Старый дом под платанами - Сорокина Светлана - Страница 13

«Отходить ко сну», – как строго предупредила меня госпожа Алиса в начале нашего знакомства, было еще рано. За компьютер садиться не хотелось. Телевизора в моих апартаментах не было, впрочем, он мне был не нужен. Я подошел к книжному шкафу, за стеклянными дверцами которого находились какие-то книги, статуэтки и несколько фотографий в рамочках. От нечего делать открыл его и, не глядя, взял первую попавшую книгу. Это оказалось Евангелие. Закрывая шкаф, взгляд случайно «зацепился» на старой фотографии маленькой девочки на качелях – это была Мария, я сразу это понял. Что-то обожгло меня в душе, и рука сама потянулась к портрету. Из-за этого небрежного движения Евангелие выпало из моих рук и упало на пол, раскрывшись. Дуновением сквозняка несколько страниц перевернулось. Нагнувшись, чтобы поднять святую книгу, я ненароком увидел на открытой странице фразу – ту самую, поразившую меня своей глубиной в поезде: «Возлюбленный! молюсь, чтобы ты здравствовал и преуспевал во всем, как преуспевает душа твоя». Я обомлел. Мурашки пробежали по коже, а конечности похолодели. «Капеллан» – почему-то вспомнил я название одной из карт, выпавшей мне.

Происходило что-то странное. Я это хорошо чувствовал, но не мог понять. Эта случайная фраза из Евангелия, увиденная мною дважды, детская фотография Марии, ее портрет у меня в городской квартире, призрак и этот дом, ее комната, – все как-то было связано со мной. Даже та монахиня из поезда! Из-за стрессов, моя интуиция была обострена, как у зверя. Цитата – была обращением ко мне или очень меня касалась. Я знал наверняка.

Долго не мог уснуть. Было душно. Вероятно, перед дождем. Выйдя из своей гостиной на террасу, вдохнуть свежий воздух, поразился тишине. Она стояла изваянием и была почти материально ощутима. Сад как-то сразу сник, головки некоторых цветов опустились, словно увяли – это было видно на расстоянии, но при этом они отдавали свой сильный запах. Сладкий аромат жимолости, петуний, глицинии и еще целый букет запахов заполнял пространство, услаждая обоняние. Какая-то ночная птица прокричала в темноте и умолкла. Будет гроза. Словно в ответ на мои ожидания, вдали прозвучали первые раскаты грома. Неожиданно головокружительный запах роз раздался совсем близко и обволок своим ароматом. Я вздрогнул, поежившись, – холодная струя воздуха обдала меня. Вспомнилась фраза дамы, присутствовавшей на чаепитии в Музыкальной гостиной: «Но в той части сада нет роз, во всяком случае, так близко, к окнам Вашей спальни!» Внезапно мне стали понятны странные взгляды, которыми обменялись госпожа Алиса и Эва после слов блондинки.

Захлопнув двери террасы, захотелось, как в детстве с головой спрятаться под одеяло. «Только старого дома с привидениями в моей жизни не хватало! – думал я. – Кто заставил меня остановиться здесь – черт или Бог?» Хотелось верить, что последний. Уснул только под утро. За окном всю ночь хлестал ливень.

8

Гостя не приходила. Время шло. Постепенно я сроднился с городком, со старинным особняком и его обитателями. В кафе у Игоря, куда я часто приходил пить кофе, от постоянных завсегдатаев узнал, что госпожа Алиса – последняя представительница древнего дворянского рода. Потеряв свою племянницу, которую вырастила и любила как дочь, она до сих пор оплакивает ее. Об этом мне поведали две подруги – Лидия и Ксения, весьма колоритные тетушки преклонного возраста. Лидия была слишком худа, а ее бледное, вытянутое лицо с поднятыми вверх бровями постоянно выражало тревогу и удивление. Напротив, Ксения – была очень румяна, объемна в талии, жизнерадостна и активна.

– Каждое воскресенье «мадам» ходит в храм поставить свечу и заказать молебен за упокой души Марии, своих родителей и уважаемого всеми покойного мужа. – Сидя прямо передо мной, как оплывшая свеча, говорила с унылым видом Лидия.

– Вы себе представить не можете Алекс, как известный меценат обожал племянницу! А ведь она ему была даже не родной! Все потому, что они с Алисой были просто созданы друг для друга! А как он на нее смотрел, когда они вместе посещали храм. Правда, это было редко.

– Только по большим праздникам. – Монотонным голосом вставила свое замечание Лидия.

