Гурова - Макеев Алексей Викторович - Страница 46

– И это не доказательство! – Вавилов лишь мельком бросил взгляд на документы, которые раскрыл перед ним Гуров. – Я даже не стану отрицать, что ездил в Крым. Более того, я встречался там с Веретенниковым. Ну и что?

– Веретенников шантажировал вас, – сказал Гуров, доставая диск и включая запись.

Послышались голоса. Это был записанный на пленку разговор между Аликом и Вавиловым, в котором тот договаривался с Веретенниковым о том, что он соблазнит его жену. Там же обсуждалась и сумма сделки. Видимо, Алик ожидал чего-то подобного и на всякий случай записал эту беседу, чтобы потом пойти дальше и начать шантажировать своего заказчика. Запись была найдена в тайнике, в квартире, которую Алик снимал с Сашей, и скопирована на диск.

– Кстати, я полагаю, что Алик потому и воспользовался этой записью, что вы ему просто не заплатили за выполненный заказ. Судя по тому, как вы обобрали свою жену, вы очень жадный человек, Алексей Романович! Мы проверили – больше никого из своих «клиентов» Веретенников не шантажировал. Это было с его стороны компенсацией за нарушение условий вашего договора.

– Вы можете предполагать все что угодно! – махнул рукой Вавилов. – Даже шантаж! Но вот то, что я его убил – вы никогда не докажете!

– Думаю, вы все же ошибаетесь, – покачал головой Гуров. – К счастью для оперов и следователей, современная экспертиза творит чудеса. Ваши вещи, ваша кожа, пальцы – все будет исследовано самым тщательным образом. Я не сомневаюсь, что мельчайшие следы крови, эпителия Веретенникова или чего-то в этом роде обязательно будут обнаружены, даже если вы постирали рубашку и брюки и протерли ботинки. Нужно только подождать результатов. Вторую сим-карту из телефона Алика вы, конечно, выбросили – ведь на ней сохранились контакты с вами. А с первой послали эсэмэс спутнице Алика, чтобы в случае чего свалить убийство на нее. Но данные несложно восстановить. Сим-карта оформлена на подругу Веретенникова, так что все данные уже обрабатываются нашими экспертами. Меня во всем этом удивил только один момент, – задумчиво продолжал Гуров, – почему вы убили Веретенникова лично? Неужели тоже из жадности, чтобы не тратиться на наемника?

И, поскольку Вавилов молчал, Гуров ответил сам:

– Нет, это потому, что он так вас напугал своим шантажом, что вы зареклись связываться с наемниками. А то вдруг потом убийца вздумает тоже вас шантажировать? Так что вы решили подстраховаться и сами пошли на убийство. Жадность до денег вообще плохое чувство, оно мало кого доводит до добра.

– Это преждевременный разговор, – произнес Вавилов, но уже не так уверенно. Упоминание об экспертизе явно заставило его нервничать. Его крупный широкий лоб покрылся капельками пота, румянец на пышущем здоровьем лице проступил еще явственнее. – Хороший адвокат разрушит все ваши обвинения!

– Посмотрим, – кивнул Гуров. – Пока что у меня достаточно материалов для передачи дела в суд. Я свою работу выполнил.

Эпилог

– Ты надеешься, что он признается? – спросил Крячко, когда они втроем собрались в кабинете у генерал-лейтенанта Орлова.

– Вавилов? Ни в коем случае! – покачал головой Гуров. – Уповать нужно не на него, а на работу экспертов. Кстати, они уже многое выяснили.

– А ты не спрашивал у Васнецова, может быть, орудие убийства удастся найти? – полюбопытствовал Крячко.

– На это я тем более не рассчитываю, – сказал Гуров. – Я почти уверен, что защита в суде затрещит по швам, когда в ход пойдут результаты экспертизы. Брызги крови все-таки попали на рубашку Вавилова, и, слава богу, он не успел ее выбросить. Так что спокойно ждем суда.

– И благодарности начальства! – заметил Крячко, поглядывая на Орлова.

– Я вам всегда благодарен! – отрезал тот. – Не нужно напрашиваться на комплименты, Стас, ты знаешь, как я ценю вас с Левой. Но думаю, что вам не помешает не только словесное вознаграждение?

Он лукаво посмотрел на Крячко, который моментально заинтересовался.

– Неужели долгожданные пятьсот рублей мне пришли? – спросил он. – Кстати, ты мне еще пятьсот за такси не отдал!

– Ты мелок, Станислав Крячко! – снисходительно произнес Орлов, доставая из ящика стола конверт. – Это от Кроханова, – пояснил он. – Передал мне для Гурова. Но поскольку Станислав работал не меньше тебя, Лева…

– …А даже больше! – подхватил Крячко.

– Словом, полагаю, вы сами разберетесь, кому сколько причитается! – махнул рукой Орлов, придвигая конверт. – Я его даже не вскрывал.

– Ну давай, открывай! – подбодрил Гуров Крячко. – Вижу, как у тебя глаза блестят! Только сильно не обольщайся – вдруг там пятьсот рублей лежит?

Крячко вскрыл конверт и довольно присвистнул.

– Знаешь, Лева! – внушительно произнес он. – Я бы на твоем месте никогда не сетовал перед товарищем генерал-лейтенантом на то, что тебе пришлось прервать свой отпуск! Потому что даже половины этой суммы тебе хватит, чтобы еще раз съездить вместе с женой!

– Это здорово, конечно! Но мне бы этот отгулять, – напомнил Гуров. – Я, кстати, и билет уже заказал, так что мне скоро в аэропорт. Деньги нужно вернуть Костенко, с Васнецовым дела подытожить, ну и красавица жена уже заждалась!

– Везет же некоторым! – вздохнул Крячко, вспомнив о том, что и у него есть жена, которая тоже ждет не дождется его с работы, чтобы вместе мариновать грибы, которые вчера притащил тесть.

– Полную ванну… – проговорил Крячко вслух обреченно.