Большая книга ужасов – 20 - Усачева Елена Александровна - Страница 31

Хлопнулся об землю учебник.

«Математика – самая древняя из наук…»

Шевельнулись страницы. И в этом шелесте послышался смешок.

Толик бросился в подъезд, трясущимися руками набрал код, захлопнул за собой дверь.

Мысли путались. Он никак не мог понять, откуда взялся Маркиз. Что за чертовщина продолжает твориться с учебником? И когда наконец это все закончится?

Его затрясло. Вибрация шла из кармана брюк и передавалась всему телу. А вслед за ней послышался странный звук.

Толик испуганно ощупал себя и, к своему великому удивлению, нашел у себя в кармане Ленкин мобильник. Как он мог про него забыть?

На экране подпрыгивал телефон, под ним мигало «Козина».

– Алло, – заикаясь, прошептал Толик.

– Он успел? – срывающимся голосом спросила Ленка.

– Да! – выпалил Карасев. – В самый последний момент! Он…

– Не ори! – устало перебила его отличница. – Где Маркиз?

– Ленка… – Толик собрался с духом. – Бледный кота с собой забрал. Он, наверное, уже не вернется.

На том конце провода засопели.

– Ленка, – как заведенный повторил Карасев.

– Что еще? – хлюпнула носом Козина.

– Математик учебник оставил. И он шевелится.

– За шестой класс? Это мы уже проходили! Выброси. Или оставь, пусть сестра поиграет.

– А если он вернется?

– Забудь! – буркнула Козина и дала отбой.

Экран телефона погас.

И как это Ленка догадалась снова вызвать кота и послать его сюда? Или она кота для себя вызывала, а он сбежал?

Осталось много вопросов. Но думать о них сейчас не хотелось.

Надо все забыть, забыть…

С улицы раздались шаги, пискнул кодовый замок.

Карасев сжался, готовый в очередной раз увидеть разъяренного учителя.

Но в дверях появился не Бледный, а невысокий старичок в спортивном костюме и надетой на одно ухо трикотажной шапочке.

– Ой, – отшатнулся старичок, заметив в темноте Толика. – Мальчик! – облегченно выдохнул старичок. – Ты меня напугал! Я думал, что за привидение здесь стоит. А это, наверное, твоя книжка? – обрадовался спортсмен, сунул Карасеву в руки учебник математики и легко побежал вверх по ступенькам.

Толик глянул на проклятый учебник. Книжка словно не хотела с Карасевым расставаться.

– Забыть, говоришь? – прошептал он, медленно поднимаясь по ступенькам и перелистывая учебник.

На первой странице красовалось: «Книга принадлежит П. С. Бледному».

Толик остановился, побарабанил пальцами по надписи. И синие чернила медленно растворились на белой бумаге.

Эпилог

С тех пор они встречаются часто.

Каждое полнолуние Толику Карасеву не спится. Даже если небо затянуто облаками или идет проливной дождь, он встает перед распахнутым окном, безошибочно находит то место на небе, где должна быть луна, и застывает, уставившись в одну точку.

Первым появляется Маркиз. Он бесшумной тенью возникает на подоконнике, долго усаживается, аккуратно складывая лапки и хвостик. Он выздоровел. Теперь у него обычная морда и два уха.

Через какое-то время кот начинает шипеть, шерсть его встает дыбом, значит, скоро появится Бледный.

Математик каждый раз приходит из разных мест. Он может выбраться из шкафа, войти в дверь или просто прилететь по воздуху. Павел Сергеевич с Толиком смотрят на луну, делятся последними новостями или весело хохочут, сталкивая друг друга с подоконника. Потом отправляются в путешествие. Невидимыми тенями летают над сонным городом, заглядывают к одноклассникам. Но причинить вреда они им не могут. Потому что привидения не властны над человеком.

Оставшееся время Толик живет нормальной жизнью, ходит в школу. Успеваемость его повысилась, он подумывает стать учителем.

Учебник по математике за шестой класс лежит у него на столе. В нем появилась новая надпись: «Книга принадлежит Анатолию Карасеву».