– Вы говорили об его отношении к племяннице, – попытался я не упустить нужную тему в разговоре.

– Конечно, Алекс! А Вы надолго в наши края? – Ксения просверливала меня взглядом. «Потом спросит, не женат ли я», – подумал я, играя желваками, но тут же улыбнулся «милым» приятельницам и уклончиво ответил:

– Поживем, как говорят, – увидим. Городок у вас красивый, а люди? Какие они, к примеру, хотя бы этот меценат Филипп? Кажется, Вы сказали, что он тоже умер? При каких обстоятельствах?

– Об этом мало кто знает. Говорят, сердечный приступ.

– Так говорит Алиса! – Перебила подругу темпераментная Ксения. – Эта аристократка никогда слово лишнего не скажет. Она так воспитана. А вот ее прислуга более разговорчива! Говорят, мадам, для стройности специальный корсет носит!

– Кто тебе это сказал? – Лидия еще выше подняла выщипанные, подведенные карандашом брови, и от этого ее лицо выглядело очень удивленным.

– Кто же еще, как ни горничная. Имя не скажу! Я не из тех, кто сплетничает. – Ксения гордо выпрямилась на стуле.

– Значит сердечный приступ? – Снова попытался я направить разговор в нужное русло.

– Да. Так все говорят. Еще ходят слухи, что меценат умер от горя, а перед смертью даже произнес имя девочки. Слишком привязан он был к племяннице. Немногим пережил ее, бедняга. Не удивительно, что у него было слабое сердце! Тот подозрительный случай на охоте, когда погиб его родственник, думаю, стоил господину Филиппу много нервов. Об этом говорил весь городок!

– Ксения, дорогая, об этом до сих пор говорят. Вчера я была у своей приятельницы, и она снова вспоминала о доме под платанами и о тех странных смертях. Она так и сказала «странные» и еще сказала: «Словно по сценарию». Скажу Вам Алекс, что моя приятельница очень начитанная дама. Мы бы Вам посоветовали поискать себе другие комнаты в другом доме.

– А Вы женаты, Алекс или до сих пор свободны?

К счастью, меня спас Игорь. Услышав последнюю часть разговора, он подошел к моему столику и попросил не сватать его постоянного клиента. Иначе он (то есть я), перестанет посещать его кафе. Это подействовало. Когда подруги ушли, Игорь подошел ко мне и негромко сказал:

– Я бы на твоем месте не обращал слишком внимание на то, что говорят женщины. Эти подруги – известные сплетницы в городке. С ними нужно держать ухо востро. Что бы они тебе не наговорили, я знаю госпожу Алису, как умную и образованную женщину. После смерти мужа она занимается его делами и поместьем. Лучшего дома для снятия апартаментов тебе не найти. – Поблагодарив Игоря, я вышел из кафе с необходимой, но очень противоречивой информацией.

Через несколько дней Кэтти вытащила меня на центральную площадь, показать картинную галерею «Да Винчи», где проходила выставка современных художников. Именно в ее открытии принимала участие госпожа Алиса. В первом зале мы обратили внимание на ее портрет, выполненный известным художником. Он был написан масляными красками на холсте в ностальгических традициях соцреализма, – модного нынче стиля, особенно в Западной Европе и в Америке. Госпожа Алиса была изображена в черном платье с камеей на белоснежной террасе дома с открывающимся оттуда прекрасным видом. Что-то показалось мне странным в этой добротной, но не слишком талантливой работе.

Быстро пробежавшись по залам, мы переглянулись с Кэтти, и, не сговариваясь, поспешно направились к выходу.

– Уф-фф! – фыркнула девушка, встряхнув волосами, словно охотничья собака, вышедшая из болота без утки. Ее взгляд был виноватым. – Надеюсь, кафе «Леонардо» Вам больше понравится, Алекс. Действительно, находящееся возле галереи кафе было уютным, с милым интерьером в желто-коричневой гамме, витражами и копиями рисунков великого художника на стенах.

Мы сели в конце зала за столик возле окна. На столе горели свечи. Было камерно и слишком романтично. Однако я – закаленный боец в амурных делах с еще не зажившими ранами. Поэтому, отбросив все «настроения», симпатии и эмоции, хотел получить лишь ответы на интересующие меня вопросы. Возможно, я не имел права их задавать, даже интересоваться, так как случайного постояльца жизнь обитателей старого дома не должна интересовать. Но все же смягчающие «вину» обстоятельства у меня были: девушка-привидение почему-то появилась в моих апартаментах, и я вправе был знать что произошло в этом доме и почему ее душа беспокоит именно меня.