Хозяйка старого кладбища

Часть первая

Создания тьмы

Нежданные гости, первые двое

Алексей Белов щелкнул по красной кнопке на пульте. Изображение с экрана смыло, но еще какое-то время в погасшем телевизоре были видны очертания улыбающейся тети, рекламировавшей жевательную резинку. Алексей оторвался от экрана и оглядел темную комнату. Зря он смотрел этот фильм, теперь ночью спать не будет. Или будет? А, все ерунда. Подумаешь! Один парень другому отмахнул голову, посадил на коня и в лесу упустил этого самого коня вместе со страшным грузом. И стал он призраком. В смысле – они, парень без головы и конь.

За окном каркнула испугавшаяся чего-то ворона. Алексей вздрогнул.

Все-таки зря смотрел. Мама же говорила, что фильм хороший, но на ночь смотреть его не стоит. И название соответствующее – «Всадник без головы».

В соседней комнате скрипнула родительская кровать.

Они-то уже спят, а ему еще надо пройти по темной квартире до ванной, а потом идти обратно.

За стенкой опять скрипнуло. Что же они там разворочались? Или кто-то встает? Кровать еще раз скрипнула, зашаркали шаги.

Два месяца назад у Алексея умерла бабушка. Пока она была жива, квартиру постоянно наполняли какие-то звуки: шаркали ее тапочки, поскрипывала ее дверь, постоянно хлопала форточка – бабушке было то жарко, то холодно, – среди ночи лилась вода. За два месяца от этих звуков отвыкли – ночью все спали спокойно, никто никуда не ходил, ничего не открывал и не закрывал.

Шаркающие шаги медленно приближались к Лешкиной двери. Алексей затаил дыхание. Может быть, все-таки не к нему. Ведь его комната не самая крайняя, за ней еще есть ванная и кухня.

Около его двери жалобно пискнул паркет, и все, затихло.

«Кто-то стоит рядом», – обреченно подумал Лешка.

За окном опять каркнула ворона. Дверь стала тихо открываться. Алексей потуже закутался в одеяло. Он знал, что надо просто закрыть глаза, и ничего страшного не произойдет. Но он не мог отвести взгляда от приоткрывающейся двери.

Бабушка?

В открывающейся щели было почему-то светло. Сейчас же ночь! На кухне хлопнуло незакрытое окно, сквозняк толкнул дверь, и она распахнулась. Алексей зажмурился.

Стало тихо. Алексей открыл глаза. В комнате горела настольная лампа, в аквариуме рыбки вяло шевелили плавниками. Дверь была закрыта.

Ну, хватит. Он сейчас встанет, сходит в туалет, а потом спокойно уснет. Подумаешь, какого-то фильма испугался. Все выдумка, и фильм снимали нормальные люди.

Алексей откинул одеяло, встал. Предательские мурашки пробежали от пяток к голове.

«Все, хватит! В двенадцать лет нормальные люди ничего не боятся! – как заклинание сам себе сказал Алексей. – Сейчас я везде буду включать свет, и ничего страшного не случится».

Подумаешь, какой-то конь. Видел он этих коней у бабушки в деревне. Никакие они не страшные. Одного он даже хлебом кормил. У коня были мягкие мокрые губы, он забавно фыркал и мотал головой. Потом за ним пришел хозяин. Алексей смотрел им вслед. Лошадь осторожно шла по дороге, помахивая хвостом, подковы звонко щелкали по камешкам.

На мгновение Алексею показалось, что он слышит какой-то шум. Он ударил по выключателю.

«Ну вот, в комнате уже светло», – начал он опять уговаривать себя и осторожно раскрыл дверь. За углом раздался металлический стук. Он даже не сразу понял, что это. Одной железкой стучали по другой. Нет, железкой стучали по чему-то твердому, как железные каблуки по асфальту. Или подкованные…

Звук приближался. Он был уже совсем рядом. Еще чуть-чуть, и он вынырнет из-за угла.

Цокот! Это был цокот копыт!

Алексей прижался к косяку. Из-за дальнего угла длинного коридора показалась голова. В темноте она была плохо различима. Черная лоснящаяся шея, еще более темные спутанные волосы гривы. Яркий глаз. Из ноздрей с шумом вырывался воздух. Особенно громко цокнув на гвоздике плинтуса, показалась нога, в темноте блеснула подкова. Черный конь. Большой.